Другая жизнь

7

Дни сменялись один за другим. Каждый новый день приносил яркие эмоции: прогулки, катания на санях, прекрасные бессонные ночи. Катерина свыклась с мыслью о том, что она больше никогда не вернется к прошлой жизни.
Свадьба Настеньки и Аркашки, прошла тихо, лишь кто-то из крепостных мужчин, которые уже давно засматривались на белокурую красавицу, хмурились при виде ее нового мужа-дурачка, как все считали. Да и не секрет ни для кого, что конюх был без царя в голове. Странным было то, что Настенька недолго горевала о замужестве. Почти сразу же привыкла и гордо носила статус жены. А Аркашка даже, возможно, и не понимал, что что-то произошло. Он жил любовью к лошадям, и лишь однажды Тимофей за ужином рассказал, как конюх ждет рождения наследника, чтобы кто-то разделял его взгляды, но жаловался на то, что Настеньке вечно нездоровится.
Анна Дмитривна по-прежнему хворала. Иной раз пропускала приём пищи. За неделю совсем осунулась и побледнела, как и Иван Георгиевич. Он переживал за жену, но продолжал сохранять невозмутимость мыслей. Когда Катерина интересовалась у него самочувствием Анны Дмитривны, он только пожимал плечами. Сам не знал. То она чувствовала себя прекрасно, шутила и смеялась, то не вставала с постели, говоря о слабости, тошноте и мигрени.
Тимофей переживал за матушку, но, как и отец старался не думать о плохом. Никто не думал о плохом, а Катерина и вовсе пыталась понять чем же больна графиня Браницкая. Неужто и правда хворь, о какой никто не слыхивал.

— Если бы ваш недуг был заразным, все бы уже давно заболели. — Сказала Катерина, заходя в покои Анны Дмитривны после обеда.
Женщина лежала в постели и смотрела в окно, за которым уж третий день мела метель. Густые рыжие волосы с проблесками седины рассыпались по подушке, обрамляя похудевшее лицо женщины. Её взгляд был потухшим. Губы пересохли и немного кровили. Если бы только Катерина знала, что чувствует Анна Дмитривна, то смогла бы найти способ вылечить. Ведь не даром же училась столько времени, чтоб теперь сидеть и бездействовать.
— Вы снова не явились на обед. Мужчины переживают за вас, боятся... — тихо проговорила Катерина, присев в кресло у постели женщины. — Снова слабость?
— Боязно... голову поднять не могу и сердце колотится. Ох, и боязно, что не доживу до весны.
— Анна Дмитривна, ну что вы? Давление у вас повышенное, наверное, можно вашу руку?
Женщина недоверчиво взглянула на Катерину, но все же протянула свою руку. Девушка нащупала пальцами пульс и попыталась сосредоточиться, чтобы примерно определить насколько давление повышено.
— Нужно выбивать хворь из вас! А то ненароком и в депрессию впадете! Сейчас буду вас лечить! Не стоит переживать, я медсестра по образованию. У меня и диплом красный имеется... — забылась Катерина, но тут же сменила тему. — Обычно давление скачет на погоду... а она вон какая... а ежели у вас на постоянной основе давление - значится гипертония. Лечить нужно...
— Даже лекарь не помог, а вы, Катерина Федоровна, хотите справиться.
— Вы мне не доверяете? — улыбнулась Катерина, пройдя по покоям графини к дверям. — Я просто хочу, чтобы мой муж перестал волноваться о вашем здоровье... Анна Дмитривна, признаться, Тимофей Иваныч настолько взволнован, что о наследниках даже не думает. Вторую неделю никак приласкать не может... Просто доверьтесь мне, и вот уж к весне внуков вам народим!
Признаться, Катерина не понимала, как снизить давление без таблеток, но пока шла на кухню, придумала. Мария и Евдокия Акимовна собирались снова зажаривать гуся, уже мыли овощи и растапливали печь. Увидев молодую графиню на кухне, они замерли... потом синхронно поклонились и переглянулись. Казалось, что они были чем-то напуганы, но быстро стали метаться по кухне, когда Катерина попросила таз с ледяной водой для Анны Дмитривны.
— Итак хворает бедняжка, для чего ледяная вода? Сгубите! — сказала Евдокия Акимовна, взглянув на Катерину.
— Вас не должно это волновать. Чаю с мятой подготовьте, да поскорее. Почти вся хворь лечится, так что не нагнетайте!
Подняв таз с водой, Катерина сделала глубокий вдох и пошла обратно к графине. Оказалось, что подниматься по лестнице с тазом в руках и длинном платье - очень трудно. Как бы она не хватала край платья, оно все равно путалось под ногами.
— Катенька, что это? — Иван Георгиевич застал девушку, когда она уже поднялась по лестнице и направлялась в покои больной.
— На ноги будем поднимать Анну Дмитривну, пока сама себя не сгубила.
— Правильно, правильно. Нужно поднимать. — Согласился мужчина и перекрестился.
— Иван Георгиевич!? — спохватилась Катерина, когда он уже прошел к лестнице. — Скажите на кухне, чтобы приготовили к ужину не гуся, а рыбу, да овощей поболее. Анне Дмитривне нужны витамины, и не нужны лишние жиры. А гусь... жирный слишком.
Мужчина только кивнул и поспешил на кухню. Как же он любил свою жену. Столько лет прожили вместе, а их любовь не утратила своей силы. К этому нужно стремиться, а не к стабильной работе и недвижимости. Катерина уже вторую неделю не вспоминала об Арсении, но сейчас стояла с тазом в руках и смотрела в одну точку. Ей было хорошо здесь. Она была влюблена в Тимофея, чувствовала себя нужной, но мысли о прошлой жизни внезапно всплыли в памяти. В голове мутнело, непонятные ощущения: то ли тошнота, то ли слабость отвлекали от дел.
Катерина мотнула головой, отгоняя от себя все мысли и воспоминания и прошла в покои Анны Дмитривны.
— Придется вам подняться и пересесть в кресло, вот сюда... давайте, я вам помогу. — Улыбаясь произнесла Катерина, поставила таз на пол и подошла к постели.

