Другая семья

Глава 5

Кир

Уезжать на работу в этот раз было намного сложнее. Словно что-то держало и не хотело отпускать. Предупреждало, что не нужно этого делать. Останавливало.

Хотя кого я обманываю. Вот та, что, сама того не желая, держит и не отпускает. Стоит в одной рубашке, накинутой на голое тело и едва прикрывающей соблазнительные прелести своей хозяйки, оставляя лишь стройные ноги для любования.

Скрестив руки на груди, Вика небрежно опирается спиной на стену и всем своим видом старается изобразить полное безразличие.

Маленькая врушка.

Я знаю, что это не так. Не только потому, что буквально полчаса назад эти самые ноги лежали на моих плечах, а я ловил приглушённые стоны наслаждения их хозяйки. Но ещё и потому, что её тоже тянет ко мне. Мы не хотели этого, но что-то само связало нас, притянуло, как две заблудшие души, которые, наконец, нашли друг друга.

А может, это я сам стараюсь убедить себя в этом.

Снова и снова окидываю взглядом Викторию. Девушку, совершенно случайно ворвавшуюся в мою жизнь. Но, несмотря на то, что я не имею никакого права на эти отношения, я не могу заставить себя отказаться от этой женщины. И то, что казалось мимолётной интрижкой, обычным влечением, которое возникает между мужчиной и женщиной и у которого нет будущего, неожиданно переросло в глубокое сильное чувство.

И дело даже не в том, что Вика моложе Веры или чем-то лучше. Нет. Дело в том, что рядом с ней я словно снова вдохнул полной грудью, и у меня проснулся интерес к жизни. Я словно начал жить заново благодаря этой девчонке, её взрывному характеру и неугомонной натуре. Ворвавшись ранней весной, она взбаламутило то болото, в котором я жил в последнее время, разбудила от спячки, встряхнула и исчезла. Как белка, стащившая прямо из-под носа единственный бутерброд, которая забралась на самую верхушку и смотрит, как ты, вопреки здравому смыслу, карабкаешься за ней, рискуя свернуть свою шею.

Казалось бы, любая девушка к этому возрасту уже должна остепениться и стать более рассудительной в своём поведении. Но это совершенно не относится к Виктории. И что-то мне подсказывает, что даже в свои восемьдесят она не изменится.

– Кир, ты опоздаешь, – напоминает о времени Вика.

Я знаю. До самолёта остаётся всего ничего, и я сильно рискую, стоя как последний дурак. Но и уйти не могу.

– Ты даже не поцелуешь? – оттягиваю наше расставание.

Я и сам могу получить её поцелуй. Но мне хочется, чтобы она сама это сделала. Обвила шею руками и поцеловала…

– Не-а, – мотает головой эта вредина.

– Будешь ждать? – Этот вопрос я задаю каждый раз, когда вынужден уехать. И каждый раз Вика беспечно отвечает:

– Нет.

Честно и без лишних обещаний. Что неимоверно злит. Хочется услышать прямо противоположное, но я сам не сделал ничего, чтобы заслужить её «да», и не имею никаких прав требовать от неё ни верности, ни честности, ни даже любви. Мне каждый раз кажется, что пока меня не будет, найдётся другой, более решительный и неотступный, а главное – свободный, который навсегда заберёт её у меня.

Тяну Вику за рубашку и притягиваю к себе. Поддаётся и оказывается рядом. Дурею от её запаха кожи и нашего секса. Жадно смотрю в её глаза, в которых давно утонул, не надеясь на спасение.

– А я всё равно вернусь, – шепчу ей в лицо. Хочу добавить, что больше никогда не уеду, но она всё равно не поверит.

Краду её поцелуй, и… вышвыриваю себя за дверь. Прежде, чем что-то требовать, нужно самому что-то дать. А я пока только беру. Краду как вор её любовь, её тело, её всю.