Дружи наперекор всему

Глава 9. Птичий зигзаг

Тикали секунды Мироздания, терпеливо отсчитывая минуты, шуршал ветерок вокруг оцепеневших фигур — Гарри и Гермиона продолжали изумленно таращиться на профессора Снейпа. Причем так, что Северусу аж неловко стало: бровь вернулась на место, а в глазах включилась тревога. Протянув руку, он осторожно помахал ладонью перед лицами остолбеневших подростков. А так как те никак не отреагировали, съязвил:

— Поттер и Грейнджер без всяких признаков мыслительной деятельности. Почему я не удивлен?

Привычный язвительный голос профессора будто бы разрушил удивленное оцепенение, Гарри и Гермиона вздрогнули и заморгали, придя в себя. Главная константа мира вернулась — профессор был прежним. Так как Альберту нездоровилось, то Дориан с Северусом занялись им и малышкой Терри, поэтому ребята попрощались и ушли.

Но, вернувшись к себе, они всё ещё долго не могли успокоиться, уж слишком неожиданным было явление… Уже на следующее утро Гарри и Гермиона задались вопросом: как бы им пробраться к соседям в гости да и вызнать всё. Потому что было дико интересно, как профессор Снейп стал родственником Ранкорнам, прямо до зуда хотелось узнать, как эдакое чудо произошло? Ах да! Ещё и про големов неплохо бы узнать!

Удобный случай представился им к полудню. Ребята убирали прошлогоднюю солому в саду, когда совсем рядом сквозь шорох сухой травы Гарри услышал знакомое мурчание.

"М-мррр, простите, вы не скажете, где тут находится мальчик, который умеет разговаривать со мной?"

— Курлык?

Гарри поднял голову и посмотрел поверх желтой травы в сторону знакомого голоса. И чуточку подрастерялся, увидев, как умная мохнатая змейка обращается с вопросом к… голубю. Раскланявшись и вежливо поблагодарив, змейка проползла немного вперед и обратилась к ещё одному голубю с тем же вопросом. Поймав себя на том, что смотрит на всё это с открытым ртом, Гарри опомнился, захлопнул челюсть и позвал:

— Воротничок, я здесь!

Змейка встрепенулась, подняла высоко головку и завертела ею, ища окликнувшего её парня. Пришлось встать из травы и показаться ей. Увидев Гарри, Воротничок радостно взмурлыкнула и заторопилась к нему. Скользнула в подставленные ладони и винтом вползла по руке к плечу, устроилась на плечах и ткнулась теплым носиком в ухо, смешно щекоча усиками.

"Привет, а я соскучилась, мур-р-ррр…"

— Мы же едва знакомы! — засмеялся Гарри, ежась от щекотки.

"Но ты самый лучший! С тобой можно поговорить", — не согласилась змейка.

Тут Гермиона восхищенно заулыбалась, озаренная идеей, которую тут же озвучила:

— А вот и повод в гости напроситься! Гарри, мы им змейку отнесем и скажем, что нашли в нашем саду.

— Отличная идея! — одобрил Гарри и потерся щекой о живое манто. — Не возражаешь, Воротничок?

"М-мм, нет", — змейка озорно сверкнула глазками.

Не забыв сказать своим, куда они идут, Гарри и Гермиона направили свои стопы к соседнему дому. Прошли к нему по знакомому маршруту — через сад и парк, не считая нужным идти в обход по аллеям и дороге к парадному крыльцу. Бассейн с шезлонгом, застекленная терраса. Переглянувшись и улыбнувшись для храбрости, Гарри с Гермионой прошли к задней двери. Звонка и молоточка не было, пришлось постучаться кулаком.

— Ой, Кевин, бегу! У тебя руки заняты, что ли? — донеслось спустя минуту из глубин дома. Потом послышались торопливые шаги и дверь распахнулась. Выросшая на пороге женщина удивленно заморгала, увидев совсем не того, кого она ожидала.

— Ой… А я думала — Кевин, садовник, с коробами… — тут она умолкла, разглядев меховое манто на плечах парня. — Ах! Вы же те ребята, которые помогли моему Альберту! Как чудесно! Вы проходите, проходите, мои хорошие, — радушно пригласила женщина, посторонившись.

Ребята, хоть и приободрились, вошли всё же боевым порядком — впереди Гарри, готовый, если надо, грудью защитить, за его плечом Гермиона, рефлекторно осматривающая тыловую полусферу. Что поделать, рефлексы не так-то просто вытравить… Поэтому на диване расположились так, чтобы видеть и окна, и двери. Воротничок при этом стекла с плеч на колени и свернулась наподобие кошки. И Гарри невольно задумался, а разводят ли таких зверушек и можно ли достать такого же? Женщина же меж тем хлопотала, сервируя чайный столик, и оживленно тараторила:

— Мы с Шерри как раз обед готовим, вот как чувствовала, приготовила яблочную шарлотку! Вы же останетесь, дорогие? Ах, как я хотела вас поблагодарить за то, что оказались рядом с Альбертом! Уж я его ругаю-заклинаю, чтоб в жаркие дни на улицу носа не казал, но разве ж он слушается?! Совсем дитё малое. И ведь ненадолго его с доченькой оставили! Я-то с утра в библиотеке работаю, а мужу из гаража позвонили, насчет запчастей каких-то уточняли, вот и отошел он, буквально минут на двадцать! Шерри ванну принимала, а Вольфа вечно где-то носит…

— Вы его мама? — вклинился Гарри в поток нескончаемой речи.

— Ой! Совсем я дура старая, представиться-то и забыла! — весело спохватилась женщина. — Меня Вера зовут, Вера Ранкорн, в девичестве Снейп.

— Снейп?! — совершенно непроизвольно вырвалось у Гарри. Гермиона солидарно с ним округлила глаза.

— А-а-а… во-о-от зачем Северус посоветовал упомянуть мою девичью фамилию, — понимающе произнесла Вера. — Вот засранец… Простите мой французский. Язва он невозможный, на меня смотрит и хихикает, а когда я его полотенцем огрела и спросила, по какому поводу веселье, он, паршивец эдакий, ответил, что когда с вами знакомиться начну, то должна буду назваться честь по чести. Ну да, я Верой Снейп в девичестве была, а когда замуж за Дори вышла, то, естественно, стала миссис Ранкорн. Не поняла я, в чём тут юмор? — нахмурилась Вера. Гарри чуть слышно скрипнул зубами — он-то как раз понял, в чем тут подвох…