Душа обмену и возврату не подлежит

Глава 12. Подготовка к концерту

Милана Левина

Не хотела признаваться даже самой себе, но мне нравилось учиться в академии. Занятия приносили мне не только радость, но и чувство причастности к чему-то большому, значительному. Я спокойно плыла по течению сильной, полноводной реки. Мне было комфортно в этом уютном мирке академии, где у всех были свои понятные роли.

Домой хотелось, но как вспомню сколько всего там нужно было делать, чтобы остаться на плаву, сразу появлялось желание отложить возвращение. Я ни в коем случае не отказалась от дома, но почему бы не получить образование здесь, раз уж там не сложилось. А еще магия… у меня только начало получаться применять техники чародеев. Усиление голоса через расширение диапазона, тонкость слуха, нотная перспектива и, конечно, луч тщеславия. Это мое любимое заклинание, хотя здесь это так особо не называли. Волновало, что магия будет на Земле мне недоступна, а я рассчитывала с ее помощью справляться со страхом сцены.

Еще мне нравилось проводить время с новыми подругами. Все чародейки из моей группы были доброжелательными и приятными девчонками. Давно я не развлекалась пустой болтовней. Наверно, со школы. Когда сидишь на сцене, болтая ногами, и просто сплетничаешь, никуда не торопясь, ни о чем не беспокоясь. На душе мир и покой.

– Мила, ты отлично сегодня пела! – соседка нахваливала меня, когда мы сидели вечером в комнате и пили чай, глядя в окно.

– Спасибо, Тоня.

– Ты быстро освоила техники чародеев, не хочу обидеть Милену, но, раз уж ее здесь нет, скажу: у тебя получается петь лучше и чище.

– Возможно я слишком стараюсь.

– И не зря стараешься. Как говорит профессор Марати, труд сделает из любого бездаря настоящий талант.

– Ну да, особенно, если он будет обожать физическую культуру. Только из-за нее охота вернуться. Ненавижу бегать.

– Попроси ректора выдать тебе освобождение, – подала голос Люмис, которая уже допила свой чай и теперь вдумчиво рассматривала чаинки на дне чашки. А я все поглядывала на Лапку, которая прыгала по веткам неподалеку. Следит и молчит, вредный ректор. И прогнать не могу, птичка-шпионка в руки больше не дается. Уже пару раз отказывала Артуру в свидании. Не ректор, а собака на сене. Конечно, можно было игнорировать шпионку, но не хотелось, чтобы Рид подслушал про портал. В прошлый раз обошлось, он ничего не заподозрил, устроив сцену ревности. Больше отличным планом рисковать не буду.

– Не собираюсь я ничего у него просить, – завелась, вспомнив наш последний разговор, – из-за него я потеряла все, что у меня было!

– Невозможно потерять все, жизнь всегда дает что-то взамен, – Люмис изрекла очередную мудрость.

– А вдруг у вас с ним что-то получится? – Тоня вздохнула прямо как героини романов. – Вдруг вы предназначены друг другу.

– Кто вы? – спросила из вредности, хотя понимала о ком она.

– Рид и ты, – недовольно пояснила Антония.

– Да, мы предназначены друг другу, как колесо и телега, – усмехнулась.

– Как это?

– Поездит он на мне и поменяет, – закатила глаза, не понимают подруги моего юмора. – Я столько раз отказывалась от любви, что теперь она отказалась от меня, – добавила уже серьезно.

– И что это значит? Был кто-то, разбивший твое сердце? – Тоня с живым интересом уставилась на меня, а Лапка замерла на ветке, похоже за нами не только подсматривали, но и подслушивали.

– Не совсем, у меня были поклонники, в последнее время мне прохода не давали, но я их всех отшивала. Они любили не меня, а образ, который я создала на видео. А мне хотелось, чтобы любили меня, мою душу, а не оболочку. Ваш ректор на это явно неспособен, – четко добавила я, глядя на шпионку. Та возмущенно чирикнула и улетела.

Я выдохнула, и зачем ляпнула это? Обидится еще, хотя что обижаться на правду?

– Зря ты так думаешь, – снова подала свой загробный голос наша демонологша. – В нашем ректоре кипит жизнь, он явно любимец богини.

– Вот-вот все женщины от него без ума, даже божественные. Да, в нем кипят страсти, но настоящая любовь похожа на свет сквозь листву, не обжигает, а согревает, – парировала я.

– Тебе надо выблуждаться из заблуждений, Мила, мужик – создание реальное, из плоти и крови. Ему нужно нечто конкретное, а не твои кружева на деревьях, – не ожидала услышать такое от ценителя тонкой душевной материи. Люмис явно не такая, какой хочет показаться.

– Ты предлагаешь кинуться к нему в объятия, как все остальные, и радоваться его высочайшему вниманию? Сама же говорила, что нас связывает не романтика.

– Судьба переменчива, как времена года.

– От этих перемен отлично защищают теплые жилища, одежда и зонты. Вовсе не обязательно зависеть от капризов природы или судьбы. И вообще, о чем мы спорим? Рид меня уже который день игнорирует, и мне от него ничего не нужно. Деньги Милена тратить разрешила, так что от попечителя я завишу лишь номинально.

– Позже мы поймем твое предназначение, а сейчас советую всем лечь спать, – Люмис заглянула в мою опустевшую чашку и многозначительно цокнула языком, но больше ничего не сказала.

Чем ближе был концерт, тем больше девчонки мандражировали. Мне тоже было неспокойно. Одно дело находится на сцене во время репетиции, а другое перед полным залом. В детстве я была бесстрашной, обожала выступать. Мне нравилось видеть глаза зрителей, но теперь казалось, что все они смотрят на меня с укором, обвиняя в маминой гибели.