Другая жизнь

Запретная комната

По узкой тропе на вершину холма поднималась фигура в чёрной мантии. Кто это был? Куда шёл? Неизвестно. Но этот путник вдруг остановился, глядя на скалу, что  была прямо перед ним.  

На скале разворачивалась очень интересная картина: маленький голубой дракончик стоял на краю в пол-оборота и смотрел на живую статую позади себя.

- Встань к краю и смотри только вперёд. Посмотришь вниз - туда и отправишься. - строго сказал Филмор.

Ками всё-таки уговорила друга признаться её отцу в том, что он не умеет летать.  Теперь Най терпел последствия, назвать это по-другому было сложно.

- Вы меня скинете? - со страхом спросил Най, рефлекторно желая поглядеть вниз, но вовремя остановив взгляд,  - Я же разобьюсь.

- Ты крепче, чем думаешь, и на такой высоте даже сломать себе ничего не сможешь. Но боль падения - это и наказание за непослушание, и очень хороший учитель. А теперь становись.

Най обреченно повернулся к обрыву. Его детская и яркая фантазия рисовала бездонную пропасть под лапами, пасть в которую было равно смерти.

Из-за этого, чтобы унять инстинкт посмотреть вниз и хоть как-то оценить высоту, ему пришлось собрать всю свою силу воли.

Тихая усмешка послышалась от "зрителя", которого учитель и его ученик не видели. Вряд ли он расслышал слова Филмора на таком расстоянии, но сейчас многое было понятно и без слов.

Дракончик встал на краю скалы. Послушно, по команде, раскрывал и закрывал крылья, чтобы подготовить их к полёту, и так отчаянно вытягивал шею, чтобы смотреть только вперёд, что становилось смешно.

И всё-таки он не смог. "Разминка" почти закончилась, а Най, услышав стук нескольких случайно задетых камешков, опустил голову, провожая их взглядом.

Он, конечно, тут же спохватился и выпрямился, но было уже поздно: сильная каменная лапа безжалостно толкнула его вперёд.

Свист падения длился несколько секунд, всё-таки высота была значительная, и Най зажмурился, готовясь к резкой боли приземления. Однако, почувствовал он только холод погружения в воду.  

Хорошо еще, что дыхание задержать успел. Вода продолжала падать вместе с ним, пленив Ная в огромной капле, сильно замедляя падение, пока не разбилась, оставив дракончика лежать на мокрой траве.

- Ну что? Живой? - прозвучал над головой смутно знакомый голос, а ещё выше послышался окрик Филмора:

- Это была первая попытка. Поднимайся и продолжим.

Видел ли он то, что произошло? Было не ясно. Но выбора у дракончика не было, он открыл глаза и встал.

Перед ним, прямо под скалой, на небольшом камне сидел уже знакомый, но все ещё неизвестный путник.

- Здравствуйте.  Это... Вы сделали? - Удивлённо спросил Най, но в ответ получил лишь очередную усмешку.

- Можно на "ты", Най. И у тебя времени нет переломы залечивать.  Во второй раз постарайся получше.

Голос путника звучал насмешливо, однако...

- Нет времени? А что должно случится? - спросил Най ещё более удивлённо.

- Например, в Фолдире тебя уже давно ждут. И о твоём положении староста не знает. А если он пойдет к настоятелю, то у тебя врагов станет больше.

Ошарашенный Най сел на траву. 
Фолдир! Как он мог о нём забыть?!  Ещё и настоятель этот продолжает всем врать.

- Но что мне дать Фолдиру? Я ведь теперь не имею вообще ничего.

- Зато кое-что умеешь,  - спокойно сказал неизвестный, вставая,  - в общем, сам решай. А теперь иди и больше не падай.

Най ещё бы долго сидел, обдумывая слова путника и смотря на его удаляющуюся мантию, но ещё один окрик Филмора заставил встать на ноги и в ускоренном темпе подниматься обратно на скалу.

Злить такого учителя отлыниваньем от занятий было очень плохой идеей.

***

Ками сидела в главном зале и мучалась: перед ней было два прохода.  Один вёл в лабораторию, а второй - в комнату, куда ей очень хотелось попасть.

Она появилась незадолго до прихода Ная и была единственным местом в доме, куда отец не разрешал ей входить. Это было очень непривычно, ведь в этой пещере Ками почти всегда была самой главной.

К тому-же это была единственная комната, где Филмор проводил иногда даже больше времени, чем в лаборатории. И что он там делал, Ками тоже не знала.

Сейчас папа и Най были довольно далеко, и это была очень редкая  возможность заглянуть в запретное место хоть одним глазком.  Но возникла одна проблема: Мор всеми силами встала против нарушения запрета отца и буквально не давала туда пройти.

- Ну давай! Тебе же самой интересно. - отчаянно пыталась Ками уговорить сестру. Но та была непоколебима.

- Нет, нет и нет!  Папа запретил, значит, я туда не пойду. И тебе не дам. Вдруг это вообще опасно? Он же не просто так это сделал.

- Ну Мор, не будь хотя бы раз такой противной. Я только посмотрю. Ничего страшного не случится.

- Я. Сказала. Нет! - проговорила Морион зло, громко и чётко, будто Ками не смогла её понять с первого раза.

Камерит замолкла, поняв, что её не переубедить. Но, подумав немного, хитро улыбнулась.

- Ну ладно. Не пойдем, раз ты такая послушная.

- Я не "послушная"!

Ками продолжила улыбаться, она знала слабые места своей сестры. И одним из этих мест была страшная гордость. На самом деле она была очень послушной отцу, но само это слово её жутко злило, потому что, по её мнению, звучало унизительно.

- А ты докажи! Пока ты только и делаешь, что слушаешься его запретов.

- И докажу! - Морион немного запнулась на следующем слове.  Всё-таки ей очень не хотелось нарушать запрет и подводить папу, но гордость оказалась сильнее. - Ладно. Пошли, только очень быстро. А то он придёт, и будет плохо нам обеим.

Камерит быстро вернулась в реальный мир и торопливо, но осторожно, побежала в правый проход.

Морион отчасти была права. Филмор ничего не делал просто так, а уж тем более не ставил подобные запреты. Так что Ками очень внимательно смотрела себе под ноги и очень часто озиралась по сторонам.