Другая сторона

Глава 14. Глаза зверя

— Как давно я здесь не был.

Энтони замер на краю поляны, где когда-то стоял его дом. Воздух был наполнен тишиной, лишь лёгкий шелест листьев нарушал покой. Озеро, как и прежде, лежало перед ним, словно зеркало, отражая небо, окрашенное в тёплые оттенки заката. Солнце, медленно опускающееся за горизонт, бросало последние лучи на воду, превращая её поверхность в золотую гладь. Всё было так же, как и тогда.

Он закрыл глаза, и воспоминания нахлынули на него, словно волны, смывающие берег. Вот он, маленький мальчик, сидит на берегу с удочкой в руках, а рядом — отец. Его голос, спокойный и уверенный, до сих пор звучал в ушах Энтони: «Терпение, сынок. Рыба сама придёт к тому, кто умеет ждать». А потом — смех сестры, звонкий и беззаботный, когда она пыталась поймать руками лягушку, а та выскальзывала из её пальцев. Чаепития на берегу, когда вся семья собиралась вместе, и мама разливала горячий чай из старого чайника. Тогда это казалось чем-то обыденным, но сейчас эти моменты были для него словно кадры из волшебной сказки, которую он больше никогда не сможет пережить.

Энтони открыл глаза. На месте, где когда-то стоял их дом, теперь была лишь пустая поляна, заросшая травой. Но что-то привлекло его внимание — свежесорванные цветы, аккуратно положенные у края поляны. Они были яркими, словно только что сорванные с клумбы. Жители деревни — они никогда не забывали тех, кто ушёл, оставив след в их сердцах. Цветы были не просто данью памяти — они напоминали, что прошлое живёт в настоящем, что те, кого больше нет, всё ещё здесь — в каждом вздохе ветра, в каждом отражении на воде.

Энтони опустился на колени, касаясь пальцами земли, где когда-то стоял его дом. Он чувствовал, как в груди сжимается боль, но слёз не было. Только тихая, глубокая благодарность за то, что память о его семье всё ещё жива.

Среди цветов Энтони заметил три яблока, аккуратно положенных рядом. Они были свежими, слегка блестевшими в лучах заката, словно только что сорванные с дерева. Это заставило его улыбнуться. Он сразу понял, кто их оставил. Госпожа Мэй. Она всегда была такой — заботливой, внимательной, словно вторая бабушка для всей семьи Энтони. Она любила их, как своих внуков, а её пироги с яблоками были легендой всей деревни.

— Красивое место, — тихо произнёс Голос. — Даже твои воспоминания не могут передать всю прелесть этого места.

Озеро, поляна, старые деревья, склонившиеся над водой, — всё это было частью его прошлого, но сейчас, спустя столько лет, он видел это новыми глазами. Здесь было что-то большее, чем просто воспоминания. Здесь была жизнь, которая продолжалась, несмотря ни на что.

Энтони встал, отряхнул колени и бросил последний взгляд на поляну.

— Надо скорее навестить госпожу Мэй, пока не стемнело, — решил он. — И обязательно Брэдли. Интересно, он всё-таки решился сделать предложение Сьюзан?

Теперь, спустя столько времени, Энтони было интересно, как сложилась жизнь в деревне. Сильно ли всё изменилось?

Он повернулся и пошёл по тропинке, ведущей к деревне. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, и первые тени начали ложиться на землю. Впереди его ждали встречи, которые он давно откладывал, и вопросы, на которые нужно было найти ответы. Но сейчас он чувствовал себя спокойно. Он был дома.

Мысли путались в его голове: с чего начать рассказ? Как объяснить, где он пропадал всё это время? Ведь наверняка всем будет интересно услышать о его приключениях, о местах, которые он видел, о людях, которых встретил. Но как передать всё это, не упустив главного? Как рассказать о том, что он потерял и что обрёл за это время?

И Вики. Мысль о ней вонзилась, как острая игла. Вики. Его сестра. Его вечная боль и вечная надежда. Вдруг в ту ужасную ночь, что перевернула всё, она смогла спастись? Вдруг её подобрали? Вдруг кто-то дал ей убежище? Госпожа Мэй... Конечно! Если кто и мог, так это она. Старая, мудрая, с сердцем, вмещавшим всю деревню. В её доме, пахнущем яблоками и корицей, под её неусыпным, добрым взглядом... Вдруг Вики была там? Все эти годы? Или... или нашла свой путь? Эта искра надежды, крошечная, почти безумная, вдруг зажглась в самой глубине его души, там, где давно поселилась лишь пустота. Она обжигала. Она пугала. Она давала силы сделать следующий шаг по темнеющей тропинке, ведущей в деревню, в прошлое и, возможно, к ответам.

Он шёл по знакомым тропам, которые когда-то знал как свои пять пальцев. Каждый поворот, каждый камень под ногами вызывал в нём новые воспоминания. Но что-то было не так. Энтони замедлил шаг, оглядываясь вокруг. Лес, который всегда был наполнен жизнью, теперь казался странно тихим. Даже воздух был каким-то тяжёлым, словно природа затаила дыхание.

— Ты заметил? — с тревогой прошептал Голос.

— Да. Птицы. Они молчат. Ни один зверь не попался на глаза.

Это было странно. Лес, всегда полный звуков — пения птиц, шелеста листьев, шороха мелких зверьков в траве, — теперь казался пустым. Энтони остановился, прислушиваясь. Ничего. Только тишина, которая давила на уши, словно густой туман.

Нарастало волнение, которое он пытался подавить. Что-то было не так. Что-то, чего он не мог понять. Лес, который когда-то был для него домом, теперь казался чужим, даже враждебным.

Энтони ускорил шаг, стараясь не думать о том, что это могло означать. Впереди была деревня, а там — госпожа Мэй, Брэдли, Сьюзан, другие знакомые лица. Они знали, что происходит. Они всегда знали.

Но чем ближе он подходил к деревне, тем сильнее становилось чувство тревоги.

— «Неужели что-то случилось?» — промелькнуло у него в голове.

Внезапно Энтони услышал крик, пронзительный и полный отчаяния. Звук шёл из деревни, и в тот же миг его тело напряглось, как пружина. Рука сама потянулась к мечу, который он носил с собой всё это время. Лезвие со звонком выскользнуло из ножен, и Энтони бросился вперёд, не раздумывая.

Он бежал, не чувствуя усталости, сердце колотилось в груди. Лес вокруг него словно растворился, осталась только одна цель — деревня. Когда он выбежал из леса, перед ним открылась картина, от которой кровь застыла в жилах.