Две с половиной жизни

Глава 5

Сессия – это страх для каждого студента. Даже отличники боятся. Страх посещал и меня, но совсем по-другому поводу. Я чувствовала, что грядут изменения. То, что эти изменения начались раньше, волновало меня мало. Что-то подсказывало мне, что грядет «оно»… но конкретизировать, что именно, моя мнительность, а Лида говорит, интуиция, не могу. Неизвестность липкой пеленой осаждает меня, не давая мне маневр для отступления. Остается только ждать.

«Оно» грянуло дома.

- Дим, - пыталась растормошить мужа. – Нам нужны вещи Лиле. Он в сад пойдет. Вещей на лето у нее совсем мало. От многих вещей она уросла, - объясняла я. – Дима, - уже тверже требовала я внимания. – Отложи свои чертежи. Уделили немного внимания.

- Вещи мне самому нужны. Денег я не дам. Солидная должность требует солидных вложений, - это при том, что он помощник, а не начальник какой-то, пришла мгновенная мысль.

- А месяц подождать? – попыталась переубедить мужа. Я словно замерла, ожидая ответа. Даже дышать перестала.

- Лиля и подождет. Подумаешь, футболочки ее немного застираны. Она в саду будет. А мне карьеру делать приходится! – мой выдох сопровождался словоизвержением мужа. Если посмотреть в мои глаза, там должны быть кристаллы льда, чтобы заморозить этого «мужчину». Что же он раньше не думал, когда приходил домой с синяками и рваной одежде. Тогда его это мало волновало. А сейчас все новое ему подавай!

- Денег не дашь? – все же спросила я, надеясь на чудо.

- Нет! – его ответ, словно царапок, прошелся по моей душе. Вроде не больно, но след кровяной остался.

Слов не находилось, а смотреть на то, что он так и не поднял головы от чертежей – вызывало злость. Говорить или спорить мне не хотелось. Безразличие, которое возникало все чаще, стало пугать.

Футболка. Футболка. Рубашка. Опять футболка. Еще две рубашки. Это только из нового, что есть у мужа. Брюки: светлые и черные, джинсы. Один костюм тройка. Все же он не бедный муж у меня, у которого есть только одни трусы. Остальная одежда у него выглядит не так прилично, но все же … Месяц! Хотя бы месяц, - пришла горькая мысль.

Пятнышко. Пятнище. Зацепка. Несколько, едва заметных пятен. Уже маловата. Сойдет. Это я передирала одежду дочери. Покупки на вырост я не делала. Хотелось купить все к лету самой, чтобы знать точные размеры. Нужна обувь-сменка, несколько шортиков, платьев, футболок. Цены на детскую одежды всегда были кусачими. Но я, стиснув зубы, понимала, что покупать все же придется.

- Воронцова, ты что-то тихая сегодня, - толкнула меня Аня. Все обсуждают планы на лето, одна ты молчишь, - выжидающе на меня смотрят.

- Я работать буду, - пожала я плечами. Но на меня продолжали выжидающе смотреть. – Не стоила я конкретных планов. Сессия пройдет, тогда подумаю.

- Скучная ты! – повторила опять свою фразу, Анька.

- Целеустремленная! – парировала я.

- Да где же это твоя цель- то? – подхватила Таня. Спорить мне не хотелось. Быть в центре событий – тоже. Поэтому я ушла … в дамскую комнату. Умыться, отсидеться, привести мысли в порядок.

- … тише ты! – шикнули из кабинки. – Я все равно опять пойду! – голоса доносились тихо, но шепот был громким, я все слышала.

- Зачем тебе? – тут появлялись злые нотки. – Там работа, не для таких … - каких – это «таких», я пока не поняла. – Эскорт – это почти проституция. Эти слова синонимы… практически.

- Не правда! Да и какая разница. Ты знаешь, какие там мужчины! А сколько денег у них? – спор набирал силу. Мне хотелось улизнуть. Что-то противилось во мне, не хотелось слушать, не хотелось быть свидетельницей этого разговора. Любопытство боролось с разумом, убежденность с предрассудками. Любопытство победило, я затаилась.

- Дура! Как есть, дура! – словно диагноз поставила, неизвестная мне девушка.

- Охрана, анонимность – гарантируется. Оплата часовая. Схожу я в этот новый ТРЦ, с их  «адовым» номером офиса. 

Кожа моя покрылась мурашками. Озноб мгновенно пробрал меня. Тяжесть, я ее почувствовала, словно она давила на меня. Я включила воду, попыталась умыться, смыть с себя грязь, которая прилипла ко мне, но грязь была не на мне, а во мне …

Деньги – работа! Нехватка денег – нехватка времени на работу! Это часто стало меня преследовать. Дима так и не смог выделить своих сбережений. Его траты стали превышать норму. Он снова изменился. Исчезла забота, исчезли совместные прогулки. Он сам стал исчезать из нашей жизни. Вроде, я плакала мало, но мои слезы стали проявлять себя, ночью, когда все спят и не видят.

Лиля часто теребила отца, но он отмахивался от нее. Лида посылала хмурые взгляды, все чаще пыталась мне что-то сказать.

- Что он натворил? – «он» - это муж. Раскрывать свою семейную жизнь я не хотела, но она быстро выявляла их проблему.

- Ничего. Ничего не натворил. Живет с нами. 50 процентов от коммуналки оплачивает. Денег, наличностью не дает. Продукты, иногда покупает. Мы словно соседи, - голос мой был сух.

- … задерживаться стал, - продолжила подруга. – А еще через какое-то время баба появится. А что? Ты готовишь, стираешь, убираешь, а она … - конечно, Лида не сказала, но подразумевала измену. – Разделение «обязанностей» у вас будет. А о Лиле он помнит? – взгляд ее стал колючим. – Или его безразличие стало распространяться и на дочь?

- Лида, хватит, - не хотелось и на работе думать о домашних проблемах.

- Нет! – воздух вокруг нас наэлектризовался. Ты учишься, работаешь, за домом следишь. А он? Свободу ощутил! – ощетинилась подруга.

- Ладно. Я попробую с ним поговорить, все выяснить. Выявить причины его охлаждения к нам. А сейчас займемся чем-то … - недоговорила…  Я почувствовала взгляд. Он был не злым, но и хорошим его не назвать. Сердце пропустило удар. Ловушка. Именно так я себя ощутила. Я попала в ловушку. Странное ощущение. Я оглянулась, но никого не увидела.

- Эй, ты чего, - помахала руками передо мной Лида.

- Ничего, показалось, - тряхнула я головой.