Две невесты генерала дракона

Глава 24

Я почувствовала, как сердце сжалось. Казалось, я попала в кошмарный сон, из которого невозможно проснуться. Внутри всё было будто покрыто туманом, и я боялась поверить в то, что вижу.

В комнату ворвался тусклый свет из коридора, отбрасывая длинные тени на стены. В центре стояло кресло, в котором сидел генерал — молодой, сильный, с благородным лицом, которое сейчас казалось немного усталым, но все равно — невероятно красивым. Лицо его было задумчивым, словно он раз за разом переживал одну и ту же сцену, не обращая внимания на то, что происходит вокруг. Его глаза, серые и проницательные, медленно поднялись, и я почувствовала, как сердце мое сжалось.

Камиэль смотрел на меня с легким недоверием, почти насмешкой. В его глазах читалось — он не верит. Не верит, что я здесь, что я — настоящая. Он словно боялся поверить, что кто-то может прийти сюда, в роскошную темницу.

— Кто ты? — его голос прозвучал спокойно, но в нем слышалась холодность и скепсис.

Так, ну не все так плохо. Начало вполне адекватное. Я думала, что меня маньяк с молотком ждет с пеной на губах и глазами навыкате, который считает, что лучшее приветствие — проломить молотком темечко.

Я снова посмотрела на генерала, пытаясь обнаружить тревожные сигналы судьбы, но ничего не видела. Пока что я не отваживалась приближаться к нему и соблюдала дистанцию.

— Это иллюзия? Галлюцинация? Чтобы сбить меня с толку? — спросил он, не сводя с меня взгляда.

Сейчас, казалось, он разговаривал не со мной, а с кем-то другим обо мне.

Ну да, я пока очень стеснительная галлюцинация.

Поэтому, пожалуй, буду соблюдать меры предосторожности.

Я сделала осторожный шаг вперед, чувствуя, как внутри меня загорается огонь. Я была так рада его видеть, а я даже не могла понять почему.

— Нет, — тихо произнесла я, стараясь звучать уверенно, — я — самая настоящая. Я пришла, чтобы помочь тебе. Ты должен поверить мне.

Я не могла оставить его в этом состоянии. Я чувствовала, как мое сердце горит желанием помочь ему, несмотря ни на что. Ах, если бы я знала, как!

— С чего мне тебе верить? — спросил генерал, глядя на меня так, словно я сейчас сама достану топор и буду люто здороваться с ним ударами по голове. — Тебя здесь быть не должно.

Ну да, согласна, дурдом — не лучшее место для свиданий.

— Наверное, потому что мне очень жаль, что все так вышло, — вздохнула я. — И я пришла, чтобы помочь… Я помню твои слова о том, что моя помощь — это худшее, что могло бы с тобой случиться. Ну, что-то в этом роде, я просто дословно не помню. Но дай мне шанс.

Он чуть наклонил голову, словно пытаясь понять, есть ли в моих словах ложь. В его взгляде мелькнуло что-то вроде вызова, и я почувствовала, как в груди загорается желание доказать свою искренность.

— Ты не понимаешь, — продолжила я, делая шаг ближе. — Я знаю, через что ты прошел. Я знаю, что ты — не просто пленник. Ты — борец, и у тебя есть сила, о которой ты даже не подозреваешь. И я здесь, чтобы напомнить тебе об этом. Я буду напоминать тебе об этом каждый день. Каждый день, пока ты не выздоровеешь. Ты привык сражаться с врагом, но сейчас тебе приходится сражаться с самим собой… И это самая важная битва, которую ты не должен проиграть…

Я замолчала, его взгляд медленно смягчился. Кажется, он начал сомневаться. Я почувствовала, как внутри меня растет надежда, что все не напрасно.

— Почему ты здесь? — его голос стал чуть мягче, но все равно сдержан. — Почему ты — именно здесь, среди этого всего? Почему ты? Неужели не нашлось другого образа? Да хоть кого угодно!

Я улыбнулась — чуть тонко, чуть тревожно. Потому что я знала, что за этой улыбкой скрывается не только решимость, но и страх. Страх потерять его, если я не смогу его убедить. А я никак не могу его убедить. Он не верит самому себе.

— Хорошо, тогда я просто буду твоей галлюцинацией, — прошептала я. — Извини, что у меня не хватило времени привести себя в порядок. Просто раз уж являться галлюцинацией, то надо хотя бы накраситься. Ну, прическу сделать… А я не успела. Так что извини… Вот такая я у тебя неправильная галлюцинация. Понимаю, другие галлюцинации красивые…

Генерал посмотрел на меня, и в его взгляде зажглась искра — смесь недоверия и тайного любопытства. Мне даже показалось, что в ответ на мою шутку у него чуть приподнялись уголки губ.

И в тот момент я поняла: я здесь не зря. Мое сердце, охваченное надеждой, билось быстрее. Я не могла сказать, что именно меня привело сюда, но точно знала — я готова бороться за него до последнего.

Внезапно тело генерала напряглось, глаза расширились, и словно в его взгляде вспыхнуло что-то темное и необъяснимое. Он дернул головой, словно боролся с невидимой силой, и вдруг его голос поднялся до крика, разрывающего тишину:

— Убирайся! УБИРАЙСЯ ВОН! Пока не поздно!

Я вздрогнула. Его слова — словно удар по моему сердцу. Вся его фигура наполнилась яростью — он кричал, словно зверь. Его руки схватили кресло, и оно хрустнуло. Схватившись за голову, словно пытаясь что-то с ней сделать, Камиэль завертелся на месте. Резким ударом он скинул со стола хрустальный бокал, который разлетелся вдребезги, а потом, словно повинуясь внезапному порыву, начал крушить все, что попадает под руку. Стул взлетел в воздух и разбился о стену, зеркало за его спиной треснуло.

Я почувствовала, как страх пожирает меня изнутри. Это был не просто гнев — это была ярость, опасная и необузданная, как у дикого зверя. Он кричал, и в его голосе слышалось безумие, а его движения становились все более неустойчивыми.

— Я пришла, чтобы помочь! — крикнула я, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри все сдавливал ужас. — Я здесь, потому что я хочу помочь тебе! Поверь мне!

Но он не слышал. Его глаза были полны безумия, и он продолжал крушить всё вокруг, не обращая внимания ни на мои слова, ни на мои попытки остановить его.

Я поняла — он находится на грани. Он может нанести себе вред или мне, если я не смогу его остановить. В его ярости — смертельная опасность. И я чувствовала, как внутри меня растет страх за свою жизнь.