Две с половиной жизни

Глава 4

Настроение было преотличным. Домой шла чуть ли не вприпрыжку. Дима, встречающий меня, замер. А Лиля, увидя меня, побежала меня встречать. Дима коротко поцеловал в щеку, сделал это слишком быстро, вызывая во мне внутренний протест. Мне хотелось почувствовать силу его объятий, твердость губ и желание быть со мной. Но муж был отстраненным, немного нервным, часто прятал свой взгляд.

- Дарина, нам нужно поговорить! – быстро проговорил муж.

- Хорошо, - старалась быть слишком спокойной, но голос меня подвел. А где-то глубоко внутри меня бил тревожный сигнал – идиллия прошла. 

Дома Лилю отправили в другую комнату. Достали ей игрушки, чтобы мы смогли побыть вдвоем. Тревога поднималась из глубины моей души. Неизвестность пугала.

- Дара, - не любила, когда так сокращали мое имя. Дима мою реакцию проигнорировал. – Мне предложили новую работу. Фирма довольно известная. Должность не высокая, но карьерный рост ожидаем, - я смогла выдохнуть. Если это и было причиной странного поведения мужа, то я зря переживала. Но мне не давало покоя то, что Дима так и не сказал, что предыдущую работу он потерял. Некое разочарование, негодование и отчужденность прорезалась во мне. Он так и не смог признаться мне, даже сейчас, когда у него все наладилось. Неужели все из-за мужской гордости? А может, причина в другом - неверии? Вокруг меня сжимались тиски, которые не выпускали меня, заставляя меня нервничать.

Я проклинала работу мужа. Он задерживался. Он не уделял нам внимания. Стал повышать голос … даже на дочку. Потом следовали извинения, но горечь оставалась, а со временем накапливалась. Были и положительные моменты. Муж стал преображаться. Он стал опрятным, это уже без моей помощи. Сам стал следить за этим. Муж приносил деньги, не большие, но это больше, чем ничего.

Я тоже стала работать. Удовольствия я не чувствовала. Пока все было в ознакомительном порядке. Но было одно положительное «но»… Я приобрела подругу. Пусть она старше меня на 5 лет, но разве это большая разница? Разве у дружбы есть возрастные рамки? Подругу мою зовут Разумовская Лидия Ивановна. Она юрист. Не замужем… пока. Блондинка, что очень печалит Лиду. Она проклинает свой цвет волос, но перекрашиваться отказывается. Внешность у нее не модельная. Фигура напоминает песочные часы. Лицо овальное, с молочным цветом кожи. Глаза у нее голубые, цвета неба. Представляете, блондинка с голубыми глазами! Да это же, ядерная смесь. Ростом она чуть ниже меня. Волосы у нее средние, стрижка удлиненное каре. Но все это, делает ее отменной красавицей. Ухажеры есть. «Надоедами» их называет.

- Не нужны мне они. «Свободу, свободу, мне дайте свободу!» - напевала Лида, строку из известной детской песенки. – Я хочу насладиться жизнью. Не буду спешить, - тихим спокойным голосом, возмущалась она. Делала это так спокойно, что и не верилось, что так она возмущается. – Ты не так часто встречаешь богатеев, а мне приходится с ними сталкиваться, не часто, но и этого за глаза хватает. Если меня просто проигнорируют – это хорошо. Обляпают взглядом – нормально. – именно обляпают… - Но, когда предлагают встречи за деньги – это уже перебор, мерзость, которую трудно смыть. Из-за таких представителей, теряешь веру в настоящих мужчин. Поэтому … - делает она соблазнительную паузу – свобода! – заканчивает хохоча.

- Это пока ты не влюбилась, - вставляю я, но подруга на это закатывает глаза. – Замуж можно выйти и за простого парня, а не за «богатея», - подкалываю ее.

- Что у тебя сегодня? – меняет она тему.

- Сегодня будем кормить бездомных. Завтра будем оказывать желающим медпомощь: осмотр, диагноз, лечение. Раз в неделю даем возможность помыться. Знаешь, некоторых такая жизнь устраивает, нечего не хотят менять, - удивляюсь я.

- А чему ты удивляешься? Кормят, помощь оказывают, одежду предоставляют. Работать не надо. Зимой им труднее, а так … - подруга выглядит не очень удивленной, даже дает этому свое оправдание. Мне не понять, как можно жить на улице, при этом быть счастливым, или, в крайнем случае, жить, при этом, не меняя свою жизнь. – Есть те, кого все устраивает, есть те, кто хочет изменить хоть что-то, но есть те, кто смирился и просто живет. Кто-то побирается, сам добывает себе еду, кто-то старается искать работу, банки собирает, бутылки,  а кто-то, просто ждет, что ему ее отдадут, просто так, - объясняет мне Лида. При этом ее тон больше походит на учительский, словно говоря – смирись. Не сейчас, так позже, понимание, может прийти ко мне.

- Ты словно их осуждаешь, - заметила я.

- Я юрист, - высказалась подруга. – Процентов 50, оказались на улице по воле своих близких: детей, невесток, дядь и прочих. Другие, путем опытных мошенников. Нужно всегда быть настороже. Смотреть, что подписываешь. Всегда заключать соответствующий документ купли-продажи-передачи. Чтобы потом не было проблем. Тебя еще учить и учить, - махнула она на меня рукой. Сегодня Лида уже несколько раз показала, что я наивная, доверчивая и юридически малообразованная. Хотя, сама такой я себя не ощущаю. – Когда с дочкой познакомишь? – не с семьей, а дочкой. Я мало распространялась о своей семье, а особенно о Диме, но Лида поняла, что с мужем не все  гладко у меня.

- Приходи к нам в гости в выходные. Познакомлю. –  подруга отказывается. Дружба не переросла в крепкие узы, но мы стоим не стоим на месте, укрепляем наши «узы».

- Согласна, но только после твоей сессии, - решает она после непродолжительного спора.