Друг.брата

8

Глава 8. На грани
В тесной комнате общежития воздух, казалось, превратился в густой свинец. Пальцы Марка замерли под краем кружева, но он не убирал руку, продолжая давить, напоминая о своей власти. Настя чувствовала, как по спине стекает холодная капля пота, в то время как всё тело полыхало от унизительного, нежеланного жара.
— Проси, — повторил он, склонившись к её шее. Его губы едва коснулись её кожи, обжигая холодом и огнем одновременно. — Скажи, что ты этого не хочешь. Скажи, что тебе противно.
Настя закусила губу до крови. Она хотела крикнуть «да!», хотела оттолкнуть его, но голос застрял в горле. Взгляд Марка действовал как гипноз, парализуя волю. Его рука шевельнулась, пальцы почти коснулись самого сокровенного, и Настя непроизвольно выгнулась навстречу его руке, издав надломленный всхлип.
Марк замер. В его глазах вспыхнуло торжество, смешанное с первобытной яростью.
— Тварь, — выдохнул он, то ли оскорбляя её, то ли проклиная самого себя. — Ты течешь от моих рук, думая о нем?
Он сжал её запястья над головой так сильно, что кости хрустнули. Но в этот момент из коридора донесся громкий смех и топот нескольких пар ног. Кто-то ударил в соседнюю дверь, раздались крики: «Эй, здесь свободно?! Мы за пивом!»
Звук реальности подействовал как ушат ледяной воды.
Марк резко отпрянул. Его рука соскользнула с её бедра, оставив на коже горящий след. Он тяжело дышал, глядя на Настю так, словно хотел её убить или прямо здесь сорвать остатки одежды. Но контроль вернулся к нему мгновенно — холодный, расчетливый и жестокий.
— Юбку поправь, — бросил он, отходя к окну и отворачиваясь. Его плечи под курткой тяжело вздымались.
Настя, дрожа всем телом, сползла по двери, судорожно одергивая платье. Руки не слушались, пальцы путались в ткани. Она чувствовала себя грязной, растоптанной, но самое страшное — она чувствовала себя живой, как никогда раньше.
— Живее! — Марк резко обернулся. Его лицо снова превратилось в непроницаемую маску. — Умойся. Ты выглядишь так, будто тебя по углам зажимали.
— Ты и зажимал, — прохрипела она, пытаясь вернуть себе хотя бы крупицу достоинства.
— Скажи спасибо, что я остановился, — он подошел вплотную, перехватил её за подбородок и заставил посмотреть в зеркало, висевшее на стене. — Смотри на себя. Глаза горят, губы искусаны. Ты сейчас выйдешь туда, и если хоть один мускул на твоем лице дрогнет — я закончу то, что начал, прямо на глазах у твоего брата. Ты меня поняла?
Настя сглотнула и кивнула. Она быстро плеснула в лицо водой из раковины в углу, стерла размазанную тушь.
— Идем, — Марк открыл дверь и, не оборачиваясь, вышел в коридор.
Настя покорно последовала за ним. Когда они вернулись в зал, музыка всё так же гремела, а Лёша всё так же стоял у окна, прижимая к себе Алину. Он даже не заметил, что его сестра отсутствовала пятнадцать минут в компании его лучшего друга.
Марк остановился у стены, снова принимая позу равнодушного наблюдателя. Он бросил на Настю один короткий, предупреждающий взгляд, а затем кивнул подошедшей блондинке в алом, позволяя ей снова взять себя под руку. Настю затошнило от этой игры, но она упрямо вскинула голову, делая шаг в сторону Маши. Война только начиналась.