Дублинские рукописи

Глава 16: "Литературная охота"

Шестнадцатый день расследования стал днём финальной охоты. Несмотря на арест Циммера и разгром мастерских, детектив Питер Морган понял, что часть преступной сети ещё оставалась на свободе. Где-то в Дублине скрывались последние сообщники, а с ними — украденные манускрипты, которые ещё не были найдены.

Утро началось с тревожной новости. Мадам Катарина О'Брайен, находившаяся под домашним арестом, исчезла из своего особняка, оставив лишь записку: "Истина должна быть сохранена для потомков."

— Она знает что-то важное, — заключил инспектор О'Каллаган, изучая опустевший дом торговки антиквариатом.

— А что именно? — спросил детектив.

— Возможно, местонахождение самых ценных манускриптов. Те, что предназначались для главных покупателей.

— А какие покупатели?

— Согласно перехваченной переписке, американский миллионер Джон Пирпонт Морган собирался купить поддельную "Книгу Тары" за рекордную сумму.

— А сделка?

— Должна была состояться сегодня вечером в секретном месте.

В особняке О'Брайен остались следы поспешного бегства. Сейфы вскрыты, документы сожжены, но в золе камина детектив нашёл обгоревший фрагмент письма.

— "...последняя встреча в театре Эбби... полночь... зал Йейтса... принести оригинал Келлской..." — прочитал он уцелевшие строки.

— Театр Эбби, — повторил инспектор. — Символично. Всё началось с литературных кругов.

— А что могла принести О'Брайен?

— Возможно, подлинную страницу из Келлской книги. Самое ценное, что у неё было.

— А покупатель?

— Не Морган. Он в Америке. Кто-то местный.

К полудню стало ясно, что О'Брайен не действует в одиночку. В различных частях города были замечены подозрительные фигуры — люди, которые могли быть последними участниками заговора.

Леди Августа Грегори встретила детектива в своём кабинете в театре Эбби с видимым беспокойством.

— Леди Грегори, — сказал Питер, — не планируется ли сегодня вечером каких-то мероприятий в театре?

— Нет, — ответила она нервно. — Театр закрыт на ремонт.

— А частные встречи?

— Не знаю ни о каких встречах.

— А мадам О'Брайен обращалась к вам?

— Сегодня утром. Просила разрешения провести "небольшую церемонию" в зале памяти Йейтса.

— А какую церемонию?

— Сказала, что хочет передать важные документы "достойному хранителю".

— А вы разрешили?

— Подумала, что речь идёт о пожертвовании театру. Дала ключи.

— А кто этот "достойный хранитель"?

— Не сказала. Но упоминала "человека, который понимает истинную ценность ирландского наследия".

Зал памяти Йейтса в театре Эбби был небольшим помещением, где хранились личные вещи великого поэта и рукописи его произведений. Детектив понимал, что именно здесь должна была состояться финальная сделка.

— Идеальное место для тайной встречи, — заметил он, осматривая помещение.

— А почему именно здесь? — спросил инспектор.

— Символическое значение. Йейтс олицетворял ирландское культурное возрождение.

— А практические соображения?

— Уединённость, романтическая атмосфера, отсутствие свидетелей.

— А доступ?

— Только через главный зал театра. Можем устроить засаду.

К вечеру в театре была организована скрытая охрана. Детективы расположились в ложах, а технические сотрудники — за кулисами. Всё было готово к поимке преступников.

В половине двенадцатого к театру подъехал элегантный экипаж. Из него вышла мадам О'Брайен с большой кожаной сумкой.

— Она пришла, — прошептал инспектор в рацию.

— А спутники?

— Одна. Но может быть, покупатель уже внутри.

О'Брайен вошла в театр через служебный вход, используя ключи, полученные от леди Грегори.

Двигалась она уверенно, словно хорошо знала дорогу.

В зале памяти Йейтса её уже ждал человек в тёмном плаще. При тусклом свете газовых фонарей было трудно разглядеть его лицо.

— Привезли обещанное? — услышали детективы сквозь приоткрытую дверь.

— Конечно, — ответила О'Брайен. — Подлинная страница из Келлской книги. Самое ценное, что у меня есть.

— А подлинность?

— Гарантирую. Это работа VIII века, времён святого Колумбы.

— А происхождение?

— Семейная реликвия. Передавалась в роду О'Брайенов много веков.

— А цена?

— Десять тысяч фунтов. Как договаривались.

Покупатель достал из кармана толстую пачку банкнот и положил на стол рядом с рукописями Йейтса.

— Проверьте, — сказал он глухим голосом.

О'Брайен осторожно развернула древний пергамент. Даже в полумраке было видно сияние золотых красок и сложность кельтских орнаментов.

— Это действительно фрагмент Келлской книги, — прошептал детектив, наблюдая за сценой.

— А покупатель кто? — спросил инспектор.

— Пока не видно лица. Но голос кажется знакомым.

В этот момент покупатель повернулся к свету, и детектив увидел его лицо.

— Профессор Дэвид Нанн! — воскликнул он про себя.

Эксперт по подлинности манускриптов, который помогал в расследовании, оказался тайным покупателем краденых сокровищ.

— Теперь понятно, — подумал Питер. — Он знал о подделках, потому что сам был частью схемы.

Сделка была почти завершена, когда детективы ворвались в зал.

— Именем короля, вы арестованы! — крикнул инспектор О'Каллаган.

О'Брайен попыталась спрятать манускрипт, но была остановлена. Профессор Нанн сначала попытался бежать, затем остановился, поняв бесполезность попытки.

— Профессор Нанн, — сказал детектив с укором, — не ожидал увидеть вас здесь.

— Мистер Морган, — ответил эксперт с достоинством, — я защищал ирландское наследие от разграбления.

— А как именно?

— Покупал подлинные артефакты, чтобы сохранить их в Ирландии.

— А деньги откуда?

— Личные сбережения и кредиты. Готов был разориться ради спасения сокровищ.

— А мадам О'Брайен?

— Она предложила продать мне подлинники вместо того, чтобы отправлять их в Германию.