Два мира Астрид Далем

Глава 30 Больше не профессор

Руки дрожали от напряжения. В такие моменты Астрид точно знала, что следует отдохнуть, иначе ничего путного не выйдет. За полтора часа работы она успела склеить несколько кусков керамики, в которых при ближайшем рассмотрении угадывалась часть глиняного кувшина с отбитой ручкой. Собирать такую мозаику ей было не впервой, к тому же на этот раз работа шла куда быстрее. Лорен удалось договориться с женщинами, которых привела Астрид, и те взяли на себя часть работы. Разбирая принесённые из захоронения предметы, они скрупулёзно раскладывали их по категориям. Вскоре керамика, дерево, стекло, металл и изделия из камня заняли свои места согласно каталожным номерам, закреплённым возле полок с находками.

— Ваза слишком большая, Астрид, — сказала Лорен, осматривая то, что получилось собрать из кусочков. — На обратном пути может снова разбиться. Найди оставшиеся части, и мы их упакуем, а когда вернёмся во Францию, реставраторы займутся ей.

— А я не смогу продолжить работу с ней дома? — спросила девушка. — Конечно, у меня пока нет квалификации, но мне хотелось бы, если, конечно, господин Корф допустит меня.

— Ты же собралась поступать к нам в университет, — Астрид кивнула. — Тогда почему нет? Если выберешь для себя соответствующую специальность, то сможешь приступить к практике через семестр. Правда, к тому времени эту вазу, скорее всего, уже соберут. Но будут и другие.

Женщина улыбнулась. Астрид ответила тем же. Обрадовавшись, она даже на некоторое время забыла об Анри и о гнетущем чувстве ревности. Наверное, вот так и уходят в работу, чтобы не думать о суровой правде, рядом с которой больно, но и забыть её нет сил, и остаётся лишь спрятать переживания глубоко-глубоко, чтобы как можно дольше не вспоминать. Реши она сразу, что не готова к поездкам и хочет остаться в университете, ничего бы этого не было. Не пришлось бы ворошить прошлое и выставлять себя в дурном свете перед аристократией Франции, чтобы отвадить от себя семью Анри. Теперь поздно было что-то менять, особенно после того, что Астрид видела прошлой ночью, разбуженная кошмаром.

Её мысли прервал Стенли, который влетел в палатку как вихрь, что было на него не похоже. Мужчина, облачённый в специальный костюм, призванный защитить его от скопившихся в саркофаге газов и иных сюрпризов, оставленных предками современных египтян, был крайне взволнован. А потому верные Зульфия и Марьям молниеносно подскочили со своих мест и бросились к нему.

— Стен, что с тобой? — спросила госпожа Корф.

— Со мной? — он поднял на женщину блуждающий взгляд. — Со мной-то всё в порядке, а вот господин Дюпон.

— А с ним-то что?

— Даже не знаю, как сказать. Когда мы открыли саркофаг, с ним случилась истерика. Он стал кричать что-то невнятное, а потом засмеялся как сумасшедший и упал без чувств. С трудом выволокли его из раскопа.

— Он что, костюм не надел?

— Его бы не допустили к процессу без защиты. Теперь думаю, может, его костюм где-то пропускает, и господин Дюпон надышался опасным веществом. Но доктор его смотрел и не обнаружил следов отравления.

— Где сейчас Эдуард?

— У себя в палатке. С ним доктор, и он просил его не беспокоить. Похоже, что господин Дюпон перенервничал. Перед тем как упасть в обморок, он выкрикивал что-то и показывал пальцем на кольцо.

— Какое кольцо?

— То, которое мы нашли, когда открыли саркофаг. Видимо, профессор окончательно уверовал в волшебную силу этой безделушки, и его разум помутился. Надеюсь, это пройдёт, когда он увидит, что ничего сверхъестественного украшение из себя не представляет.

Наблюдая за тем как женщины помогали Стенли переодеться и подносили воду, Астрид всё же решилась задать вопрос, который по неясным причинам волновал её.

— Вы отыскали мумию?

— В очень плохом состоянии. Но зубы сохранились. А богатое убранство, драгоценная корона, браслеты и кольца явно указывают на родство покойницы с царской семьёй. Нет сомнений, что это именно та женщина, о которой ходят легенды, и, судя по всему, её хоронили тайно, не оставив ни одного упоминания имени и закрыв ей путь в царство мёртвых.

Астрид и Лорен переглянулись.

— Почему? — спросили они хором так, что даже спутницы Стенли вопросительно уставились на него, хоть и не поняли ни слова по-французски.

— Хотел бы я знать, — усмехнулся мужчина. — Видимо, кому-то барышня насолила в своё время. Как бы то ни было, сегодняшняя находка — грандиозное событие. Никогда ещё за время, что я езжу на раскопки, мы не находили столь целостного захоронения. Сохранилось всё. Ну почти всё, если не считать тела. Подумать только, третья династия. Это же три тысячи лет до нашей эры. И вот она здесь, открылась нам, и мы можем исследовать её.

К концу своей речи Стенли уже привычно восторгался происходящим и будто бы не замечал слушателей, по-детски наивно отдаваясь собственной радости первооткрывателя. Он развернулся на месте и не прощаясь, зашагал к выходу из палатки, потому что в раскопе оставалось ещё много работы. Пользуясь тем, что никто им не запретил, Зульфия с Марьям последовали за ним.

Астрид ещё с минуту задумчиво всматривалась в прорезь шатра, из которой только что вышли три фигуры. История с забвением знатной египтянки впечатлила её. Хотелось выйти и посмотреть, что так привлекло внимание Стенли, а в особенности — отчего Эдуард Дюпон упал в обморок. Сделав себе мысленную пометку навестить своего фиктивного жениха, Астрид вновь окунулась в работу, которую никто не отменял.