Душевные тайны: Глубина. Книга вторая

Часть первая

Я безумно тебя любила. После нашего расставания я пыталась забыть тебя и отдать свое сердце мужу. Это было похоже на сложное долгое выздоровление от тяжелой болезни, которая не убивала, но мучила непрекращающейся болью.

Рождение сына было для меня возрождением. Я почувствовала, что действительно жива, а боль в моей душе не исчезла, но утихла.

Мне казалось — исцеление близко, и осталось лишь несколько шагов, но судьбе захотелось вновь воспламенить угасающие чувства.

Малышу установили сложный диагноз. Врачи старались, но результатов было мало, и по настоянию родителей мы поехали в родную деревню отца к лекарю-костоправу. Я не верила в удачу, но решила попытаться.

Мне было страшно. Так сильно, что сердце замерло, как в далеком прошлом. Я боялась встречи. С тобой. И жаждала ее всем своим сердцем. Меня рвали на части страхи и сомнения. Но ради сына я готова была переживать разбитые юношеские надежды снова и снова. Когда я вновь оказалась в любимом с детства месте, поняла, что никогда не переставала любить тебя. И мое сердце снова плакало…

Лекарь согласился посмотреть ребенка. То, что сделал этот человек, иначе как чудом не назовешь. Мы уезжали домой со здоровым малышом.

Я так и не увидела тебя. И ничего не узнала. Друзья не обмолвились и словом, тетка тоже молчала. Видимо, я всех хорошо убедила в том, что ты мне больше не интересен. Когда колеса начали отсчет обратной дороги, в моей душе было лишь одно чувство — облегчение.

Наша жизнь катилась по накатанной колее, сердце терзала не желающая умирать любовь, а я верила, что когда-то я забуду тебя и всецело отдам сердце мужу.

Мы были почти счастливы. Он смотрел на меня, как на божество и отчаянно надеялся на ответное чувство. Этот мужчина был дорог мне, и я не представляла своей жизни без него. Но в глубине души я знала, что в чувствах, которые я испытываю к Саше есть уважение, дружба и даже страсть, но, увы, это все же была не любовь — мое сердце все так же принадлежало тебе.

Вероятно, в какой-то момент чаша его терпения переполнилась, и мне пришлось покинуть стены родного дома…

Глава первая

Итак, я забрала сына и покинула родной дом. С ледяным спокойствием в душе закрыла дверь на замок, и ушла, даже ни разу не обернувшись на родные окна. Все внутри будто окаменело. Я не чувствовала ничего, даже разочарования, только огромную тяжесть, нагибающую к земле. Произошедшее было настолько неожиданным и невероятным, что я все еще не могла этого осознать и, как Скарлетт, твердила себе, что пока не готова об этом думать.

Погода была поистине сказочной. За неделю до Нового года метель укрыла улицы города белым покрывалом, скрыв чернеющие прогалины на земле. Держался стойкий морозец. Тридцать первого пришла легкая оттепель, и на город опустился густой туман. К утру ударил мороз. Деревья, провода, лавочки и кустарники у подъездов покрылись просто огромными мерцающими кристаллами инея. На безоблачном небе сияло восходящее солнце. Город превратился в искрящуюся загадочную сказочную страну.

Сашенька был в восторге. Его невозможно было удержать в теплых, устеленных одеялом, санках. Ребенку хотелось прикоснуться к снежинкам, попробовать их на вкус. Он весело хохотал, дергая веточки кустиков. Иней взрывался фейерверком и, медленно падая, превращался в сверкающее разноцветными искрами облако.

Мы направлялись на автобусную остановку. Я знала — домой не пойду. Не сейчас. Мне нужно было подумать. Побыть одной. И у меня было лишь одно убежище. Место, где не станут донимать вопросами, осуждать или требовать ответа, которого я и сама не знала. Дом, где мне просто будут рады в любой день и время суток. Я решила поехать к родителям.

Естественно, я понимала, что их обеспокоит мой визит первого января без мужа (мы всегда приезжали вместе), но мне отчаянно хотелось, как маленькой, спрятаться в родительском доме от невзгод и тревог прошедшей ночи.

- Сынок. Хочешь, поедем к дедушке и бабушке?

- Да. А папа?

- Ты же видел, у нас гости. Папа всех проводит, а потом приедет. Ведь не вежливо же гостей одних бросать дома. Правда?

- Поедем потом. Когда уйдут.

- Потом не получится, малыш. Сегодня же Новый год. Автобусы днем не ходят, только сейчас. Ты же хочешь поздравить деда и бабушку? И тебе нужно показать им свой подарок, я его в сумку положила. Тебе понравилось, что Дед Мороз подарил?

- А папа приедет?

- Конечно. Раз-два, и там. Оглянуться не успеешь, как он будет с нами.

Вопросы сынишки рвали сердце на части. Я совсем не была уверена, что муж приедет на дачу и в том, захочу ли я возвращаться в родные стены.

На рейсовый автобус в шесть утра мы опоздали. Недолго думая, я села на городской транспорт. Предстояло пересесть еще на один автобус и, доехав до окраины города, километров шесть пройтись пешком. За Сашеньку я не переживала. Он был тепло одет, а в санках лежало одеяло, которым я укутывала ребенка с сапожками. Он сидел как маленький медвежонок. Из-под меховой шапки поблескивали карие восторженные глаза, и торчал розовый нос. Он любил путешествовать. Поездки на двух автобусах и прогулка за городом явно приносили ему удовольствие.

У меня на душе было скверно. Мимо воли я ловила себя на мысли, как хорошо было бы, если бы мы ехали втроем. Неопределенность настоящего вводила в оцепенение, а при попытке подумать о будущем сердце сжимал страх. «Я подумаю об этом завтра» больше не помогало. Мозг глодал вопрос, смогу ли я вновь доверять, после того, как самый близкий человек смог так легко унизить меня в глазах практически незнакомой девушки у порога моего собственного дома? Почему так получалось в жизни, что мужчины, которым я открыла сердце, пренебрегли мной? Возможно, я вообще недостойна любви? Если, как сказал Саша, этот поцелуй ничего для него не значил, как мог он рискнуть нашими отношениями из-за глупой интрижки, если действительно любил меня? Вопросов было больше, чем ответов. Мне было о чем размышлять, шагая пустынной накатанной дорогой.