Дурная кровь

Глава 14.1

Как же смешна стыдливость, особенно когда речь идёт о взрослых людях. Почему бы сразу не рассказать о своих чувствах и намерениях? При встрече украдкой заглядывать в глаза, пытаясь уловить, что же изменилось в ней со вчерашнего дня.
Дни, когда она не на дежурстве, тянутся неимоверно уныло и однообразно. В поисках вдохновения Музафер уединяется в глубине цветущего сада, устроившись в тени на скамейке напротив небольшого фонтана.
Строчки стихов складываются в его голове в хаотичном порядке, совершенно не рифмуясь друг с другом. Оставив это безуспешное дело, он возвращается к насущным проблемам, переходя к заметкам в блокноте.
Заглянул в календарь и отсчитал количество дней с даты отъезда из Турции. Близкий друг и родственник Девран настоятельно рекомендовал отдохнуть месяц-другой, и связаться с ним по телефону не раньше, чем через 2-3 недели после отъезда.
Никого не предупредив из мед.персонала, мужчина решается выйти за территориальные пределы больницы. Он делает промах, позабыв об охраннике в будке у ворот, который в свою очередь несмотря на пожилой возраст никого не упускает из виду. На следующий же день Музаферу предъявляют претензию во время утреннего обхода:
- Вы почему уходите из больницы без предупреждения? Мы несём ответственность за вас до тех пор, пока вы являетесь нашим пациентом.
- Мне нужно было позвонить родным. К счастью административный центр находится тут недалеко, где мне любезно предоставили возможность воспользоваться их телефонным аппаратом - во время обьяснений Музафер не переставал улыбаться.
Зана лишь мельком прошлась взглядом по его лицу, остановившись на блокноте, стиснутом в крепких мужских руках. Представила себе растянутые до ушей улыбки женщин в ответ на любезное обращение симпатичного иностранца.
- Может мне рассказать вам, о чем я говорил по телефону со своей сестрой? - не дождавшись её ответа, продолжил Музафер. - Я рассказал ей о том, что влюбился и в скором времени собираюсь познакомить её со своей спутницей.
Не выдержав его обволакивающего взгляда, наполненного нежностью и любовью, Зана захлопнула папку с историей болезни и спешно покинула палату.
Она испытывала смешанные чувства: ещё не отошедшая от глубокого потрясения после смерти племянницы, ей казалась непостижимой мысль о начале новых отношений.
Слегка вздрогнула, случайно встретившись со своим отражением в зеркале, установленном на торце шкафа. На нее глядела помолодевшая на несколько лет женщина, куда-то исчезли мимические морщинки, на щеках появился здоровый румянец.
Зана всегда пользовалась у коллег и знакомых мужского пола не только уважением, но и большой симпатией. До некоторых пор её душевный настрой находился на том уровне, что ей казалась непоколебимой уверенность в себе.
Достала из дамской сумочки билет на завтрашний рейс до Струги (город на юго-западе Северной Македонии), и сердце радостно затрепетало в предвкушении от встречи с собственными детьми.

