Две любви, две страсти

Глава 3. Сбывшаяся мечта и ее последствия

Я так боялась своей неопытности, что у меня мало что получалось, чтобы достойно выглядеть во время первой в моей жизни физической близости с мужчиной. Пришлось Никите все взять в свои руки. Он аккуратно снял с меня кофточку, спустил с плеч бретельки сорочки и бюстгалтера и наклонился, чтобы поцеловать мою голую грудь. Но когда увидел, как я задрожала, испуганно сжалась, ласково проговорил, гладя по плечам:

- Ну-ну, не пугайся, главное – ты должна желать моих прикосновений. Хочешь, чтобы я тебя ласкал?

Я часто закивала головой и взглянула в его глаза. Он шумно вздохнул, и видно было, что тоже волновался. Целуя меня в губы, стал торопливо стягивать с меня юбку, я ему помогала. Потом будто понял, что я смогу сама разобраться со своей одеждой, стал снимать с себя свитер, футболку, расстегивать брюки. Все попадало на пол, и я потянула его к дивану, который служил мне кроватью.

На нас еще оставалась часть нижнего белья, но мы уже не обращали на это внимания. Никита заставил меня лечь и лег рядом.

Я думала, что его действия будут потом более решительными, но он очень нежно гладил мою грудь, а когда сжал то одну выпуклость, то другую, я непроизвольно застонала от удовольствия. И тогда Никита лег на меня всем своим большим телом. Целуя и вперемежку шепча мое имя, стал страстно убирать последние предметы, мешавшие почувствовать соприкосновение наших голых тел.

Особенно сильным желанием горела нижняя часть моего тела, и очень хотелось теснее прижаться к его большой выпуклости, которая усиливала мое желание ответить согласием на его нетерпеливую страсть. Нам уже ничего не мешало, чтобы наши голые тело стали соприкасаться. Я почувствовала, что еще немного и он проникнет в меня. Я тоже напряглась под ним и снова испугалась того, что сейчас произойдет. Он очень чутко почувствовал это и заговорил:

- Аля, тебе будет больно, но ты продолжай хотеть, чтобы я оказался внутри тебя, хорошо?

Я его послушалась. Захотелось тоже трогать его грудь, целовать соски. Никита застонал от этих прикосновений и стал стараться войти в меня. Я послушно подалась ему навстречу – и ему пришлось преодолеть какую-то преграду. Я, пытаясь ему помочь, почувствовала резкую боль, какую-то влагу, потекшую по бедрам. Боль постепенно утихла, но я уже не чувствовала прежнего желания. Только хотела, чтобы его движения во мне приносили ему удовольствие.

Когда он остановился и вышел из меня, я удивленно услышала:

- Прости, но… – Его сдавленные слова я плохо разобрала, и когда он совершал какое-то действие, вдруг поняла… Поняла, потому что расслышала только слово «безопасно», когда он, стараясь снова вторгнуться в меня, стал торопливо и нежно целовать меня. Его страсть стала бурной, и я сразу забыла обо всем, настолько понравилось, что он не переставал вжиматься в меня как можно глубже. Вдруг почувствовала, как он снова остановился, и дрожь его тела передалась мне, отчего сердце мое бешено заколотилось. Никита с силой сжал меня в своих объятиях, застонал и стал падать на меня всей тяжестью своего тела. И я с удовольствием ощутила эту тяжесть, а еще его сладостное состояние, и с закрытыми глазами вслушивалась в его затрудненное дыхание. Внутри меня все пылало.

Так же светло, как и полчаса назад, Никита смотрел на меня, не отрывая взгляда. Мы лежали на моей диване и выглядели как самые настоящие любовники. И это небывалое состояние хотелось длить и длить, и видеть близко его лицо, смотреть в его глаза, чувствовать его тело, отзываться на ласки, когда его ладони гладили мое лицо, мои влажные волосы на лбу. Дыхание его еще не совсем восстановилось, по-прежнему хотел страстно целовать и прижиматься ко мне. А мне хотелось говорить ему нежности. И уже успокоившись, он тоже смог нежно проговорить:

- Тебе сейчас не больно? Прости, если больно…

- Нет-нет.. Ты же говорил, что если я буду хотеть тебя, мне не будет больно. А я хотела…

- Моя послушная девочка… Я рад, что ты теперь моя, а я твой…

- Да, ты мой мужчина… Как хорошо!

Снова последовали нежные поцелуи, сильные объятия. Это было замечательно – чувствовать его любовь! И совсем не лишними были его слова о том, что любит.

Жалко, что надо было вставать, принимать душ, освобождаться от запахов недавней любовной близости. Все для меня было незнакомо, все переживала в первый раз. К тому же предвкушала исполнение его обещания, что мы еще насладимся друг другом, потому что он никуда уже не торопится.

Потом мы много смеялись, когда вышли под холодный ветер и направились в ближайший ресторан. И много говорили, говорили, оглушенные еще и близостью наших состояний. Так радостно было смотреть в его глаза, прикасаться ладонью к лицу. И Никита, обычно сдержанный и серьезный, открывался совсем другой стороной, о которой я и не подозревала. Был совсем другой – очень искренний, и нежность свою ко мне не скрывал.

Мы одинаково проголодались, съели все, что Никита заказал, и даже выпили хорошего вина. И снова мы в постели, так хотели оказаться там, что не скрывали этого друг от друга.

На этот раз я нисколько не стеснялась и не пугалась новых прикосновений, а бурных ласк ждала с нетерпением. И повторная наша близость совсем не охладила его страсть. А я прислушивалась к своим ощущениям, когда он вошел в меня, к волнению, которое стал другим. Он снова, задыхаясь, просил двигаться ему навстречу. На этот раз я понимала смысл его слов. Ведь он пытался меня учить, но из-за сильного желания и желания безопасности для меня ему это плохо удавалось. Потом я вспомнила, что он просил очень хотеть его, и откуда-то появилась активность моего тела, рук и ног. И желание настигло такое сильное, что я тоже в такт ему бурно двигалась, отвечала на все его сильные движения во мне, его жаркие слова, вздохи и стоны. И тут меня настиг оргазм, первый и такой удивительный, что у меня полились слезы из глаз.