Две с половиной жизни

Глава 11

Глава 11

Собиралась я быстро и тихо. За прекрасной ночью последовал ужасающий день. Мне хотелось исчезнуть бесшумно, чтобы не отвечать на вопросы любовника. Зачем две мои жизни столкнулись? Это как титаны, грань которых, соприкоснулась в этот день. Закрывая дверь номера, я бросила последний взгляд на кровать, где лежал близкий для меня человек. Если бы я к нему ничего не чувствовала, то не допустила бы того, что случилось. Одинокая слеза сорвалась с моих глаз, а затем еще одна.

- Прощай, - прошептали мои губы. Горечь расставания тяжела, но очень скоро от нее останутся только отголоски.

- Довезете до 1 городской – срочно? – таксист, который начал засыпать, посмотрел на меня.

- Две тысячи, - утвердил он. Деньги сейчас значили слишком мало, чтобы спорить с водителем такси. На кону стоит жизнь.

Ишемический инфаркт мозга, понятнее будет, если сказать – инсульт. Это один из его видов. Не уберегли! – первое, что приходит на мысль.

- Куда побежала? – перехватила меня подруга. – Во-первых тебя не пустят. Во-вторых – ты себя видела со стороны? Идем, - меня в данный момент волокли. Внутри меня была паника. Я не отошла от событий ночи, как на эти события накладывались новые – болезнь мамы. Меня стало колотить, бить нервная дрожь и ощущалась некая опустошённость. Моя сказка закончилась мгновенно и жестко.

- Зачем ты прячешь мои волосы? – голос подрагивал, глаза увлажнились.

- Надо! Не думаю, что тот, кого ты в спешке «бросила» - прозвучала некоторая ирония, - не захочет узнать, куда ты исчезла не попрощавшись. – самое обидное, даже укора в ее голосе не было, ни грамма осуждения. – Сейчас будем перекрашиваться. Зря я все это затеяла.

Приехали в больницу мы около 10 утра. Пропустили к маме – в 11. К этому моменту мои эмоции утихли, страх отпустил, переживания притупились. Это все благодаря разговору с врачом. Нельзя сказать, что все очень плохо, но и не хорошо – тоже. Мама, моя свекровь, не парализована, сможет говорить, ходить и дальше жить, а это уже аргумент в пользу радости.

Красные глаза выдавали меня. Я плакала, была небольшая истерика, но подруга встряхнула меня, окунула в свой размеренно-жесткий мир, не давая мне время на самобичевание, унижения и раскаянья.

- У вас скоро развод. Ты лучше подумай, как сохранить данный факт в секрете от мамы как можно дольше. Сердце ее и так слабое, - эти слова заставили меня замереть и покрыться потом. Меня словно в прорубь уронили. Это быстро вернуло меня в реальный мир, где мои проблемы были не так глобальны.

- Как это сделать, если я уеду сразу после развода? Это почти предательство, оставлять ее тут в таком состоянии, - мысли мои скакали. Я старалась себя успокоить, применила к себе дыхательную гимнастику, но чувство гадливости так и засело где-то глубоко в моей душе.

- Алла Викторовна, как вы себя чувствуете? – женщина была бледной. Она лежала на больничной койке, напоминая мне куклу. Одна рука немного свисала, другая лежала вдоль тела, но эта картина была похожа на то, что человек сломан. Взгляд, который был полон нежности и любви, был полон страха. Какая-то обреченность там присутствовала. – Вы главное не волнуйтесь, - голос мой едва дрожал. – Не знаю, что вы там себе надумали, но у вас не все так плохо. Правда! – убеждала я свекровь. – Уж мне-то вы можете поверить. Врать Вам я не стала бы. Полежите тут немного, отдохнете от всего и опять будете самой активной бабушкой. – я взяла ее за руку и сразу почувствовала отклик, пускай он был не сильным, но он был.

Чтобы восстановиться, ей понадобиться 3 месяца, это минимум. Но стать такой, какой была до этого, такого уже не будет. Речь восстановиться не полностью, двигательная система прежней не станет. Самое главное, она не будет парализована, не будет прикована к кровати.

- Да-ри-на, - голос прерывался и дрожал, почти шепот, но я услышала. – Хо-ро-шо. – надеюсь, это она ответила на мой вопрос.

Именно в этот момент я не сдержала слез. Аккуратно присела на кровать, чуть сжала ладонь свекрови. Я обняла ее. Отдавая ей всю любовь и нежность, которая у меня есть. Меня немного трясло. То ли это было от нервного напряжения, то ли от того, что я сдерживала рыдания. А может из-за страха, что в моей жизни могла быть очередная потеря.

- Теперь я точно уверенна, что все будет хорошо.

Пробыла в больнице я не долго. Чувства мои были обострённые. Эмоциональные качели этого дня вымотали меня. Страх, что прорывался – делал меня уязвимой и слабой.

Не так я себе представляла этот день.