Дуэльный сезон

Глава вторая, в которой все всё неправильно понимают

§10. Участниками дуэли могут быть только лица дворянского звания, состоящие в военной службе.

§10-1. Лица женского пола допускаются к участию в дуэли в случае, если они удовлетворяют требованиям предшествующего пункта.

Дуэльный кодекс Борейской империи

***

Сани Даши остановились возле солидного городского дома, не то, чтобы прямо дворца, но построенного основательно и с претензией: колонны, фронтон, ухоженная парадная лестница. Здесь жила двоюродная сестра ее отца, Марья Сергеевна Бешметева, давно оставшаяся вдовой, спровадившая двоих сыновей в военную службу и имевшая дочь, ровесницу Даши.

По отцовскому плану Даше следовало заявиться вроде как в гости к тетке, которая вообще обожала гостей и родню, и уж конечно, племяннице бы не отказала, пусть даже и видала она эту племянницу последний раз еще ребенком.

Даша взбежала по крыльцу, попросила старенького швейцара доложить о себе, и минуту спустя уж вошла в светлую гостиную, где ее приняла сама хозяйка.

– Дашенька! – всплеснула руками Марья Сергеевна. Была она очень полной дамой с угольно-черными, вьющимися у концов волосами. Должно быть, она их чернила специально, крася седину, так как была на три года старше Дашиного отца, а ни единого седого волоса не имела.

– А мы уж и заждались тебя тут! – продолжала хозяйка. Сперва она обняла крепко Дашу, а затем принялась давать короткие отрывистые команды слугам – точно командир перед сражением.

– Пойдем, я твою комнату покажу, – сказала она. – Ты, поди, устала с дороги. А завтра уж и наговоримся.

– Я не очень устала, – сказала Даша. Она чувствовала, что тетке хочется поговорить с новым лицом. – Я бы чаю выпила, если можно.

– Конечно, конечно, – Марья Сергеевна закивала головой. – Мы второго чаю-то еще и не пили, словно нарочно тебя ждали. Сейчас Сонечка выйдет, и будем пить, а ты нам все расскажешь. Ты надолго к нам? Я думаю, на всю зиму было бы здорово. И Сонечке тут компания будет, и тебе явно уж веселее, чем в деревне сидеть, где из компании – только старик-отец и волки. А я тебя уж отсюда не отпущу, покуда помолвку твою не отпразднуем – так и знай!

Она рассмеялась и потрепала Дашу по щеке, а та почувствовала, как краснеет.

– Я не за этим приехала, – сказала она негромко.

– Как это, не за этим? – удивилась Марья Сергеевна. – А зачем же еще барышне в столицу ехать?

«Затем, чтобы убить Кирилла Стужева и восстановить честь рода» – подумала Даша про себя, но, разумеется, вслух не сказала.

– Я в бригаду приехала поступать, на службу, – негромко сказала она. – У меня письма рекомендательные с собой. От отца и от знакомых его.

– В бригаду? – переспросила Марья Сергеевна с таким видом, словно не понимала, шутит ли Даша, и надо ли смеяться. – В какую еще бригаду?

– Во Вторую артиллерийскую бригаду, – ответила Даша, немного смутившись и сложив руки на подоле платья. – В первую роту легкой артиллерии командиром взвода единорогов.

– Чего?! – переспросила Марья Сергеевна. – Каких еще единорогов?!

– «Единорог» – это орудие так называется, – пояснила Даша с серьезным видом. – От пушки отличается тем, что может вести огонь по навесной траектории с закрытой позиции.

– Скажи, что ты шутишь! – Марья Сергеевна вытаращила глаза так, словно Даша объявила, что уходит в лес жить вместе с белками.

– Я не шучу, – ответила Даша. – Вот и от батюшки моего письмо, там все написано. Он очень просил, чтобы вы мне помогли устроиться, похлопотали, потому что вы же весь Маринбург знаете…

– Ох, Николай, – проговорила Марья Сергеевна, покачав головой. – И не хочется браниться при таком приятном свидании, но батюшка твой… и всегда-то был сумасбродом, а нынче… нет, я все понимаю: потерял ты сына… но разве это повод и дочери тоже жизнь портить?

– Он и не портит, – Дарья пожала плечами. – Я и сама служить хочу. Что же плохого?

– Да курам на смех, вот что плохого! – вздохнула Марья Сергеевна. – Ладно, пойдем чай пить.

К чаю вышла дочь Марьи Сергеевны, Соня. Последний раз Даша видала ее лет десять назад, когда та приезжала вместе с Марьей Сергеевной к ним в имение. Тогда они много бегали друг за дружкой по двору и по деревне, ловили жуков, рассказывали друг дружке на ночь всякие сказочные небылицы.

И договорились дружить вечно-вечно, даже когда станут старыми и выйдут замуж. Но потом Соня уехала, и Даша о ней забыла. Тогда они еще почти не умела писать, посылать писем не могла, а когда выучилась, то про ту детскую дружбу давно уж не помнила.

Соня была очень похожа на свою матушку: пухлая, краснощекая, с вьющимися волосами и вечной смешинкой в глазах. Дашу она расцеловала и сказала, что жить они будут в соседних комнатах, и это очень весело. Что она познакомит Дашу со всеми своими подругами, и они ей живо сыщут жениха. Похоже, ни о какой другой карьере в этом семействе не думали.

– Мама, а мы возьмем кузину с собой на бал в собрание? – спросила Соня, когда подали миндальный кисель.

– Ой! – сплеснула руками Марья Сергеевна. – А я-то и забыла, совсем из головы вон! Совершенно точно надо взять! Да только в чем же ты пойдешь… у тебя есть с собой платье бальное, хоть одно?