О том, что она уехала на три дня, Музафер случайно узнал из разговора между дежурным врачом и процедурной медсестрой в коридоре. Иногда хватает одного-двух слов, подкрепляемых внутренним чутьем, чтоб строить предположения.
Он все ещё помнит её запах, интимное и мимолетное прикосновение шелковистых прядей её чудных волос, теплоту и близость её тела. Терпеливо ожидал, пока она намылит заросшую щетину пенкой по его же настойчивой просьбе.
Холодное прикосновение клинковой (опасной) бритвы пробуждало в нем решительность, и теперь он уже открыто изучал черты её лица.
Находясь в непосредственной близости с ней в столь интимной обстановке, он все же ощущал некий барьер в лице прошлого, тяжелым осадком довлеющего над ней. Остатки собственных иллюзий грозились рассыпаться в прах, тогда он предпринял последнюю попытку.
Всего на несколько секунд прижался к её губам, бесстыдно забирая у нее все то, что когда-то принадлежало другому. Реакция, последовавшая за этим необдуманным его поступком, поставила в тупик. Не удалось всколыхнуть в ней пламя новых чувств - разочарованно шептал ему внутренний голос.
В следующий раз беспрекословно позволял умелым рукам делать свою работу, чувствуя себя обычным пациентом. При этом все процедуры делала одна и та же медсестра, которую раньше не видел в больнице. Во время очередной перевязки обратил на неё свое внимание: этот контраст серо-голубых глаз на фоне гладкой смуглой кожи. На вид ей не больше двадцати лет.
- Вы уже познакомились?
С удивлением во взгляде оба обернулись к Зане, стоявшей у порога.
- Это моя дочь - представила Музаферу девушку, которая смущённо уставилась себе под ноги.
- Агнес - заставила себя поднять голову и мельком взглянуть ему в глаза.
- Очень приятно, меня зовут Музафер - улыбнулся мужчина, переводя взгляд на Зану. - Я и не знал, что у вас такая взрослая дочь.
На миг девушке показалось, что он задержал свой взгляд на Зане. Но та лишь в формальном порядке задала ещё несколько вопросов, подготавливая пациента к выписке.
Так получилось, что Музафер задержался в больнице ещё на один день. Он хорошо себя чувствовал, поэтому спокойно мог отлучиться для того, чтоб разузнать расписание и маршруты автобусов.
Когда вернулся обратно, решил немного посидеть в парке прибольничной территории. Солнце стояло на зените, было необычайно жарко для конца сентября. На одной из скамеек сидела Агнес. Окликнув девушку по имени, мужчина направился в её сторону.

- Почему сидишь одна? - спросил её на турецком, обрадованный тем, что имеет возможность говорить на родном языке без особых преград ещё с одним человеком.
- Присоединяйтесь - предложила она, уже увереннее приглашая разделить с ней обеденную трапезу. Свежий воздух пробуждал в ней аппетит, возможно по этой причине она заранее просила добавки в столовой.
Пока Музафер пробовал всего понемногу, девушка задумчивым взглядом прошлась по парку в поисках других людей. Внезапно поднялся ветер: высокие деревья шумно закачались, они были похожи на шепчущихся между собой соседок-сплетниц.
Очередной поток порывистого ветра смел со скамейки толстую тетрадь с заметками. Музафер поспешил помочь девушке собрать разлетевшиеся по земле листки.
Среди них оказались черно-белые фотокарточки. С нескрываемым любопытством он принялся рассматривать ту, на которой была запечатлена молодая супружеская пара с маленькими детьми.
- Это мои родители - объяснила Агнес, ощущая неподдельный интерес мужчины к фотографиям.
- Ты похожа на отца- промолвил Музафер, устраиваясь на скамейке.
- Все так говорят. А мой брат Лэши и внешностью и характером пошёл в мамину сторону.
Просмотрев фотографии, Музафер поинтересовался о ее планах на будущее.
- После окончания школы я проучилась в Высшей католической школе в Задаре. Знаете где это находится?
- В Хорватии. Город, основанный древними римлянами и знаменитый своими архитектурными памятниками. Собираешься посвятить себя служению Господу? - спросил он, прислушиваясь к веселому журчанию фонтана.
- Бабушка мне с детства привила любовь к богослужению. Собирается отправить меня в Италию, чтоб я продолжила учиться у известных богословов.
- А ты? Чего ты сама хочешь? - наконец повернул голову к ней и посмотрел в её бездонные глаза цвета неба.
- Я хотела стать журналистом, изучить много языков, путешествовать по разным странам - призналась девушка, взволнованная неожиданным проявлением интереса к ней.
Музафер широко улыбнулся, по всей видимости ему начала нравиться эта юная особа.
- Если бы я вовремя создал семью, хотел бы иметь дочь, похожую на тебя. Я слышал, вас переводят в Призрен?
Агнес в ответ кивнула, но на душе было совсем нерадостно, несмотря на то, что скоро воссоединится с остальными членами семьи.