Другой край мира

48. Снегопад

- Конда, хочешь сходить в учебный двор? - спросила она, глядя, как он поправляет рукава куртки. - Посмотришь, как там всё устроено.

- Очень хочу. Но Воло не отпускает меня. Он раздобыл где-то длинный кафтан, какие-то невероятные шерстяные носки, и теперь бодро таскает меня по всем делам. И половину их поручает мне, включая те, по которым можно было бы отправить даже Верделла.

- Верделла лучше не отправлять с поручениями, - рассмеялась Аяна, усаживаясь на кровать. - Это может закончиться непредсказуемо. Боюсь, он может случайно открыть проход в долину духов, если заблудится ещё раз.

- У меня складывается впечатление, что Воло просто всеми силами старается не подпускать меня к тебе. Меня это злит. Но его доводы такие тошнотворно разумные... Аяна, ты знаешь, что у тебя вышло просто чудесно?

Конда покрутился перед зеркалом. Куртка сидела на нём превосходно, и Аяна не могла отвести глаз.

- Я сейчас начинаю верить в то, что ты меня считаешь красивым. Только, мне кажется, она слегка свободна.

- Ты примеряешь её на тонкую рубашку. Надень ещё шерстяную, и сразу поймёшь, зачем такой запас. А ещё толстый шерстяной платок вот так, - она махнула руками от плеч вниз. - А сверху твой плащ, я как раз повесила его на сеновале.

- Я же сварюсь заживо.

- Нет.

- Я уже медленно поджариваюсь в ней.

- Сними её. Мне надо пришить ещё одну застёжку на плече.

Он снял куртку и отдал ей.

- И рубашку тоже.

Конда начал стягивать рубашку, но остановился.

- Это еще зачем? - с подозрением спросил он.

- Просто хочу посмотреть, - сказала она, слегка краснея.

- Аяна, - укоризненно сказал он. - Так нельзя.

- Ты не приходишь ко мне. Мне очень одиноко. Я раньше не замечала, как мне одиноко.

Он сел рядом с ней.

- Ты помнишь, что обещала мне записать песни?

- Да.

- Запиши, пожалуйста. Все, которые знаешь.

- Я думаю, тебе не понравятся песни, под которые мы работаем. Они очень заунывные. Я запишу тебе те, которые повеселее.

- Все, какие хочешь. И разные поговорки тоже. Аяна, я ближайшие дни проведу в вашем верхнем городе. У нас там дела с кузнецом. Нет, правда. Это действительно так. Это не Воло придумал. Мы там останемся на пару ночей, чтобы не ездить туда-сюда по снегу.

Аяна печально посмотрела на него.

- Тогда приходи, когда вы вернётесь. Вы с Верделлом уезжаете?

- Да. Воло держит его под присмотром на всякий случай.

- Поцелуй меня.

Он поцеловал её, и она уткнулась носом ему в шею.

- Не забудь про песни, - сказал он.

На третий день они не вернулись, потому что начался снегопад. Снег плотной стеной опускался на мир. Аяна сидела на кровати и смотрела на белизну за окном. Эти дни без Конды, без его сосредоточенных морщинок у глаз, без его улыбки казались бесконечными. До этого, когда Воло уводил Конду на весь день, она могла хотя бы мельком увидеть его вечером, но сейчас невозможность даже случайно встретить его была мучительной.

Аяна печально вздохнула. Подлая зима, которая решила вот так отсрочить их встречу... Внезапно на ум пришло кое-что ещё, и Аяна медленно округлила глаза, холодея. Праздник Лойки! Она родилась в этот день!

Подсчитав по пальцам, Аяна виновато наморщилась. Да, никакой ошибки... Они забыли про праздник сестры!

Она метнулась к лестнице, сбежала вниз и постучалась в комнату родителей.

- Да, солнышко, заходи.

Мама расчесывала волосы, сидя на кровати, а отец дремал рядом.

- Мама, как ты поняла, что это я? - прошептала Аяна.

- Я узнаю вас по шагам, - тихо рассмеялась мама. - Вот недавно Лойка вышла из детской.

- Я пришла как раз из-за этого. Мама, у неё же праздник сегодня!

- Я помню. Вчера мы с Марой поставили её любимый пирог с яблоками. Не тревожься, милая. Зайди к Соле, она занимается всем сегодня. А скоро и твой праздник... Через две недели. Какое угощение ты хочешь?

- Не знаю. Мне всё равно. Любое из того, что я ем.

Она с улыбкой вышла из комнаты и пошла умываться.

Лойка будет рада пирогу.

Сола была у себя в комнате, она тоже сидела на кровати и смотрела на снегопад за окном. Сола молча похлопала ладонью по покрывалу, и Аяна подсела к ней. У Солы пахло травами и снадобьями, и этот запах воскрешал в памяти детство и летние дни.

- У Лойки праздник рождения.

Сола кивнула. Она часто бывала молчаливой по утрам. Аяна подтянула ноги на кровать и примостила подбородок на коленку. Молчать рядом с Солой было уютно.

Снег падал и падал, как будто кто-то снаружи перестилал белоснежную постель. Аяна придвинулась к Соле и положила голову ей на плечо.