Другая история Золушки. Темная в академии Светлых

Глава 14

…Все плохо. Все очень плохо! Мои замерзшие мокрые пальцы срывались с деревянных выступов стены, руки дрожали от усталости. Я не могла приподнять свое неожиданно тяжелое тело и на несколько сантиметров от земли, не говоря о том, чтобы взобраться на самый верх, перевалить через гребень и соскользнуть по веревке с другой стороны.

Внезапно крепкая рука обхватила меня за талию. Роэн притиснул меня к своей широкой твердокаменной груди и подсунул веревку.

— Держись! — На пространные объяснения его уже не хватало, но и я тугодумкой не была. — Перебирай ногами. Я страхую!

Почему-то мне явственно слышалось недосказанное и повисшее в воздухе «Как меня все допекло!».

Медленно, но уверенно мы ползли вверх по стене, прильнув друг к другу, как лучшие друзья. Или, что скорее, сцепились, как враги во время смертельной схватки.

Большая часть нагрузки лежала на Роэне, я же старалась не слишком мешать, нащупывая кончиками носков опору и подтягиваясь на руках. Но силы заканчивались быстрее, чем препятствие, — казалось, что стена с каждым нашим новым усилием вырастает ввысь и мы никогда не достигнем вершины.

— Передышка. Пять секунд. Разомни пальцы.

— Нет уж. Уронишь!

— Ты весишь не больше моей кошки, — хмыкнул Роэн.

Я, пораженная то ли тем фактом, что у высочества есть кошка, то ли его смешком, выпустила веревку из рук, держась за нее коленями. Немедленно закрутилась, вскрикнула, была поймана, стиснута с удвоенной силой и вдруг оказалась нос к носу со Златовлаской.

До этой секунды я наблюдала его высокомерную физиономию с позиции снизу, сейчас мы глядели глаза в глаза. Теперь я видела: они синие и, что особенно странно, не такие уж холодные и пустые — видимо, просто свет падал неудачно.

Хуже другое: теперь, когда нас разделяли считанные сантиметры и я могла разглядеть высочество во всей неидеальной красе — чуть заметную светлую щетину на щеках, крошечный шрам на переносице у кончика брови, выгоревшие на кончиках ресницы — меня накрыло воспоминание из детства.

Я начисто забыла, что мы с Роэном уже однажды встречались. Если, конечно, можно назвать встречей его мимолетный взгляд на черноволосую девчонку в толпе.

Наследному принцу исполнилось десять лет. В честь значимой даты будущего правителя провезли в карете с открытым верхом по всем площадям и улочкам Нов-Куарона, почтив присутствием и самые отдаленные, забытые самим Пресветлым уголки вроде нашего дремучего района. В народе его со злой иронией называли «Пепелище» — понятно почему.

Жители тысячами высыпали на улицы, чтобы поглазеть на юного Роэнмара, названного так в честь прадеда. Люди улыбались, махали, желали наследнику династии долгой счастливой жизни и славного правления, он благосклонно кивал, но несильно наклонял голову, опасаясь уронить слишком широкий для детской головы венец.

— Какой хорошенький, — сказала мама.

Мы семьей тоже вышли посмотреть на принца. Постыдная страница в моей биографии, неудивительно, что я предпочла вытеснить из памяти события того дня. Мама держала на руках двухлетнюю Лизу, я стояла, прижавшись к папе, и ощущала на плече тепло его большой ладони. Сколько мне исполнилось? Да, точно — семь лет.

— Главное, чтобы был умный, — вздохнул отец. — Чтобы сумел изменить… все.

Он неопределенным жестом обвел облупившиеся дома, белье, что сушилось в проулках прямо над грудами мусора, и играющих в этих грудах детей.

— Я выйду за него замуж! — во всеуслышание заявила я.

Как обычно — тоном, не терпящим возражений. Я уже приняла решение.

— Нет, малышка. — Папа рассмеялся и подхватил меня на руки, поцеловал в щеку. — Вряд ли получится.

— Получится! — Я надулась. — Не понимаю, что мне помешает!

Я, болтающаяся в хватке Роэна между небом и землей, едва не застонала от нахлынувшего на меня стыда и невольно прикрыла лицо ладонью.

— Не вздумай отключиться!

Роэн неверно истолковал мой жест и, видно, дабы привести в чувство, встряхнул в крепких объятиях так, что у меня клацнули зубы.

— Я в порядке! — огрызнулась я. — И хватит отдыхать!

Иронично изогнутая бровь высочества высказалась вместо него: «Я-то не устал, в отличие от некоторых субтильных личностей».

— Три минуты двадцать пять секунд! — подстегнул нас окрик магистра Калестора.

Мы одновременно оглянулись и не сговариваясь возобновили восхождение. Короткая передышка помогла, и вот уже Роэн, сделав рывок, зацепился рукой за крюк, с которого свисала веревка, подтянулся и закинул меня наверх.

— Иди первой! — Роэн указал подбородком на вторую веревку, опускающуюся до земли с другой стороны стены. — Сразу беги к лазу.

Не теряя времени даром, я бесстрашно скатилась вниз и торопливо захромала к черному зеву норы. Иначе и не назвать эту черную дыру, вырытую в земле. Хотя даже уважающая себя лиса побрезговала бы селиться в такой грязи.

Роэн догонял. За неполные четыре минуты мы стали с высочеством ближе закадычных приятелей. Но даже у них порой за всю жизнь не наберется столько ярких совместных впечатлений! Я успела полюбоваться пятой точкой, он успел облапать меня за талию — причем неоднократно. Я изучила на носу Златовласки каждую пору и запечатлела в памяти изгиб брови. Я бы прекрасно прожила без этого потрясающего опыта. Так что в некотором смысле невинности он меня лишил. Душевной.