Дурнушка, или история княжны Итисы Осенской

Глава 18

День экзамена начался с раннего подъема. Первой ни свет, ни заря подскочила Шерия. Девушка старательно пыталась не шуметь. Наверное, поэтому эффект был абсолютно противоположный. Заходя в ванную, она громко хлопнула дверью, вернувшись, обо что-то запнулась и приглушенно охнула. Я поняла, что поспать еще часик мне не суждено и поднялась с постели, с завистью глянув на Кьяру. Эльфийка могла видеть сны, невзирая на гомон целой армии гномов.

- Доброе утро. Мне кое-что нужно повторить, - виновато шепнула рыжая соседка. Она разложила на кровати с дюжину книг. Чтоб прочесть одну такую, мне бы потребовалось дня два, но гномка не отчаивалась: взяла полистала сначала первую, потом вторую. Я направилась в ванную, сполоснулась. Вернувшись, занялась подбором наряда, выбрала из гардероба белую блузу и юбку до щиколоток. Заговорила одежду, чтоб не мялась и сохраняла прохладу. Волосы собрала в привычную косу. Так как мне повторять ничего не требовалось - отрепетированное вчера в последний раз заклинание озарии получалось без проблем - я вышла из комнаты. В гостиной было непривычно пусто. Я побрела в кухню-столовую. Голова в последние дни полнилась мыслями то о пророчестве Кьяры, то о предстоящем экзамене и о том, чем он обернется для Грегора. Среди всего этого обитало желание увидеть Дариона.

Я замерла на пороге комнаты для питания. Ожвэй сидел за длинным овальным столом, что-то энергично пережёвывая.

- Доброе утро, - буднично поприветствовал он меня. Это вогнало меня в ещё больший ступор. От иномирца будто не исходило никакой угрозы, которую я привыкла осязать всем своим существом. Обычный высокий, широкоплечий мужчина приятный на внешность: шоколадного цвета волосы, зёлёные глаза с алыми крапинами, нос с горбинкой, идеально очерченные губы. Нет. Обычным его назвать нельзя. Красивый. Однозначно красивый. Вот не желал бы он занять трон, убив при этом законного наследника Ваела, я бы и зелье Дариона пить отказалась.

- Ты сдвинешься с места или так и будешь на меня пялиться? – отхлебнув чая из большой кружки, спросил Грегор. Я смутилась и быстро прошагала до плиты, на которой стоял чайник. Затылком я чувствовала на себе взгляд Ожвэя. А вдруг он что-то заподозрил?

- Привет, привет! – в кухню буквально влетел Дэв. Следом за ним появились Сибид и Риманел. Забрякала посуда, задвигались стулья, понеслись разговоры – за всем этим шумом я не услышала, как Грегор покинул кухню. Когда обернулась, его место уже пустовало. Мой лжедруг деликатно взял меня под локоть и предложил присесть.

- Я сам приготовлю тебе завтрак и чай наведу, - многозначительно добавил парень. Я поняла, что в кружку он добавит зелье. Я закрыла глаза, вспомнила, сколько раз Ожвэй смеялся надо мной, пугал меня, унижал. Это помогло мне заглушить голос совести, которая ворчала, что нельзя так поступать с иномирным гостем. Напиток с особой добавкой я выпила чуть ли не залпом. Извинившись, отказалась от яичницы. Мне внезапно захотелось побыть одной. Используя настенные карты, я нашла путь до нужного мне пункта. Им стал балкон над рекой, с которого меня не так давно скинул Грегор. Я любовалась синей водой, буйствующей зеленью на берегах. Свежий ветерок приятно ласкал кожу. Мысли и тревоги отступили на второй план.

- Так и знал, что ты здесь, - заставив меня вздрогнуть, ко мне приблизился Грегор. Как всегда бесшумно. Я повернулась к нему.

- Пошли, экзамен скоро начнётся. Не хочу выказать неуважение к королю и его дочери опозданием.

- А напитаться силой не желаешь? – безрассудно предложила я. Краска стыдливости прилила к щекам, но я не успела понурить голову.

- Отличная идея, - согласился Ожвэй. Его ладони легли мне на лицо. Долгое мгновение мужчина смотрел в мои глаза, затем склонился и поцеловал меня. Требовательные губы целую бесконечность касались моих. Я закрыла глаза, паникуя оттого, что нет отвращения. Мне даже было приятно. Интересно, когда мне доведётся в следующий раз с кем-нибудь поцеловаться?

- А теперь пошли, - выдохнул Грегор, отстранившись от меня. Кажется, он не почувствовал подвоха.

Я толком не разглядела людей, собравшихся в актовом зале. Меня, Грегора, Дэва и князя Шена усадили на первом ряду. В глубине зала сидели король, принцесса, Дарион и ещё несколько мужчин. Тинкс Миликс поднялся на сцену.

- Дамы и господа! Сегодня в день окончания специального летнего курса я рад вам представить четверых своих подопечных, которые осваивали магию, можно сказать, с нуля! Остальные пятеро сейчас также сдают экзамен своим непосредственным наставникам. У них скучные теоретические испытания, нас же ждёт нечто незабываемое и красочное! – вдохновенно поведал зам-зама. Первым он пригласил князя Шена. Молодой мужчина поднялся на сцену. Самоуверенность сквозила в каждом его движении. Он хлопнул в ладоши, и над ним появился мыльный пузырь с кулак. Князь самодовольно улыбнулся, будто говоря: «Во как я могу», и быстро-быстро зааплодировал. От каждого его хлопка возникали новые мыльные пузыри. Когда их насчиталось больше полусотни, Шен резко крутанулся на месте и все его творения принялись менять цвета с розового на голубой. Он словно в мигающем облаке стоял, пока пузырьки все разом не лопнули.

- Замечательно! – с плохо скрываем сарказмом восхитился Тинкс Миликс. Шен вернулся в зал, но уже не на первый ряд, а прошёл дальше. Настала очередь Дэва всех удивлять. Крылан пробыл на сцене недолго. Не мудрствуя лукаво, он сотворил с дюжину эфемерных пташек, которые прочирикали мелодичную трель и исчезли.

- Сейчас же я приглашаю на эту сцену Грегора Ожвэя, - объявил зам-зам. Иномирец поднялся из кресла, преодолел короткую лестницу и замер в центре сцены. Я не мигая  пожирала его взглядом. Мужчина не производил никаких жестов, даже губы его не шевелились. В зале резко стало темно. Погасли волшебные лампы или же их заволокла пелена тьмы – я не поняла. Внезапно в кромешной мгле зажёгся крошечный белый огонёк, затем ещё один и ещё. И вот спустя мгновение я словно оказалась парящей в чёрном небе среди звёзд. От этого зрелища захватывало дух. Грегор воплотил в четырёх стенах кусочек ночного великолепия. Мне даже взгрустнулось, когда звёзды погасли, и в зале вновь стало светло.