Два дурака и одна любовь

Глава 2

ПОМОЩЬ

Дорога была неблизкой, но пролетела быстро. Все время путешествия они исподтишка разглядывали друг друга, и, встречаясь иногда взглядами, отводили глаза. Кате было приятно внимание случайного знакомого, от которого по-девичьи загорались щеки. Мужчина ей нравился, основательный, хоть и молодой. Ну, как молодой. Лет сорок, не больше. Твердо стоящий на земле, не то что ее первый муж. Тот все витал в облаках, строил воздушные замки и достроился. За долги отобрали машину, хорошо хоть квартира была Катиных родителей, а то и ее бы лишились. Тогда девушке пришлось занять изрядную сумму, чтобы расплатиться, до сих пор отдает, а прошло уже пять лет. Пришлось даже работу поменять, бросила вечно безденежную школу и перешла в инспекцию по делам несовершеннолетних. Зарплата тоже не очень, зато вовремя. Да и поощрения неплохие. А горе-супруга выгнала к чертям, лучше быть одной, чем с таким мужем. Думала, Михаил ему не чета, но он оказался еще хуже. Тот хоть был лентяй да балабол, а этот предатель. А больше нет греха. Так что такая черта, как основательность, не суетливость очень импонировала девушке.

Внешне ее спутник не был красавцем, но от него веяло мужчиной. Тем самым, за кем, как за каменной стеной. Широкий в кости, он не выглядел толстым, был подтянут и тренирован. Кажется, тренирован, потому что подтвердить это у Кати не было возможности. Темные волосы, спокойные карие глаза, приятное лицо – мужчин с такой внешностью пруд пруди. Правда, у Дмитрия было еще кое-что: белая отметина шрама чуть ниже виска. Похоже на пулевое ранение. Интересно, это были горячие точки или бандитские разборки? Скорее первое. Бедняга, сколько ему пришлось испытать. Как ему, наверное, больно. Не физически, в душе. Девушке так захотелось погладить Дмитрия по щеке, утешить, что даже в кончиках пальцев она ощутила покалывание. Раздосадованная на свою глупость, Катя вскинула глаза и встретилась с горящим взглядом мужчины. Снова заливаясь краской, подумала: «Зря я это затеяла».

А Дмитрию очень нравилось ее смущение. Он давно уже отвык от него и с удовольствием провоцировал. Словно в далекой нищей юности. Когда-то молодой курсант военного училища очень нравился девушкам и мечтал о больших чинах. К сожалению, окончить его он так и не смог. Их, еще неумех, бросили в бой против банды, много таких было в конце девяностых. Ранение поставило крест на карьере военного, ну и ладно, хорошо, что выжил. Пришлось искать себя в гражданской жизни. Нашел, и даже стал успешным. Так что теперешние его знакомые не смущались, а заискивали. А эта девушка была такой непосредственной, такой настоящей. И еще эта ее идея насчет помощи. Интересно, она его жалеет или сочувствует? Хотелось бы думать, что второе.

Такси остановилось возле большого особняка в одном из элитных районов. Еще было светло, но в доме были зажжены все лампы. Ясно, значит, Алена никуда не уехала. Обнаглела или рассчитывает на то, что чувства обманутого супруга не сгорели? Если так, то ее ждет большой сюрприз. Все внутренности мужчины скрутил гнев, он стремительно двинулся вперед, забыв о спутнице. Но она остановила его негромким:

- Не спеши. Сначала надо все обдумать.

До мужчины не сразу дошло, о чем речь, что обдумывать, но постепенно в голове прояснилось. А девушка-то права! В такой истовой злобе он мог запросто ударить бывшую супругу, а то и покалечить. Может, она на это и рассчитывала? Дмитрий бы не удивился, если бы где-то сидела в засаде парочка ментов. Значит, действительно надо подумать и действовать с холодной головой.

- И что ты предлагаешь? – спросил он.

- А давай я все сделаю сама? Ты мне только поддакивай.

Эта идея почему-то не понравилась, но потом Дмитрий подумал, что девушка в этом деле предпочтительнее, хоть в полицию не загремит и согласился. Катя взяла его под руку и они неспешно пошли в дом, нежничая, будто влюбленная парочка.

В гостиной не только ярко светила лампа, но и в камине весело плясал огонь. Алена сидела спиной к вошедшим, водрузив ноги на журнальный столик, и потягивала красное вино. Оно кроваво переливалось в хрустальном бокале, грани которого отбрасывали короткие лучи на руку с длинными алыми коготками. Девица говорила с кем-то по телефону, делая вид, что не замечает вошедших, хотя Катя могла поклясться чем угодно, что та прекрасно все видела. Девушка достала сотовый и включила диктофон.

- Нет, что ты, - говорила Алена неизвестному собеседнику, - я не боюсь. Чего мне бояться? Что? Этот тюфяк? Если он за деньги отомстить не смог, то мне вообще опасаться нечего. А перебьется.

Катя увидела, что Дмитрий снова закипает, и поспешила вмешаться:

- Дима может и перебьется, а вот я нет.

Девица лениво повернулась и надменно смерила ее глазами.

- А ты кто такая? Не твое дело, не лезь!

- Я кто? Я невеста Димы, а вот ты кто?

- А я его жена!

- О, так это ты! Предательница и воровка. Что, твой любовник тебя уже бросил?

- Кто сказал, что бросил? Мой любовник решительный и умный, не чета твоему.

- Как ты можешь так говорить? Он же был твоим мужем!

- Вот именно, был. Не понимаю, как я могла жить с таким тюхой. Мы его развели, как лоха, а он даже не попытался отомстить. Разве это мужик?

Катя даже опешила от такой неприкрытой наглости. Да что с ней говорить! Все равно не поймет. Лучше сделаем по-другому.

- Дорогой, - обратилась девушка к Дмитрию, - а вы с этой неледи в одной спальне проживали?

- В одной. А почему ты спрашиваешь?

- Так. Сейчас многие нувориши предпочитают разные комнаты. Ладно, не важно. Проводи-ка меня в вашу спальню.

Молча, мужчина взял Катю под руку и повел по лестнице наверх. Комната не произвела на гостью впечатления, впрочем, она не очень-то ее рассматривала. Деловито подошла к шкафу и осмотрела его содержимое. Было ясно, что Алена и не собиралась покидать дом.