Другое измерение. Книга 2.

глава 18.

Рано утром, еще и солнышко не начало подниматься над горизонтом, Зоряна разбудила меня. — Пора, княжна, умываться, я все приготовила. — Вот твоя одежда для ритуала. Подношения уже собраны, я их у Родима оставила, он и понесет к корзинку. Как не лень было подниматься, но сама кашу заварила, сама и хлебай полной ложкой. Влас еще вчера предупредил Волхва Пересвета, к обряду будет все готово. Я быстро собралась, и мы с Родимом вышли через парадное крыльцо. На улице было совсем темно, солнце еще не светило, а луна уже не светила, только редкие звездочки еще не успели погаснуть и тускло горели на небе. Дорога плохо проглядывалась, и Родим зажег два факела, один оставил себе, а другой отдал мне, вдруг слева что-то метнулось. Я испугалась ,а это Умка решила пойти с нами. Мы пошли вдоль теремов, огибая парк, туда, где виднелись высокие ели и силуэты гор. Шли мы около тридцати минут, и, выйдя за деревья, увидели храм.Там уже прибывали люди для обряда.Нас встретил Волхв Пересвет. - Будем начинать, скоро рассвет. Волхв взял чашу с водой и небольшим веничком пошел по кругу обрызгивать поляну, где предполагалось творить требу. Посредине поляны стоял деревянный четырехликий истукан Световида, а перед ним лежал большой плоский камень с хворостом для костра. Обрызгав поляну водой, жрец взял опахало и, размахивая им, словно разгонял рой ос, прошелся снова по всей поляне. Затем он взял чашу с землей и посыпал всю поляну ею, как будто посолил, и в завершении обнес всю поляну огнем. Мы все стояли за пределами поляны, пока волхв освящал место требы. Окончив сей ритуал, волхв пригласил пройти нас на поляну. Мы с Родимом первыми прошли и остановились у требного камня, сбоку которого стоял большой стол. На стол Родим постелил вышитый рушник и возложил на него вынутые из корзинки горшочек масла, круглый хлеб, горшочек меда, орехи, кусок сала, несколько плошек с зернами ржи, пшеницы, гороха, бобов, семян тыквы и подсолнечника. Я оглянулась, за нами стояла целая очередь из вчерашних вечерников. Все были одеты в белые вышитые ритуальные рунами одежды, в том числе и я. Каждый принес подношения Богу, и все выкладывали их на стол перед камнем. Мы с Родимом и Умкой отошли в сторону и встали прямо напротив истукана Световида. За его извоянием начала заниматься заря— Пора, — сказал Волхов и тоже стал лицом на восход солнца. — О, великий Световид, мы собрались здесь, чтобы обновить Вертикали, соединяющие Небесное и Земное, Явь, Правь и Навь, Мир Богов, Предков и Мир людей, вобрать в себя энергию Света и поделиться энергией души. Славен и Триславен будь Световид, наставляющий нас на Святую Жизнь, ибо указуешь ты Путь во Сваргу Пречистую, и Княжит там Правь, и она истинна, ибо темная Навь совлечена ниже Яви, а Славь устроена выше Яви, и тако пребудет во веки веков. О, великий и могучий Бог-Воин-Световид, ты справедливо поражаешь врагов наших и болезни телесные исцеляешь. Молим тебя, исцели князя нашего Всеволода. Как ты даруешь зарю каждое утро, так даруй здравие и силу внуку Сварожьему Всеволоду. Прими подарки наши, поделись с нами Светом своим, и прими энергию и благодарность душ наших. Так было, так есть, так будет. Омм!... Закончив читать молитву, Пересвет разжег костер на ритуальном камне и стал "кормить " костер нашими подношениями. Светлый дым от сжигаемых даров наших вертикально подымался ввысь и незаметно рассеивался где-то там в вышине. — Хороший знак, — сказал жрец, — наши молитвы услышаны, подношения приняты. К окончанию обряда уже вовсю занялась заря и стало светло. Я обернулась ко всем, кто пришел в храм. — Благодарю вас, честной люд, что поддержали князя в столь тяжелую годину болезни. Да наполнит справедливый Бог наш ваши души светом. Не знаю, правильно ли я сказала, но что-то подобное говорила Здебора после обряда в храме. Я поклонилась всем присутствующим и волхву. Дорога домой заняла меньше времени. Шли мы уже без факелов, и дорога была хорошо видна. Родим завел меня в терем, а там уже дожидался другой страж, прибывший на смену Родиму. — Знакомься, княжна, это Воебор, он будет теперь тебя охранять до завтра. Воин вытянулся передо мною в струнку. — Отдыхай, Родим. Ты хорошо послужил мне за эти сутки, — сказала я. Родим поклонился и ушел. Ты, Воибор, тоже пока отдыхай, скоро будем снедать. И отправилась в свои покои.