Другая семья

Глава 12

***

– Вера, нам нужно поговорить?

– О чём?

– О нас.

– Я слушаю тебя, Кир, – отвечает с готовностью Вера, явно не подозревая, какой удар я собираюсь ей нанести.

– Ты ни в чём не виновата, Вера.

– О чём ты, Кир?

– Я хочу развестись.

Вера закусывает губу и старается держать спину ровно.

– У тебя кто-то есть? – спрашивает и задерживает дыхание.

– Нет.

– Тогда почему?

– Так будет лучше нам обоим…

Честнее точно.

Получив от Горина сообщение, что он привёз Вику на вокзал, я с трудом подавляю в себе желание, кинуться вслед за ней. Потому что ничего хорошего из этого не выйдет. К тому же я не дам гарантии, что Вера не следит за каждым моим шагом. Не хочу ещё больше подставлять Вику под удар.

– Уехала она, – докладывает Горин уже во второй раз.

Первый раз он звонил ещё с вокзала, а сейчас мы сидим на небольшой кухне моей новой съёмной квартиры.

Его слова звучат глухо, да и сам я будто не здесь. Я весь там, в вагоне поезда, где сидит Вика. Не знаю как, но я словно вижу её. Её сжатую фигурку и любимое грустное лицо, которое отражается в стекле.

– Ты узнал куда?

– Домой твоя Вика поехала.

– Спасибо, Гор.

– Да было бы за что.

– Она ничего не говорила?

– Нет. Молчала в основном. И как я ни старался, разговорить не получилось. В общем, все два с половиной часа, пока мы ехали до Байкала, говорил только я. О, кстати, – вспоминает и лезет за телефоном. – На, глянь. Фотоотчёт. Старался снимать, чтобы она не видела. Хочешь – сохрани. Если не нужно, я удалю.

Открываю галерею. Перекинув себе снимки, где есть Вика, удаляю эти файлы, и возвращаю смартфон Горину.

– В принципе всё. Времени было немного. Она постояла, и мы поехали назад, чтобы успеть на поезд. Обратно она или уснула, или сделала вид, что спит. А может, просто устала от моей болтовни. Ну, я и не стал мешать. Спит человек, пусть спит.

– Она точно домой поехала?

– Точно. Я у проводницы спросил. Еле выпытал. Уговаривать пришлось. Я такую историю слезливую сочинил, что сам едва не прослезился! Нормально всё будет. Я попросил, чтобы присмотрели за ней. Хорош, киснуть, Кир. Не умер же никто.

Поднимаю взгляд на Горина.

– Ничего непоправимого не бывает, – продолжает меня «лечить». – Это когда на два метра закопали, вот тогда сложно. А у вас ещё всё впереди. Наверстаете.

Мне бы его уверенность.

– Боюсь, что Вика не простит предательства.

– Простит, не простит… Ты ещё на кофейной гуще погадай. Кстати! А кофе у тебя есть? Умираю, хочу кофе.

Показываю на кофеварку.

– Ты будешь?

На дворе ночь. Но я и без кофе вряд ли сегодня засну.

Даю отмашку, что буду.

Горин хозяйничает в шкафчиках, пытаясь найти кофе. Что-то находит. Открывает баночку, и осторожно подносит к носу. Нюхает уже смелее.

– М-м-м, – одобрительно мычит. – Недурно. Ещё бы нарезочки… Жрать хочу.

– В холодильнике.

Я что-то покупал. Чтобы было. Но про кофе не подумал. Не до него было.

– М-м-м… А жизнь-то налаживается!

Яков, не церемонясь, достаёт на стол всё, что есть.

– Захочешь вернуть свою Вику – вернёшь. Но сначала развестись бы, по-хорошему, надо. И вообще! Если у вас всё серьёзно было, какого хрена ты так тянул? – не переставая жевать, спрашивает с наездом. – А то и жене, получается, изменял. И девчонке голову морочил. Не по-мужски это. Кир, ну детский сад же! Честное слово!

– Гор, никому я голову не морочил. Ещё до отношений с Викой я сказал Вере, что хочу уйти. Она выслушала, поняла, согласилась. Единственное, она попросила дать ей время. Она успокоится и сама подаст на развод. Уезжал я с чистой совестью, думая, что свободен.

– И что Вера? Передумала? Или ты не интересовался?

– Да почему?! – срываюсь. – Интересовался, конечно. Она сказала, что подала на развод.

– Не понял? – Горин перестаёт жевать. – В каком смысле?

– В прямом. Вера подала на развод, как и обещала. А когда я вернулся, выяснилось, что она отказалась от иска.

– Это как так? – Яков напрочь забывает о своём голоде.

– А вот так. Иск отозван, суд признаёт перемирие супругов и закрывает дело.

– Ну… – Горин таращится на меня широко раскрытыми глазами, настолько ошалев, что пропускает крепкое слово.

Я и сам был примерно в таком же шоке. Если не больше.

– Что сказать? Грамотно тебя «развели», – усмехается, придя в себя. – Не подкопаешься.

Не то слово. Развели как последнего лоха. Даже спорить не буду.

– Только я не пойму, а Вере-то зачем такое «счастье»?

– Да хрен её знает. Она спросила, есть ли у меня кто-то. Я ответил, что у меня никого нет и не было. На тот момент, я вообще не думал о Вике. Я даже не знал, встретимся мы с ней ещё когда-нибудь или нет. Но она показала, какой может быть жизнь. А жить, как я жил раньше, я больше не захотел. Но мой ответ Вера поняла по-своему.

– Она подумала, что раз у тебя никого нет, то ещё не всё потеряно, и всё ещё можно вернуть?

– Видимо, так. Только возвращать было совершенно нечего. И… у меня уже была Вика.

– Красивую партию они разыграли там «наверху». – Отставляет в сторону пустую чашку и тычет пальцем в потолок Горин. – А ты тут мучайся. Мне только не понятно, почему ты Вике сразу ничего не сказал?

– Не знаю. Хотел сказать потом, когда буду официально свободен. Я ведь был уверен, что уезжаю свободным. Оставалось лишь уладить юридическую формальность. У меня даже мысли не возникало, что Вера может так себя повести.

– А потом? Что мешало тебе сказать потом?

– А потом я просто не смог. Ты сам представь, как отреагирует девушка, если ты ей скажешь, что женат?

Яков молчит. Согласен, что для некоторых дам жена совсем не проблема. Но не для Вики.