Две судьбы. Жизнь по обмену

Глава 2

Через двадцать лет. Таня.

Таня с трудом открыла глаза. Светало. На часах высветилось четыре сорок пять. Проснулась, как всегда, за пятнадцать минут до звонка будильника. Главное, никого в доме не потревожить. Несколько минут поваляться и вставать. Тесто на булки само собой не замесится, и дом не отмоется.

В семь сорок пять полы были чистыми. Пыль протёрта, а булки стояли в духовке.

Она поднялась к брату. Осторожный поцелуй в лоб и шёпотом на ухо:

— Зайка, вставай. Умоемся и нужно успеть позавтракать, пока не поднялись остальные.

Они быстро ели на кухне. Таня подкладывала брату лучшие кусочки обрезков сыра. Она смотрела на худенькую фигурку.

— Кушай! Кальций нужен для роста! И омлет весь доедай!

— Танечка, я возьму булочку с собой в комнату? — серые глазки смотрели с мольбой, разрывая сердце. — Больше в живот не лезет.

— Милый, ты же знаешь, что будет, если Лера увидит в твоей комнате крошки? — она убрала мягкую сдобу в целлофановый мешок. — Мы положим её сюда, а когда пойдёшь гулять, незаметно возьмёшь с собой! — пакет ушёл в ящик за помойное ведро.

Малыш кивнул.

— Хорошо!

Глаза щипало. Таня с трудом сдерживала слёзы. Её мудрый, послушный, маленький мужчина всё понимал. Скоро он вырастет и станет защитником трусихи сестры. Тёма обязательно будет сильным и красивым в отличие от неё.

— Если бы папа был жив… — пухлые губки дрожали.

Таня прижала брата к груди. Родители погибли в аварии семь лет назад. На счастье новорождённого Артёма его в последний момент оставили дома под присмотром няни и сестры.

— Не надо, маленький, не стоит давать им повод для радости. Я выйду замуж, и мы выберемся из этого кошмара.

Тёма оттолкнулся от худышки сестры. Он вытянул ладони, изобразив оружие.

— Я не маленький! Куплю пистолет и пристрелю Леру с Лидкой!

Она рассмеялась, прежде чем строго выговорить:

— Чтобы больше я этого не слышала! Нельзя желать людям зла, даже если они плохие. Мы найдём другой способ удрать из дома.

— Завтрак готов? — визгливый голос двоюродной сестры заставил ускориться.

Таня подтолкнула брата к выходу:

— Иди в комнату. Собирайся. Поможешь мне в саду и заодно поиграешь.

Она накрыла в столовой. Кофе, омлет с беконом для дяди. Салат с авокадо и смузи из фруктов для заботящейся о фигуре Леры. То, что после него она уплетёт пару булочек с джемом и сыром, не считалось.

— Платье отгладила? — сестра гоняла по тарелке кусочек салата.

Таня кивнула, сбивая в тарелке яйца:

— Да, ещё с вечера.

Она успевала следить за родственниками, предугадывая их желания.

— Сегодня вечером с нами ужинает мой новый бизнес-партнёр... — Дядя оторвал взгляд от смартфона. — Постарайся его удивить. И одень что-нибудь приличное. Ходишь как чучело! — Он бросил на стол кредитную карту. — Сходи, присмотри что-нибудь новое. Там лимит, но как раз хватит на платье и приличную обувь.

— Балуешь ты её, папочка.

— Что ты, зайка, балует папа только тебя! — Он с нежностью смотрел на свою копию. — Её опекает.

— Танька, дрянь! Где мой новый спортивный костюм?! — громогласный крик тётушки заставил всех вздрогнуть. Её величество проснулась в плохом настроении.

Лера наспех допила смузи и, прихватив булку, ринулась к лестнице, выдавая распоряжения:

— Принеси платье ко мне в комнату, и не вздумай его измять. Придётся гладить повторно!

Валерий Петрович подскочил со стула, на ходу допивая крепкий кофе:

— Я уже опаздываю. До вечера! Не забудь про платье и присмотрись к гостю. Может он станет твоим будущим мужем!

Через минуту столовая опустела. Ровно к тому моменту, как вниз спустилась худосочная женщина чуть за сорок с растрёпанными ярко-рыжими волосами и ярко-зелёными глазами. Шёлковый халат оранжевого цвета с неровными полами и перекрученным поясом, придавал разъярённой скандалистке вид лисы после посещения курятника. Она с ходу залепила племяннице пощёчину.

— Негодяйка! Ты стала плохо слышать?

— Я провожала Валерия Петровича! — Таня пошатнулась, с трудом удержав в руке чашку с горячим кофе с корицей. — Он опаздывал. Забыл папку с документами.

Тётка забрала кофе из дрожащих пальцев, сделала глоток и поставила на стол. Хитрые глаза уставились в бледное лицо хозяйки дома.

— Думаешь, я не слышала, что этот блаженный тебе говорил? Забудь о его бизнес-партнёрах! Если ты и пойдёшь замуж, то за моего брата или тебя объявят недееспособной!

— Ему почти пятьдесят лет! — Таня чуть не разревелась, представляя высокого, худого мужчину с залысинами на висках. Диагноз висел над ней как меч.

— Самый возраст жениться! — Лида с ухмылкой ухватилась за дрожащий подбородок племянницы. — Меня не волнует, что ты делала! — лиса плюхнулась на стул. — Я зову, забываешь обо всём вокруг и летишь на голос!

«Как собачка!» Возражать после первого заключения в лечебницу Таня решалась только в мыслях. Вслух смиренное:

— Знаю, больше не повторится!

— Плохо знаешь, раз каждый раз нарываешься на неприятности! — Лида брезгливо отодвинула дочкину тарелку с недоеденным салатом. — Ну, что замерла? Подавай мой завтрак! Надеюсь, сегодня приготовила правильный омлет? — Она показательно взглянула на часы: — Из-за тебя, мерзавка, я опять пропускаю пробежку! Когда-нибудь моему терпению настанет конец. Сдам вас с Артёмом в психушку!

Волна холода разлилась по позвоночнику. Душу сковал страх. Таня не забыла двадцать один день курса, что провела там в последний раз. Хотелось придушить тётку, но не с её силами, вместо этого унизительное, дрожащим голосом:

— Пожалуйста, тётя Лида, не нужно! — она потирала покрасневшую щёку. В голосе мольба готовой подчиняться рабыни. — Больше этого не повторится! Только не трогайте Артёма.

Холёная рука протянулась к тарелке с дымящимся блюдом. На первый взгляд запечённые в духовке яйца, взбитые с молоком, выглядели прилично. Тонкие губы раскрылись, обнажая острые зубы. Первый кусочек на вилке ушёл в рот. Довольная улыбка на худом лице и милостивое разрешение: