Другая история Золушки. Темная в академии Светлых

Глава 16

Магистр Кроу стремительно летел вперед, я едва за ним поспевала. Наконец, заметив, что ученица безнадежно отстала, наставник притормозил и пошел медленнее, приноравливаясь к моему шагу.

— Мне жаль, что я не узнал раньше, — сумрачно сказал он, глядя перед собой.

— Да ерунда. Не сказать, что я не надеялась, будто в академии к магам хаоса другое отношение, но… — Я вздохнула. — В целом я не удивлена.

— Порой страх делает людей хуже, чем они есть. Люди боятся всего, что угрожает их жизни. Землетрясений, ураганов…

— И магов хаоса, — закончила я с грустным смешком. — После нападения на старого короля Роэнмара люди предпочли забыть, сколько раз пепельные маги спасали Соларин. Такая короткая память… Я не знаю, чем прадедушка Златовласки не угодил Гаю Эриусу, но, наверное, была причина!

Я не верила учебникам истории, в которых годы правления мудрого короля Роэнмара описывались как золотое время. Он избавил крестьян и ремесленников от удушающих налогов — и сельское хозяйство и производство расцвели. Учредил суды присяжных и отменил пытки — для того времени решительный шаг вперед. Ввел обязательное обучение грамоте для всех детей, независимо от сословия. Позаботился о строительстве канализации, новых больниц, дорог и мостов.

И это малая толика реформ — только то, что первым всплыло в памяти. Но как я могла верить книгам, которые были напечатаны в новое время? Бумага все стерпит, даже самое бессовестное вранье!

Магистр Кроу остановился и повернулся ко мне. Он смотрел на меня, чуть наклонив голову, словно оценивал, смогу ли я понять то, что он собирается мне сообщить.

— Ты достаточна умна, Миррель, чтобы услышать и понять. Это не совсем то, что рассказывает магистр Зендел на лекциях по истории магии, но эта правда тебе тоже придется не по нраву.

Я невольно обхватила себя руками и кивнула — мол, я вся внимание.

— Не все высшие аристократические роды были довольны реформами. Скорее наоборот. Многолетние устои пошатнулись, права были урезаны. Старые семьи теряли власть, земли и деньги.

Он сделал паузу, будто взвешивал слова.

— Король Роэнмар стал жертвой собственных реформ. Заговорщиками могли стать светлорожденные аристократы. Но стали пепельные. Может быть, как более нетерпеливые и необузданные по своей природе. А может, их использовали как орудие, собираясь одним махом избавиться и от реформатора, и от опасных магов хаоса.

По рукам бежали мурашки — то ли холодный осенний ветер пробрался под одежду, то ли организм упорно сопротивлялся правде.

— Может, он и не заслуживал такой участи, — протолкнула я сквозь зубы. — Но это не значит, что следовало превратить пепельных магов — в изгоев!

— Да, — кивнул магистр Кроу и примиряюще положил ладонь на мое плечо. — Поэтому я здесь, чтобы учить, а ты — чтобы учиться. Еще есть надежда.

— Уж куда там, — пробурчала я.

И двинулась вперед, чтобы наставник не заметил слез, выступивших на глазах. Нет никакой надежды! Златовласка взойдет на трон и перекроет магам хаоса последний кислород — он своих планов и не скрывает!

— Ну же, Елка, ты ведь не из тех, кто отступает! — догнал меня голос магистра.

Я резко развернулась, думая, что ослышалась.

— Откуда вы знаете? — хрипло спросила я. — Это мое домашнее имя! Никто меня так не называет, кроме мамы, сестры и брата.

На долю мгновения на лице наставника проступила растерянность, но быстро исчезла.

— Это не тайна! Я навел справки о своей единственной ученице.

Я подозрительно прищурилась.

— Надпись на вазе ваших рук дело?

— Нет! Нет-нет… Все не так просто. Сейчас я ничего не стану объяснять, чтобы не навредить учебному процессу!

Секунда замешательства, если она не почудилась мне, миновала. Наставник вскинул подбородок и прошествовал вперед, всем видом напоминая, что это он ведет меня за собой, а не наоборот.

Старушка-кастелянша, мирно вязавшая чулок за прилавком, при взгляде на магистра медленно отложила спицы и опасливо приподнялась.

— Магистр Кроу! — Она расплылась в улыбке. — Какая неожиданность! Что вас привело в наш тихий уголок?

— Что меня привело? — Наставник вскинул бровь. — Дайте-ка подумать, Эмма!

Он выдвинул меня вперед, взял за плечи, будто некое учебное пособие, и для наглядности указал на подол платья с марширующими пауками.

— Ах, какая милая вышивка! — проворковала старушка нежнейшим голосом. — Золотые ручки у вашей ученицы. Просто золотые!

— У нее золотые, не спорю, — мрачно изрек магистр. — А у вас… как бы это лучше выразиться. Проворные? Пожалуй, да. Ведь они так ловко пристроили не по назначению форму хаосмагического факультета.

Эмма замахала руками, точно отбивалась от роя докучливых мошек. Потом прижала ладони к груди.

— Да что вы такое говорите! Ах, даже сердце защемило!

— Сердце слева, — сдержанно поправил ее наставник.

Кастелянша торопливо переместила ладони левее, но сделалось очевидно, что номер не прокатит, поэтому она вздохнула, досадливо почесала макушку и пожала плечами.