Две жизни Алессы Коэн

Глава 38. Зеркала времени

Нелюбимая в собственной семье, нежданная, нежеланная. Словно подкидыш... Я ошибалась только в одном: меня не ждали не в этом мире, а в той Таверии, которую я считала своей. Там, где рассаживала на диване своих плюшевых мишек. Но как? Как это возможно? Прошло больше тысячи лет, я успела вырасти, закончить школу, университет... А здесь время словно замедлило ход. Да нет, оно... да, оно словно отступило на шаг назад, чтобы теперь вновь приближать Алессу Коэн к моменту ее преступления и гибели.

— И что же вы сделали, мастер Гвеллан? После того, как убили меня?

— Я... — он склоняется надо мной, его рука накрывает мое запястье. И я ощущаю, как дрожат мои пальцы, а он не отпускает. — Я никогда не хотел убивать тебя, Алесса. Я ведь уже сказал тебе.

Я высвобождаю руку и киваю ему на кресло, которое он недавно покинул: я хочу видеть его лицо, когда он станет рассказывать дальше. Почему-то сегодня я безошибочно чувствую, лгут мне или нет. А мне нужна только правда.

— Только правда? — переспрашивает он. — Тебе ее мало?

— Катастрофически не хватает, — о, я даже пытаюсь язвить!

— Я вернулся в наше горное убежище, совершенно сбитый с толку. Не понимая, что произошло и что делать.

"Великий архимаг превратился в мышь?" — зло думаю я, но все, что он говорит дальше, заставляет меня замереть от ужаса, неверия и восхищения.

— Единственный человек, у которого я бы мог просить совета — мой старый наставник — был давно мертв. Вокруг меня сгрудились перепуганные озлобленные люди. Казалось, они забыли, что рождены магами. Я не сразу понял, что происходит: но с каждым днем их дар будто ослабевал, в их глазах гас свет. Источник, питавший нас всех... я до сих пор не знаю, что с ним случилось. Одни забывали простейшие руны, у иных самые безобидные заклятия приводили к таким последствиям, что бедняги едва оставались живы. И нам пришлось признать очевидное: магия покидает наш мир безвозвратно. Возможно, в нашем распоряжении последние месяцы, если не недели. После чего мы растворимся среди обычных людей, станем торговцами, воинами, землепашцами. Если, конечно, инквизиторы не отыщут нас раньше. Я почти не спал и едва держался на ногах. "Так ты повредишься умом, Гвеллан, — как-то сказала мне старая знахарка. — Подумай, что тогда будет с нами". И она сварила мне настой, хотя прежде я никогда бы не принял сонный отвар из чужих рук.

Значит, он не зря верит снам...

— Я не видел их так ясно, как ты. Скорее, слышал голос. Голос человека, бывшего моим далеким предком. И он рассказал мне о ритуале "Зеркала времени". Круг и знаки, которые он вычертил, врезались мне в память так четко, что я без труда смог зарисовать их, когда проснулся. "Пройдешь только ты, — сказал мне человек, которого при жизни называли Гордиэлем. — В тебе наша кровь, кровь древних магов. Кровью ты вычертишь знаки и откроешь проход. Но помни: у тебя всего один шанс. Вторая попытка убьет тебя. И никому из ныне живущих не повторить твой путь".

— Так и вы тоже Избранный, мастер Гвеллан? — я грустно улыбаюсь и не отказываюсь от кубка вина, который он наполняет для меня.

— Видишь, не ты одна... Я избавлю тебя от подробностей, как и что я делал. Удалился в пещеру, сделал все, как велел мне мой предок. И щедро полил контур пентаграммы своей кровью. И оказался в своем замке. За неделю до того, как некоей адептке на голову рухнул хрустальный шар... Возможно, ты и права: время похоже на бесконечную дорогу, по которой некоторые вольны бродить вперед и назад...

А я почему-то представляю себе скользкую белую полосу, тонущую в молочном тумане.

— Но... постойте!

Алесса Лиатрис видела немало фильмов о путешествиях во времени, да и книги она тоже читала. И никогда не понимала парадоксов временных петель. И потом, разве при перемещении мастер Гвеллан не должен был столкнуться с собственным двойником?

— Моя кровь, Лесса, — поясняет он, но я все равно ничего не понимаю. — Промежуток во времени составлял всего несколько месяцев. Из-за кровного ритуала я просто соединился со своим двойником. Головная боль и беспокойные сны — вот и все, чем я за это расплатился. И понял, насколько маги древности были сильнее нас, раз могли пользоваться подобными перемещениями. Но дверь захлопнулась, и мне больше ее не открыть. У нас не будет второго шанса.

— Значит, "опять" должно все "выйти", — и я опустошаю кубок до дна. — Я не собираюсь умирать во второй раз. И вам не позволю.

— Девочка...

Мне кажется, он хочет перехватить мои руки, но в последний момент останавливается.

***

— Рассказывать дальше? Или додумаешь за меня?

— Ну... — я усмехаюсь, невольно копируя его мимику, — как только у владыки Гвеллана перестала болеть голова, он решил, что она должна болеть у кого-то другого. Он тайком прокрался в школу Жемчужной розы, оставил на полке зачарованный шар, а потом воспользовался магией, чтобы замести следы. Так? А если бы тот шар размозжил череп несчастной Алессе? То есть мне.

— Нет, я умею накладывать заклятия.

— Но... зачем?

— Затем, чтобы у меня был повод забрать тебя из школы. Чтоб ты не досталась ни барону Коэну, ни королю. Спрятать тебя, сберечь. То, чего не сделал прежде. Ты... ты неплохо изучила меня, Алесса. Ты знаешь, что порой я слишком полагаюсь на грубую силу и забываю об обходных путях... Тогда, в том нашем прошлом, мне не следовало оставаться в стороне и наблюдать, как ты становишься игрушкой в руках короля и его придворных магов. Прости меня. Если, конечно, такое можно простить...

Я касаюсь кончиков его пальцев, провожу ладонью по выступающим венам на его кисти и глубоко вздыхаю: я готова простить его. Что толку корить себя за то, какой ты есть?

— Пусть прошлое останется в прошлом, мастер Гвеллан.

Он поднимает глаза, и мне кажется, он благодарен Алессе Коэн за это запоздалое прощение. Значит, он хотел всего-навсего повернуть время вспять, возвратиться в тот момент, когда еще можно было все исправить, практически выкрасть ни о чем не подозревающую Алессу из-под носа тех, кто хотел завладеть Источником, связать ее клятвой... И "опять ничего не вышло"!