Другая семья

Глава 2

– Кир, а ты кого хочешь? Мальчика или девочку?

– Обоих.

– Правда?

– Ну, конечно.

Ложь. Всё ложь! Подлая, циничная, гнусная ложь!

Непрошенные слёзы сами катятся по щекам, пока я еду в такси. Я не хочу плакать из-за предателя, но ничего не могу поделать с жалостью к самой себе. В своих глазах я выгляжу жалкой, глупой и доверчивой дурой.

Меня всегда удивляла наивность, когда женщины не замечали измен своих благоверных. Но я никогда не думала, что сама наступлю на эти извечные грабли!

Кир приезжал с вахты таким голодным в сексуальном плане, что я потом неделю не могла нормально ходить. Именно эта его страсть заставляла думать, что там (точнее, здесь) у него никого нет.

Но как же жестоко я ошиблась!

Дура!

За окном мелькает незнакомый пейзаж: новый город, верхушки гор, виднеющиеся в дали. Но уже ничто не привлекает моего внимания. И то, с каким воодушевлением я ехала сюда, диаметрально противоположно тому, что я чувствую сейчас.

Что ж, свой урок я усвоила. Жизнь – хороший учитель. Объясняет доходчиво.

Выхожу из такси и смотрю на здание железнодорожного вокзала. Кажется, я бью все рекорды на самую короткую поездку. Шумно выдыхаю и качу свой чемоданчик по шершавому асфальту.

Мне кажется, что даже колёсики перешептываются между собой, обсуждая, какая я дура. И в лицах встречных людей я тоже вижу эту жалость.

«Ещё одна». – Я словно слышу их мысли.

Упрямо задираю подбородок, глотаю солёные слёзы и сжимаю губы.

Не дождётесь!

Решительно направляюсь к кассе.

– Девушка, мне нужно уехать. Сегодня. Как можно скорее, – протягиваю свой паспорт.

– Билетов на сегодня нет, – получаю ответ.

Так и подмывает спросить: «Совсем нет?», но я заставляю себя сдержаться. Я готова ехать даже в тамбуре, лишь бы только увеличить расстояние между собой и предателем.

– Посмотрите, пожалуйста, куда есть?

Кассир в форме сотрудника вокзала награждает меня выразительным взглядом.

– Девушка, поймите, мне нужно уехать и желательно прямо сейчас. Куда – не имеет значения. Хоть на Луну.

Глупо? Очень. Но главное – убраться отсюда как можно быстрее. Хотя я сама не понимаю, к чему такая спешка. Словно находиться в одном городе с Блиновым мне невыносимо тесно. Душно, тесно, противно.

В общем, не знаю, как у неё получилось, но я держу в руках заветный проездной документ. Без пересадки (а говорила, что билетов нет!), но только через четырнадцать часов.

Чертыхаюсь про себя, что зря наговорила на кассиршу, потому что во времени отправления (по-местному) стоит завтрашнее число.

Остаётся найти способ, как убить это самое время. Хоть отправляйся вперёд по шпалам, а поезд пусть подберёт меня по дороге.

В итоге, умывшись в туалете и кое-как приведя себя в порядок, я сдаю свой скромный багаж в камеру хранения и, сидя в зале ожидания, листаю в ленте предлагаемые туры. Не скажу, что горю особым желанием осматривать местные достопримечательности, но сидеть в здании вокзала и скулить от жалости к себе я тоже не собираюсь.

Просмотрев, что предлагают местные экскурсоводы, понимаю, что на дневные я уже опоздала. Остаётся только автобусная экскурсия по вечернему городу. Но до неё ещё целых пять часов. Достаточно долго, особенно если учесть, что терпением я не обладаю. Совсем. Мне нужно двигаться и что-то делать, чем-то занять себя, иначе я просто сойду с ума.

Нахожу по карте ближайшее кафе. Завтрак в поезде я пропустила, решив, что завтракать мы будем вместе с Киром. Есть не хочется совершенно, но малыш, что растёт во мне, не должен страдать из-за моей потери аппетита.

Просматривая меню бурятской кухни, к своему немалому удивлению, нахожу суп с таким неприличным названием, что произнести вслух нужно осмелиться. И несмотря на то, что моя ситуация никак не располагает к смеху, я начинаю смеяться. Пусть тихо и прикрывая рот рукой, но безудержно.

Только я могу приехать за две тысячи километров, чтобы узнать, из чего готовится суп с очень неприличным названием.

От супа я отказалась. Но за то не без удовольствия попробовала местные буузы. Даже хотела посчитать защипы на тесте, которых должно быть ровно тридцать три, но сбилась и бросила это занятие.

Мой поздний завтрак немного улучшает настроение и придаёт силы. Плакать уже не хочется. И поскольку я никуда не спешу, то медленно пью ароматный чай и бесцельно смотрю в окно, размышляя о странностях жизни. Ведь если бы не моя придурковатая натура, я так и жила бы в неведении. Ждала каждый раз, когда Кир вернётся из командировки, и, наверное, так и не дождалась от него предложения руки и сердца. Поскольку рука уже занята, а вместо сердца у него не гранитный камушек, а целый булыжник.

Негромкая мелодия и вибрация прерывают мои философские мысли. Опускаю на стол почти пустую чашку, которую обнимала двумя руками, и долго смотрю на улыбающееся лицо Блинова на экране телефона и, словно насмехающуюся надо мной, надпись «Любимый».