Другой мир. Эликсир вечной жизни для смерти

Глава 4

Он был надо мной, сжимал мою руку и обдавал холодом. Казалось что я падаю куда то с высоты, и вот вот ударюсь об землю.

Я вздрогнула. Присниться же такое. 

Смерть приснилась, вернее человек в ее обличии,  это был такой реальный сон и я чертовски испугалась. Волосы на голове были спутанные, я медленно поднялась с дивана и подошла к окну. На игровой площадке резвились дети, были слышны крики и шум. Отдалённые голоса родителей, и звуки проезжающих автомобилей. Жизнь шла. 

Мое внимание привлек маленький листик, на нем было неразборчиво написано 
"Когда я приду, ты сама отдашь мне то, чего я хочу" 
Кожу обдало холодом. Я сжимала в руках записку и страх начал долбить в висках. Все это не сон. Он правда приходил за мной, хотел забрать меня. Как же хотелось чтобы все это было неправда. Может у меня что то с головой? Такого не бывает! 
У меня точно шизофрения. Мне требуется психиатр. Однако дела не будут делать себя сами, я открыла дверцу шкафа и достала от туда паспорт. Возьму кредит в микрозайме, а потом разберусь со своей головой. У мамы был знакомый психиатр. Пока я ещё осознаю что больна, надо решать эту проблему, потом мне будет уже все равно. В квартире была тишина. Галлюцинация прошла. На комоде лежали деньги. Большая пачка купюр перетянутые резинкой.
Я точно сошла с ума.

***
Я никогда ещё не ощущал подобного из-за контакта со смертыми. Это что то невообразимое. Она была так напугана когда я показал ей себя в обличии скелета, что мне стало ее жалко. Но она сама же меня вынудила, мне пришлось. Как ещё нужно было доказать ей что я не какой то там Вася из соседней квартиры. 

Я - Грэм, повелитель смерти. 

Моя мать была смертной, я совсем ее не помню. Только то, что она была больна раком. Отец не смог спасти ее, не смог на совете отстоять свою любовь. Ее не сделали бессмертной, хотя могли. Они все могут, если это касается их. 
Я пообещал себе что никогда не свяжу себя со смертной, никогда не позволю этому быть. Но как оказалось судьба решила сделать мне сюрприз. От неё у меня все внутри переворачивается. Замирает на мгновение, а затем снова переворачивается. Я просто забыл уже кто я есть. Никто прежде не вызывал во мне такие эмоции. Никто, до нее. 
- Грэм.. - Лицо Элен исказилось злобной гримасой. Она была вне себя от ярости. Когда Элен злилась то ее щеки просто горели. Брови смыкались на переносице, а губы становились ещё тоньше. 
- Элен, я был на важном мероприятии
- Скажи мне на каком таком мероприятии ты был, если должен был быть на собрании. Почему я должна за тебя краснеть перед советом? 
- Элен..- я казалось терял терпение. Кто они такие чтобы указывать мне? 
Хотя ясно кто, это они назначили меня главной смертью, отодвинули Элен. Хотя я не просил их об этом, она вполне себе справлялась с этой задачей, да тут даже смертный справиться.  - Я не собираюсь тратить время на собрания
- А у тебя что, время как у смертных отведено? - не унималась Элен. Она упёрлась руками о стену из тёмного камня и тяжело вздохнула. - Совет дал тебе возможность..шанс, быть как мы. Он дал тебе бессмертие!
- Какой ценой он мне его дал? 
Закричал я. Вот она ярость, посередине груди. Там где была душа, у всех ее не было а у меня была. Сердце не билось, я не дышал, но душа была. - Ценой чего, Элен? Ценой жизни моей матери, и ценой жизни моего отца? Он сейчас в чистилище, потому что не может жить без нее. 
- Я предлагала ему найти ее! 
- Но вы ее не нашли! 
Элен подошла ко мне и охватила мои плечи руками 
- Грэм, я тебе обещаю..клянусь черт возьми,  мы найдём ее 
Казалось что мою ярость уже невозможно остановить, я оттолкнул Элен и пошёл прочь  
- Грэм, несносный мальчишка..я обещаю мы найдём ее!
Кричала мне в след наставница. Я шёл не разбирая почвы под ногами. Как они могут найти мою мать? Как? После того как отец забрал душу матери и проводил в рай, она ждала инкарнации, а потом пропала. Отец думал что она все же на Земле, но оказалось что найти маму стало уже невозможным. А потом он замкнулся в себе, и меня передали Элен. Я был ребёнком смертной, но совет подарил мне бессмертие, ценой жизни моей матери. К черту их жалкие подарки, будь они трижды прокляты!