Душа в когтях ночи

Глава 4 «Когда заря сожгла мир»

Холм Фобос освещался не только первыми лучами солнца, но огнём пожара одинокого дома. В миг провалилась крыша, спрятав собой все секреты и воспоминания, а может и саму хозяйку. Старые деревянный стены, проигравшие в битве с огнём, трещат и исчезают так же, как и надежда Тали. Крик девушки пронзает округу. Всё это тщетно. Остались лишь тени и ветер, шепчущий о том, что было и, о том, чего уже нет.

Ведьмочка заметила расчётливый взгляд изумрудных глаз, доносящийся из лесной чащи. Этот взгляд будоражил все воспоминания, будто пытаясь докопаться до тех самых моментов и открыть морок тайн. Он манил к себе своим хладнокровием, в нём не было ни капли сочувствия или раскаяния к бедной девушке, уже идущей на его тихий зов. Загадочная женщина ринулась в тени деревьев, скрываясь под своим мрачным плащом, края которого были подпалены.

Тали тоже сорвалась на бег, не обращая внимания на мелькающие деревья, что оставляли царапины на её бледных руках. Все её мысли были обращены только в сторону беглянки и её малахитовых глаз, давно покинувших память. Когда зеленоглазая исчезла за очередным поворотом, очарованная с хрипящим вздохом упала на холодную землю. В ушах звенело, а перед глазами плыла муть, словно смотрит из-под тощи воды. Когда взгляд смог зацепиться и сфокусировала, она увидела шкатулку из чёрного металла, украшенную александритами обоих цветов: зелёного и фиолетового. Протянув руку к шкатулке и убедившись, что она реальна, очарованная попыталась привести себя в порядок и сесть, но тут же завалилась на бок, как безвольная тряпичная кукла из детства.

Лучи солнца скудно пробивались сквозь зеленые лапы деревьев, пытаясь привести очарованную в сознание. Девушка перевернулась на другой бок и не почувствовала под собой мягкую перину кровати. Неприятный вкус земли, смешанный с железным привкусом окончательно привёл в сознание. Первым делом она потянулась к шкатулке, но дёрнув крышку, она не скрипнула и не открылась. Покрутив в руках находку и не обнаружив на ней замочную скважину, девушка пришла в растерянность. Если она не закрыта, то должно быть просто заклинила? Этот вариант почти сразу же отпал, ведь и петли тоже не обнаружились. Единственное, что Тали могла сделать в такой ситуации – обратиться к Кинрю, но поможет ли он после того, что она натворила?

-Лучше сделать и пожалеть, чем не приблизиться к разгадке вовсе…

Подумала девушка и встала, держась за ствол молоденького дерева. Ватные ноги потащили девушку по неизвестному пути в надежде добраться домой или хотя бы найти выход из леса. Она совсем не помнила дорогу и надеялась лишь на чудо. Бредя по шершавой тропинке и часто спотыкаясь даже о свои ноги, наконец увидела синее безоблачное небо, вместо тихого потока слабых лучей. Зажмурив глаза и тихо бормоча себе под нос мотивационные речи, она двинулась дальше. Придумать отмазку почему она отсутствовала всё утро было сложно, ещё сложнее было привести себя в порядок за те крупицы времени, что у неё оставались до прихода к западным воротам рынка. Разглаживая пальцами каштановые волны волос, она не заметила, как земля сменилась на плитку, походящую больше на вкопанные валуны. Именно здесь, выжидая у медных ворот стоял он обладатель тех самых глаз, который смог погрузить Тали в ужасно волнующие воспоминания с тем единственным лучиком её света. Стоящий перед ней мужчина уверен, что одержит победу в своей игре. Ухмылка, сияющая на его лице, явно копировала поведение Кинрю. Лорд гордыни собирал себе лишь лучшие качества от своего малочисленного окружения.

-Не переживай, Кинрю не заботится о твоей жизни. Его лишь раздражает отсутствие утреннего кофе в его покоях, понимаешь, крольчиха?

Тали лишь отмахнулась. Она понимала почти нулевую ценность своей души. Она несостоявшаяся ведьма, сейчас даже на звание человека претендовать не может.

-У него есть личные слуги для его нужд. С моими навыками я смогу принести подобие заваренной земли, а не изысканный кофе.

Самолюбие брюнета задето, рогатый хмыкнул и удалился в глубь рынка, показывая своё безразличие к персоне очарованной. Она же двинулась дальше сквозь шумный рынок грешников более краткой дорогой. Лавки пестрели фруктами и овощами, диковинками, одеждой. Всё это можно найти и на земле, но что-то всё же казалось другим, будто ягода, не раскрывшая всю свою сладость на языке, оставила неуловимое чувство недосказанности.

Прийдя домой, Тали не получила ни одного вопроса, Кинрю на мгновенье переместил свой взгляд на лицо девушки, но затем его зрачки расширились от предмета в её руках.

-Откуда это у тебя? Снова воровать стала?

-Нет… Это последний подарок от моей матери. Сможешь его открыть?

Тишина и презрение повисли в библиотеке. Демон вздохнул и потер лицо ладонями, сжимая между ними переносицу.

-Возьми пару книг для шифров. Они на третьей полке шестнадцатого стеллажа. И не уходи без моего ведома. У меня могут быть планы на тебя.

Отделавшись дежурным кивком, Тали толкнула стеллаж и оказалась в коридоре, который привёл в выделенные покои. Комната слишком тихая и спокойная, дабы очарованная могла назвать её своей. Сев на кровать и разложив перед собой книги, активировала печать, но каждый её завиток, каждая линия, каждая деталь грациознее и самостоятельнее, нежели описанные в книгах фигуры. Сон подкрался незаметно, как и в любые другие важные мгновения, будто сам Морфей старался отгородить очарованную от будоражащей информации. Пустота охватила её с макушки до пят, сознание металось между воспоминаниями, выбирая какое же воспоминание стоит прожить в эту ночь.

Даже самые лучшие часы дают сбой, вот и сейчас воспоминания рекой понеслись перед носом девушки, не давая чётко разобрать ни одно из них и добавляя её фантазии. Пригляделась и увидела множество забытого и смешанного: очередной полет на метле, создание зелий, первый поцелуй отданный Кинрю, чтение книг по магии под кроватью в полной темноте, покушение на Басира. Она не могла сказать точно, какое событие действительно происходило, а какое нарисовал её умелый разум. На несколько мгновений в этой безумной реке мелькнуло воспоминание о тёмном вечере, когда Бри ещё гуляла по этому свету.