Другая сторона

20 глава

Они провели в объятьях всю ночь, так и не осмелившись их разрушить. О наступлении рокового часа их оповестил визит Даниэля. Он вошел в подвал, нарушив их предсмертную идиллию.

– Так, голубки! Мне надоело смотреть, как вы крутите любовные романы! – он устремил свой взгляд на Генриетту.

– Чего ты хочешь от нас? И где София? Что ты с ней сделал !? – девушка действительно не понимала, чего требует Даниэль, ей было страшно находиться с ним в одном помещении. Мысли о сестре не давали покоя, а ее молчание лишь подливало масла в огонь, она боялась, что Даниэль мог сделать что-то ужасное.

Но еще больше ее волновало состояние Алекса. За последнее время у него сильно поднялась температура и его тело била легкая дрожь. Повязка на боку сильно намокла от крови, которая никак не хотел останавливаться. Она и сама чувствовала сильную пульсацию в боку.

– Ну почему же вы все такие тупые? Мне нужно, чтобы ты послала родителям сигнал о том, что находишься в опасности! – он явно выходил из себя, а на его лице разыгрались желваки.

– Я не буду подвергать своих родителей смерти! Ты никогда этого не добьешься! – она попыталась вырваться из цепких объятий Алекса, но он оказался сильнее. Даже ослабленный ранением, он не хотел, чтобы Гера выходила из себя и подвергалась опасности. Она прекратила попытки наброситься на Даниэля, чтобы не мучить любимого.

Ощущение безысходности, чувство отчаяния. Не было ничего, что подарило хоть малейшую надежду на светлое будущее. По щекам телки слезы, Алекс пытался успокоить девушку, но сам не верил в свои слова.

– Тогда мне придется действовать другими методами. Твоя милая сестренка тоже не хотела мне помогать, но сделала это, даже сама того не подозревая. Такая же глупая, как и ты, – Даниэль разразился отвратительным смехом и прошел в дальний угол комнаты, где Генриетта заметила стол и стул. Непонятно от чего, но Генриетту объял нечеловеческий страх.

Мужчина занял единственное свободное место и громко крикнул:

– Фокс! Переходим к плану "Б".

В темноте сверкнула его кровожадная улыбка, от которой по телу пленников пробежались толпы мурашек. Генриетта поняла, что ничего хорошего от этих людей можно не ждать, но, когда в дверях появился монстр, чувство страха между парой утроилось.

Помещение мгновенно заполнилось отвратительным животным запахом. Существо было около трех метров в высоту, имело голову быка и копыта вместо ступней. Он с силой пропускал воздух через ноздри, от чего его голая грудь вздымалась, делая монстра еще страшнее. Его голова была увенчана крупными рогами, закрученными назад.

Он явно был настроен не для дружеского разговора. С громким воем он направился в сторону пленников, звук от его копыт разносился по полупустому подвалу.

Почувствовав сильнейшую угрозу для своего возлюбленного, Генриетта, сама того не понимая, отбросила его в сторону и с силой ударила минотавра в грудь. Послышался хруст сломанных костей. От неожиданного нападения и сильного удара чудовище упало на пол, издавая громкий крик. Даниэль громко чертыхнулся. Послышался звук падающего стула.

Девушка не осознавала, что делает, зрение потихоньку пропадало, глаза застелила белая пелена. Она смотрела по сторонам, окруженная плотным, непроглядным туманом. Звуки доносились до ушей словно сквозь толщу воды. Послышался голос, гораздо отчетливее, чем до этого:

– Я сделал все, что от меня требовалось… Время посвящения настало. До встречи, – проговорил он.

Все остальное девушка не помнила, происходящее смешивалось со сном. Она помнила лишь боль во всем теле и кровь. Много крови от которой кружилась голова...

***

Генриетта открыла глаза и тут же закрыла обратно. Белый свет ослеплял своим неожиданным появлением. Немного привыкнув, девушка поднялась с кровати и огляделась: полностью пустая белая комната. Даже дверей не было.

– Здесь кто-нибудь есть? – как можно спокойнее спросила Гера. Ее голос эхом отражался от стен. Ответа не последовало.

Снова оглядевшись по сторонам, девушка заметила большое круглое зеркало на противоположной стене. Она поднялась с кровати и медленно направилась к нему. Она шла с боку, чтобы как можно меньше отражаться в нем. Кажется, у нее развивается эйсоптрофобия - боязнь зеркал. Она прекрасно помнила последнюю встречу с «зеркальной принцессой» и от этого мурашки шли по мертвенно-бледной коже.

Когда до зеркала осталось всего несколько шагов, Генриетту окликнули. Она резко обернулась, вздрагивая от каждого шага. Ей на встречу двигался мужчина. Высокий широкоплечий мужчина не казался врагом, наоборот внушал какое-то умиротворение. Но девушка не поддалась на обманное первое впечатление, прекрасно зная насколько оно может быть туманным.

Мужчина шел молча. Его темно-бордовые туфли гулко стучали каблуками по полу. Он был одет в черную одежду, а сверху был укутан в такого же цвета плащ. Внутри плащ был алым, у шеи закреплен золотой массивной брошью. Генриетта призналась себе, что все же вид этого мужчины немного пугал.

Комната, в которой оказалась пленница, была куда больше, чем предыдущий подвал, но гость быстро преодолел это расстояние. В его движениях присутствовала грациозность танцора, каждый шаг был словно танцевальное па.

– Ну здравствуй! Неужели мы встретились, – широко расправив руки, пробасил незнакомец. Голос был ей сильно знаком, но она не могла уже никому доверять в этом мире. Девушка сделала два шага назад и оскалила зубы, совсем как зверь. Но осознав это, встрепенулась, освобождая затуманенный рассудок. Откуда в ней эта дикость? И с чего вдруг она начала вести себя как животное?

Мужчина был шокирован не меньше. Он в недоумении округлил свои темно-красные глаза. Его мертвенно-бледную кожу изрезали морщины, а на щеках заиграли желваки.