Другие Мы

Глава 7

Y

=====

Феникс… Я не помню, чтобы в жизни видела хоть что-то прекраснее зрелища, которое сейчас разворачивалось вокруг наших с Айзеком фигур. Сплетенная из ярких нитей энергий, переливающаяся всеми мыслимыми и немыслимыми  цветами, фигура огненной птицы словно тотемом окутывала нас с суровым молчаливым мужчиной, лицо которого сейчас скорее напоминало лицо восхищенного десятилетнего мальчика, впервые встретившегося с мечтой.

Забыв о чуде, происходящем вокруг, я, замерев, разглядывала каждую черту разгладившегося обычного хмурого лица. Яркие, запомнившимся такими холодными, глаза, сейчас пылали, и феникс словно отпечатывался в них, обнажая бурю эмоций этого, казалось бы, безэмоционального человека. В его лице сейчас было всё: страх, восхищение, радость, надежда, тоска, боль. 

В этом ярком переплетении нитей вокруг нас я не заметила, как оказалась очень близко к Айзеку. Или это он подошёл ко мне? Моя ладонь сама поднялась в его направлении, сверкнув снопом искр, различимых в сиянии энергий. Я внезапно почувствовала необходимость скопировать в себя все его чувства и мысли. Словно флешка с бэкапом. И в момент, когда мой воображаемый «стеклянный диск» уже почти коснулся Айзека, он повернул ко мне озарённое светом феникса лицо. Тут же произошло две вещи: сияние вокруг нас погасло, а я, словно подкошенная, рухнула на колени, оглушенная диким воплем раненого зверя.

Как ни странно, буквально в тот же миг я поняла, что это кричу я. Вопреки желанию прекратить; вопреки испуганному лицу Айзека, рухнувшему на колени возле меня и пытающемуся оторвать мои ладони от ушей, к которым я их крепко прижала; вопреки стремительно несущейся ко мне через Арену фигуре Макса, я продолжала кричать и крепко жмурила глаза, чтобы не ослепнуть.

Вы когда-нибудь испытывали миллион эмоций одновременно? Вашу душу раздирали на куски тысячи тысяч противоречивых желаний и ощущений? А мысли, роящиеся в мозгу непрекращающимся и неразборчивым гулом? Сияние феникса поначалу отвлекло меня от всего этого, превратив мои способности в сказку. Но реальность догнала и больно ударила, показав суровую действительность бытия сверхчеловека. Я могла что-то, что по всей видимости было здесь не чудом, но редкостью. Судя по всему, таким же, как я, был и Айзек. Вы не думайте, я наивная, но не тупая – анализировать то, что вижу, умею. И я достаточно увидела и услышала за эти пару часов, чтобы сделать начальные предположения. Итак, теперь я понимала вечно недовольное лицо сурового дяди и видела ему миллион оправданий. Это больно, чувствовать и видеть так много. И если его жизнь выглядит именно так, то я должна знать, как он справляется. Потому что всё указывает на то, что теперь так будет выглядеть и моя жизнь.

Я поняла, что резервы моего тела иссякли, когда стала клониться на песок, и ускользающее сознание успело уловить только шёпот: «Яра, пожалуйста» и отголосок ощущения сильных мужских рук, подхватывающих меня.

Я снова пришла в себя в своей новой комнате под негромкий, но довольно недружелюбный диалог.

- Какого дьявола, Зи? Ты о чём думал вообще? Ты понимаешь, что для неё и так впечатлений хватило на первые сутки? Так ты «помочь» решил. Помогатор хренов! – судя по звуку, говоривший начал ходить взад-вперёд по помещению, где мы находились, ероша волосы.

- Я не помню момента, когда позволял с собой говорить таким тоном, Макс. Уйди, - голос Айзека обжигал льдом. Отстранённый, четкий, ровный – этот голос словно подходил и не подходил ему одновременно.

- Знаешь что?.. – Макс запнулся, и, выругавшись под нос, вышел, громко хлопнув дверью.

Повисла тишина, нарушаемая лишь биением моего сердца и тихим потрескиванием, словно от костра. Я не могла разобрать, что это был за звук. Поэтому я открыла глаза и тихо вскрикнула. Вокруг меня, словно в невесомости, в воздухе плавали какие-то нити. Их было множество: одни – очень яркие, другие – едва заметные. Какие-то - сверкающие позолотой, а некоторые – выделяющиеся суровой матовостью. Они пронизывали стены и потолок, будто этих преград и не было. Тянулись из ниоткуда в никуда. И это от них исходил треск. Одна, не особо яркая, но пульсирующая нить, выходила из центра моего тела куда-то вправо. Не понимая, что я вижу, я повернула голову за этой нитью и столкнулась со взглядом холодных голубых глаз. Я молча уставилась на Айзека, не зная, что говорить.

Он сделал шаг к кровати, на которой я лежала.

- То, что ты сейчас видишь – это Поток. Совокупность энергетических нитей, связывающих тебя с людьми, которых ты когда-либо встречала в жизни. Те, которые ярче – это важные для тебя люди, либо те, кого ты видела недавно. Побледнее…

- …те, кого видела давно, - я кивнула. Голос получился хриплым, и я прокашлялась. – Вроде всё просто. 

Айзек нахмурился, глядя на меня. Его глаза осматривали мое лицо, словно стараясь его запечатлеть. 

- Это всё, что я могу? Видеть эти… потоки?

Мужчина медленно покачал головой:

- Нет. Всё гораздо сложнее. Но ещё не время.

Он продолжал меня рассматривать. Я неуютно заерзала в постели.

- Так, и почему ты на меня так уставился?

Наконец-то лицо Айзека ожило: брови взлетели вверх на мгновение, а глаза вспыхнули чем-то неясным.

- Ты не боишься меня. – Он не спрашивал, он констатировал факт.