Двадцать ударов в секунду

Глава 1

Глава 1. Новости

Утренний свет мягко проникает сквозь огромные панорамные окна пентхауса, окрашивая комнату в теплые золотистые тона. Я медленно открываю глаза. В квартире стоит абсолютная тишина, которую нарушает лишь отдаленный гул города далеко внизу. Воздух кажется тяжелым, почти осязаемым. Тело отдохнуло, но в груди уже зреет смутное, тревожное предчувствие.

Я сажусь на край кровати и провожу рукой по лицу. Все вокруг выглядит таким же безупречным и холодным, как всегда: минималистичный дизайн, дорогие материалы, идеальный порядок. И все же сегодня что-то не так.

Я беру телефон с прикроватной тумбочки. Экран загорается холодным светом. Три пропущенных звонка от Соры. Одно голосовое сообщение, помеченное как срочное. А сверху — новостное уведомление, которое ударило меня словно под дых:

[...Ричард Флэк, основатель компании TREO, скончался в возрасте 68 лет]

Сердце пропускает удар. Я открываю статью. Корпоративное заявление, сдержанное и официальное. Фотография отца — та самая, с конференции пятилетней давности, где он выглядит уверенным, властным, почти непобедимым. Я перечитываю текст дважды. Слова не меняются. Это правда.

Телефон вибрирует в моей руке. Снова звонит Сора. Я принимаю вызов.

— Прости, котенок, — произношу я хриплым, еще не проснувшимся голосом. — Я только что прочитал... Мне нужно немного времени.

Голос Соры звучит мягко, осторожно и с искренней теплотой:

— Марк... Мне так жаль. Пыталась дозвониться до тебя... Я полностью очистила твой график на сегодня. Если тебе что-нибудь понадобится — что угодно — просто скажи.

Короткая пауза.

— Хочешь, я приеду?

— Да, пожалуйста, — отвечаю я почти без колебаний. — Если сможешь забыть нашу... последнюю ссору.

— Конечно, — ее голос становится еще нежнее. — Сейчас это не имеет значения. Я буду у тебя через десять минут.

Разговор заканчивается. Я остаюсь сидеть на краю кровати, сжимая телефон. Квартира кажется еще тише и пустее, чем раньше.

Я встаю и почти на автопилоте иду в ванную комнату. Привычный ритуал: чистка зубов, горячий душ. Струи обжигающей воды стекают по телу, но не могут смыть тяжесть, которая уже поселилась внутри.

Выйдя из душа, я вытираюсь и смотрю в большое зеркало. Мое отражение кажется чужим. Внезапно что-то внутри меня ломается. С коротким яростным выдохом я бью кулаком по зеркалу. Стекло разлетается с резким, почти музыкальным звоном. Осколки дождем осыпаются на пол. Костяшки пальцев разрывает острая боль, по коже течет теплая кровь.

Я медленно сползаю по стене и сажусь на холодный мраморный пол. Слезы приходят тихо и тяжело. Отец никогда не был мне другом. Но он был моим щитом. Последним бастионом, который теперь рухнул.
В дверь тихо стучат.

— Марк? — раздается голос Соры через дерево. — Это я.

— Входи, — отзываюсь я безэмоционально.

Дверь тихо открывается. Сора входит, ступая почти бесшумно. Она сразу замечает разбитое зеркало, кровь на полу и на моей руке. На ее лице мелькает боль, но она не вскрикивает и не начинает суетиться.

Молча она опускается рядом со мной на колени, достает из своей сумки маленькую аптечку и осторожно берет мою поврежденную руку в свои. Ее прикосновения теплые, уверенные и невероятно бережные.

— Все нормально... чувствовать боль — это нормально, — тихо шепчет она.

— Можешь... принести мне брюки? Они в спальне, — прошу я.

Сора кивает, легко поднимается и через минуту возвращается с одеждой. Она аккуратно кладет вещи рядом со мной и отходит, давая пространство.

— Я приготовлю тебе чай, — говорит она мягко, направляясь к кухне.

— Какао... спасибо, — поправляю я.

Сора замирает в дверях, оборачивается. На ее губах появляется грустная, едва заметная улыбка.

— Какао. Конечно. Твоя сестра... — она замолкает, не закончив. — Хочешь, я позвоню ей за тебя?

— Я сам, — отвечаю я.

Набираю номер, все еще сидя на полу в ванной. Долгие международные гудки. Сестра отвечает на третьем.

— Марк? — ее голос вначале сонный, в мгновение становится настороженным. — Что-то случилось?

— Прости, сестренка... — говорю я тяжело. — У меня плохие новости... если ты еще не видела.

Тишина. Потом тихий, дрожащий вдох.

— Это правда, Марк? Папа...

— Да, — отвечаю я. — Сора здесь. Она подтвердила. Приезжай домой, нам сейчас нужно быть вместе.

Долгое молчание. Затем приглушенные рыдания.

— Я... не смогу сразу. Рейсы... это займет время. Но я возьму первый же самолет. Обещаю. Просто... держись, ладно? — голос сестры дрожит. — Передай Соре спасибо. За то, что она сейчас с тобой.

— Будь осторожна.

— И ты, Марк. Пожалуйста, береги себя.

Разговор заканчивается. Я с похмельной тяжестью встаю с пола и одеваюсь. Иду, покачиваясь, на кухню.

Сора наблюдает за мной. Она ничего не спрашивает. Просто медленно кивает, понимая все без слов. В моих руках кружка с остывающим горячим какао.

Я делаю глоток.

— Спасибо, котенок.

Глаза Соры теплеют от старого ласкового обращения.

— Всегда, Марк.

Она садится неподалеку — не слишком близко, но достаточно, чтобы я чувствовал ее присутствие. За окном продолжает гудеть город. Какао согревает мои ладони.

— Ты выглядишь потрясающе, — вдруг говорю я.

Сора опускает взгляд, на ее щеках появляется легкий румянец.

— Спасибо, — тихо отвечает она и заправляет прядь волос за ухо. Потом поднимает глаза. — А ты выглядишь... уставшим. Но сильным.

— Обними меня, — прошу я.

Сора ставит свою кружку на стол и подходит ко мне. Садится рядом на кровать, обнимает меня осторожно, но крепко. Я прижимаюсь к ее плечу. Она молчит. Теплая. Надежная.

Через некоторое время она шепчет:

— Я здесь.

— И ты так приятно пахнешь, — бормочу я.

Сора улыбается, уткнувшись в мои волосы.

— Ваниль и жасмин, — тихо отвечает она. — Твой любимый аромат.