Два ключа- одна ложь . Книга 1. Начало

Глава 1.1 Накануне

Первым пунктом программы значилась тренировка. Нет, не та «зарядка для ленивых». Это был нейрофитнес‑модуль — штука, от одного вида которой у обычного человека случился бы когнитивный диссонанс. Натянув облегающий костюм с биодатчиками активировала программу «Концентрация и выносливость».

Зал тут же преобразился: стены стали полупрозрачными, а пространство заполнилось виртуальными препятствиями. Программа включала когнитивные задачи на фоне физической нагрузки- нужно было решать логические головоломки, одновременно сохраняя установленный системой темп упражнений в условиях 2G нагрузки. После полагались дыхательные практики с обратной связью от сенсоров — система корректировала ритм, подстраиваясь под мой пульс.

Час спустя я выползла из модуля. Вид — как у выжившей после стихийного бедствия: волосы в беспорядке, костюм прилип к телу, но… голова работала как суперкомпьютер! Мысли чёткие, тело гудит от эндорфинов — в общем, идеальный старт для следующего этапа.

Переместившись в рабочее пространство, активировала голографический дисплей. Комната тут же превратилась в лабораторию будущего: стены исчезли, а в центре завис куб, переливающийся синеватыми импульсами данных.

Наша компания занималась вещами, которые ещё вчера считались научной фантастикой: нейронная и генная инженерия, выращивание модифицированных эмбрионов человека. Звучит как сюжет для блокбастера, но для нас — рутина. Хотя ответственность никуда не делась: один неверный шаг — и вместо суперчеловека можно получить… ну, скажем, недоразумение.

Принялась за теорию. На дисплее возникли вращающиеся спирали ДНК, подсвеченные разными цветами:

красные — «сюда можно и нужно лезть»;
синие — «не трогай, это святое»;
жёлтые — « попробовать можно».

Погрузилась в тонкости CRISPR‑Cas10. Система, конечно, давно на рынке, но нюансов — как в меню ресторана с молекулярной кухней. Особенно важно было запомнить:
как не перепутать направляющую РНК с чем‑то ещё;
как избежать побочных эффектов;
как проверить, что всё прошло гладко (а не «ой, что это было?»).

Для закрепления запустила интерактивный тренажёр. На виртуальном столе появились:
цифровая пипетка (почти как настоящая, только не пачкается);
голографический секвенатор (выглядит внушающе, но пока не кусается);
панель анализа экспрессии генов (тут вообще без комментариев — магия чистой воды).

Задача:
Выделить целевой участок ДНК (легко, если не думать о последствиях);
Подобрать направляющую РНК (главное — не перепутать буквы);
Провести виртуальную модификацию (держим кулачки!);
Проверить результат (и молимся).

На третьем этапе система выдала предупреждение: «Обнаружен потенциальный негативный эффект в локусе 17q21». Я замерла. Ну вот, началось, — пронеслось в голове. В этот момент рядом возник голографический помощник — цифровой двойник нашего наставника, профессора Тануки. Выглядит как учёный из фильма, только без безумного взгляда.

— Что вы сделаете в первую очередь? — спросил он, глядя на меня с экрана.

— Проверю комплементарность направляющей РНК к нецелевым участкам, — ответила я, запуская модуль анализа.

Система вывела таблицу, и я увидела: один из участков действительно имел частичное совпадение. Ну конечно, — мысленно вздохнула я. — Кто бы сомневался. Скорректировала последовательность РНК, повторила процедуру. Предупреждение исчезло. Победа! — мысленно возликовала, сдерживая желание станцевать.

Когда симуляция завершилась, экран радостно возвестил: «Протокол выполнен. Точность:99,8%». Кто молодец — я молодец!

Сохранила заметки, отметила, что ещё надо подтянуть, и глянула на часы: четыре часа как не бывало!

Сняла нейроинтерфейс — за окном уже сумерки. Время пролетело, но я довольна: день удался. Разогрела ужин, попросила Макса заварить травяной чай . Кофе — только утром: кофеин в избытке — враг ясности ума, а мне нельзя тупить. Приняла душ, настроила напоминания, уселась в эргономичное кресло сушить волосы и уставилась на заставку с сумерками. Надо выспаться, — напомнила себе.

— Входящий вызов. Ирина.

Мама! Сердце ёкнуло: в её графике окно для звонка — почти чудо. Корпорация готовилась к важной экспедиции, и родители жили в режиме «спать—это роскошь».

Подтвердила вызов — и вот она, в двух метрах: строгий халат, волосы в тугом пучке, безупречна, как всегда. Эх, надо было хоть волосы завязать, — мелькнуло у меня. Но мама, конечно, и бровью не повела.

— Здравствуй, Анна.

— Доброго вечера, мама.

— Как подготовка?

— 99,8% сегодня.

— Поздравляю! Не идеально, но сойдёт.

О, похвала от ведущего генетика НейроГена! Я внутренне расцвела. Мамино «сносно» — это как олимпийская медаль.

— Завтра приезжай на базу с вещами. Производственная необходимость.

— Но выпускной… — начала я.

— Знаю. Жаль, но так надо.

И знаете что? Я даже не расстроилась. Меня ждут на базе раньше выпускного! Это же почти признание гениальности!

— К восьми утра, — продолжила мама. — Возьми минимум. И не переживай: мы с папой всё равно гордимся.

Её слова согрели, я кивнула, скрывая волнение. Голограмма растаяла, оставив лишь мерцание.

Сижу, перевариваю. Завтра — новый этап. Возможно, самый важный. И да, без выпускного. Но зато с ощущением, что всё только начинается.