Анна Дмитривна долго не соглашалась совать ноги в холодную воду, но спустя некоторое время удалось её уговорить. Катерина укрыла женщину теплым одеялом, потому что её вновь одолел озноб.
— Не вынимайте ноги из воды, я сейчас принесу вам чай! Сейчас станет полегче.
Выйдя из покоев, Катерина прикрыла глаза, чувствуя, как устала. Анна Дмитривна утомляла своими препираниями, но по её лицу было видно, что становится легче. Спустившись по лестнице, девушка чуть было не упала. Внезапная слабость, которую Катерина почувствовала ещё в покоях графини, не давала покоя и никак не прекращалась.
«Никак и правда заразна хворь?» - пронеслось в голове, но она тут же отмела эти мысли. Просто сложно бегать туда-сюда, когда на тебе тяжелое платье. Все дело только в этом. Забрав чай с мятой, девушка вернулась к Анне Дмитривне. Она снова выглядела, как и прежде, только бледный цвет кожи напоминал о недуге.
— Ну вот, а вы боялись. Выпейте, — подав женщине чай, Катерина присела на край кровати. — Как давно началось это все?
— Несколько месяцев назад. У нас был прием, Тимофей как раз вернулся из военного похода... меня впервые бросило в жар, потом стало зябко, а после это началось постоянно. Лекарю сколько говорила, а он ничего не знает - неуч.
— Смею предположить, что у вас сейчас такой период... ну когда уже... — Катерина не могла подобрать слов, ей не хватало знаний. — Обычно у женщин, которые уже... взрослые... у них начинается такой период, когда у них уже не идут... ежемесячные кровяные выделения... У вас в организме сейчас идет перестроение... это не смертельно, но это нужно поддерживать, иначе возможны некие... последствия, вплоть до инсульта...
Анна Дмитривна сидела с таким лицом, будто бы Катерина говорила на совсем непонятном для неё языке. Сделав глубокий вдох, девушка провела руками по лицу.
— Этот недуг может длиться месяцы или даже годы, но если соблюдать правильную диету и не злоупотреблять алкоголем и жирной пищей, то все будет хорошо. У нас был такой случай, соседка думала, что период менопаузы начался, а оказалось, что беременна. Представляете?! Под шестьдесят лет ей было, а она родила девочку... здоровенькую.
— Оказывается, мы плохо вас знали, Катерина Федоровна. И сны можете толковать, и в медицине разбираетесь... Тимофею Иванычу повезло. — Улыбнулась Анна Дмитривна, доставая ноги из таза и делая пару глотков чая. — Пригласи Вареньку, скажи пусть готовит к прогулке меня. Свежий воздух тоже ведь полезен?
— Конечно, Анночка Дмитривна! Сейчас позову.
Катерина отправила Вареньку к графине, а сама решила прилечь ненадолго. Умаялась, пока таскалась туда-сюда.