Друг.брата

1

Глава 1. Горячий кофе и ледяной взгляд
Кухня в их съемной квартире на Лефортово была крошечной, но залитой холодным январским солнцем. Настя стояла у плиты, пританцовывая под негромкую музыку в наушниках. На ней была только растянутая серая футболка Лёши, едва прикрывающая бедра, и короткие домашние шорты.
Она жарила омлет — именно так, как любил брат: с помидорами и большим количеством сыра.
— Нюша, ну скоро там? Мы на гидравлику опоздаем! — донесся из коридора бодрый голос Лёши.
— Не называй меня так! — крикнула она, обернувшись и замахнувшись лопаткой на вышедшего в кухню брата. — Я Настя. Или Анастасия. Еще раз услышу «Нюшу» — останешься без завтрака.
Лёша засмеялся, привычно взъерошил ей волосы и чмокнул в макушку. Для него это был жест нежности, для неё — каждый раз электрический разряд. Она замерла, глядя, как он тянется за кружкой. Его близость кружила голову. Она верила, что это и есть та самая большая любовь, о которой пишут в книгах.
— Ладно, Настюха, не кипятись. Сегодня Марк зайдет, вместе в МЭИ двинем.
Улыбка мгновенно сползла с её лица.
— Опять он? Лёш, он же вечно ведет себя как…
Договорить она не успела. Входная дверь хлопнула — у Марка были свои ключи, привилегия «лучшего друга семьи». Настя инстинктивно выпрямилась, чувствуя, как по спине пробежал холодок.
В дверном проеме появился он. Марк.
Он был в черной толстовке, накинутой прямо на футболку, от него пахло морозным утром и терпким парфюмом. Он не поздоровался. Его взгляд — тяжелый, липкий и неестественно темный — сразу нашел Настю.
Он не смотрел на Лёшу. Он смотрел на её босые ноги, медленно поднимаясь выше, к краю футболки, к тонким ключицам. Настя почувствовала себя так, будто с неё заживо сдирают кожу.
— О, Марк! Вовремя. Садись, Нюша сейчас накроет, — Лёша, не замечая грозовой атмосферы, хлопнул друга по плечу.
Марк наконец перевел взгляд на Лёшу, и в его глазах на мгновение вспыхнуло что-то похожее на презрение.
— Нюша, значит? — голос Марка был низким, с хрипотцой. Он прошел вглубь кухни, специально задев Настю плечом так, что она едва не выронила сковородку.
— Для тебя — Анастасия Викторовна, — огрызнулась она, пятясь к окну, лишь бы быть подальше от его тяжелой ауры.
Марк оперся руками о стол, нависая над пространством. Он снова посмотрел на неё — в упор, не мигая. В этом взгляде не было дружелюбия. В нем было обещание проблем, которые Настя еще не умела разгадать, но уже панически боялась.
— Хорошая футболка, — бросил он, прищурившись. — Лёхина? Тебе идет. Слишком сильно идет.
Настя вцепилась пальцами в край столешницы. Ей показалось, что в маленькой кухне внезапно закончился кислород.