Душа цветка и кровь дракона

Глава 14

Чего может бояться молодой сильный дракон? К тому же наученный, по обычаям предков, презирать опасность, приветствовать смерть, если та неизбежна? На самом деле – многого. Бесстрашны только безумцы.

Конечно, испугала Силуна не сама Апелла. Но пристальный взгляд девушки был непонятен. Хрупкое белокурое создание воплощало собой неясность, непредсказуемость. Может быть, крах всего – если пророчество не свершится.

Черный дракон боялся будущего. Смешавшись с режущей болью утраты, зыбкий страх приводил в отчаяние – и подстегивал упрямо рваться вперед. Переступить через себя. Все преодолеть. Но… он не один на этом пути.

Силун медленно приблизился к девушке-цветку, присел рядом с ней, погружаясь в легкий яблочный аромат. Загадочный свет Лиловой луны мягко окутывал невысокую фигурку. Такая красивая… Пушистые длинные волосы в беспорядке ниспадают на цветущее лицо. Тонкие черты, одухотворенное выражение... Дракон хорошо видел в темноте, мог разглядеть и белизну кожи, и манящее очертание пухлых губ, и длинные ресницы… Как жаль! Она достойна большего…

- Не так должно быть, - прозвучал голос, мелодичный и тихий, как журчание реки…

Силун забеспокоился. Апелла слышала его разговор с Хтин-Ре? Она ревнует? Сердится?

Но девушка казалась углубленной в себя. Склонила голову, а когда вновь подняла глаза на дракона, они заблестели, словно от слез.

- Не так должно быть, - с нажимом повторила Апелла. – У меня здесь, - коснулась сердца, - будто что-то… излишнее. Я переполнена. Мне плохо… Силун.

И она, прислонившись спиной к дереву, потеряла сознание.

Черный принц уже по-настоящему запаниковал. У него было много знаний, но мало жизненного опыта, а что делать с обморочными живыми цветами, он вообще не представлял. Полить? Хотел уже подняться, чтобы зачерпнуть воды из священного озера…

Апелла встрепенулась, приходя в себя. И словно продолжила прерванный разговор:

- Переход от сна к жизни должен быть гармоничным. Легким. Радостным. А я… словно борюсь с кем-то в душе! Из забытья выныриваю. Заставляю себя быть собой. Что случилось?

- Я не знаю…

Сердца Силуна болезненно сжалось. Девушка страдала, это было очевидно. Как он будет жить с ней, если с самого начала бессилен помочь?

- Что я могу сделать? Принести тебе воды?

- Не надо, - наконец-то Апелла посмотрела на юношу пристально, с живым интересом. – Благодарю тебя.

Белые пальцы робко, почти невесомо коснулись щеки дракона.

- Ты прохладный, - ее голос прозвучал нежным эхом. - Но все равно нравишься мне.

- Что тебе известно? – тихо спросил Силун.

- Все. Память яблони Ионн-Ре, память этого мира вливаются в меня по капле. Ненужное отсеивается. Важное оседает в глубине души. Я знаю, ты черный дракон. И я предназначена тебе согласно пророчеству. Моя судьба – твой мир. Я готова идти за тобой.

Она заблуждается в том, что ей открылось все, - вот что он понял.

- Апелла… - Силун никак не мог справиться с охватившим его смятением. Взял маленькую ладонь цветка, ласково погладил – теплая, приятная… И вдруг нахлынуло наваждение… словно он сжимал сейчас суховатую руку Хтин-Ре… касался не невесты, но потерянной возлюбленной.

Апелла же нахмурилась, вновь прислушавшись к своим ощущениям. И они явно ей не понравились. Но черный принц истолковал все по-своему.

– Ты не обязана… - проговорил он с трудом. - Прости меня, до этой минуты я почти не думал о тебе как о живой, чувствующей девушке, которая может и должна иметь собственные желания, мотивы... Я не смею тебя принуждать.

Апелла чуть склонила голову набок, глядя на Силуна с доброжелательным любопытством. Потом плавным движением сняла яблоневый лепесток с его растрепавшихся волос.

- Я же цветок. Наша судьба – отцветать, давая плоды. Если мой плод – спасение твоего мира, чего же еще желать?

- Любви, может быть? – невольно вырвалось у дракона. Он не справился с внутренним протестом. Да, для себя давно все решил и готов жертвовать собой, но эта девушка…

- Я твоя невеста, - почти весело проговорила Апелла. – Так уж суждено. Ты мне нравишься, Силун.

И снова… Снова это чувство, будто Хтин-Ре – совсем рядом, только руку протяни.

Он не знал, что ответить. Растерянно погладил тонкое запястье.

- Наверное, я проще драконов, - рассудила Апелла. – Ты еще не встречал таких, как я. Колебания нам не свойственны, если мы что-то решили. Решили вот тут, - она вновь указала на сердце. – Непонятно, что со мной не так, но я уверена: идти за тобой – правильно. И сделаю это.

Тогда Силун глубоко вдохнул и с шумом выдохнул – словно хотел спрыгнуть со скалы, не зная точно, расправятся ли крылья за спиной. Аккуратным движением он снял с себя магический браслет из сцепленных яблоневых соцветий и бережно закрепил на запястье Апеллы.

- Теперь это твое. Богиня… Хтин-Ре… сказала, что браслет поможет вернуться домой, если у нас тебе будет плохо.

Девушка кивнула – видимо, имела представление, что это за вещь. И тут же крепко сжала ладонь дракона.

На этот раз перемещение произошло почти внезапно и сопровождалось слишком яркой лиловой вспышкой. У Силуна вновь потемнело в глазах, но открыв их, он обнаружил себя у первозданной яблони – священного древа Апельшарда. Апелла была рядом и все еще крепко держала жениха за руку. Но смотрела она не на него. Нежные пальцы уже тянулись к цветам, белеющим в ночном сумраке.

- Яблоня… родня той, из которой я родилась, - удивленно прошептала девушка. – Да, я знала, что у вас здесь есть такая. Но одно дело знать, другое – чувствовать.

Ласково погладила низко склоненную ветку, листья, лепестки…

- Наши миры и правда связаны, таинственно, незримо. Мне очень хочется помочь…

- Апелла…

Силун не успел ничего сказать, почувствовав чье-то приближение. Вскоре в проеме между деревьями показалась светлая тонкая фигура. Белая мантия целителя ниспадает красивыми складками, длинные волосы мягко струятся по плечам... Тэнси.