Две жизни Алессы Коэн

Глава 49. Только вперед!

Я сижу, прислонившись спиной к ограде, и с замиранием сердца жду, когда над поверхностью воды покажется голова Гвеллана. Отчего он так долго? Что он вообще затеял? И... вдруг он утонет? Глупость, конечно, — разве маг позволит себе просто так пойти на дно? Белесые вспышки молний пронизывают бурлящий речной поток, а раскаты грома все ближе и ближе. Гвеллана все нет... Я уже сбрасываю свою поклажу, начинаю стягивать сапоги — но в этот момент он выныривает, громко отфыркивается и старается побыстрее продышаться.

— Что... что ты там делаешь? — беспокойно шепчу я, но он только прижимает палец к губам, вбирает в легкие побольше воздуха и вновь скрывается под водой.

Не будь дурочкой, Алесса, повторяю я себе, и не задавай идиотских вопросов. Решетка точно перегораживает речку до самого дна. Магией Гвеллан пользоваться опасается, значит... неужели пытается отогнуть толстенные металлические прутья, чтобы мы могли протиснуться на ту сторону? Он что, с ума сошел? Он выныривает еще пару раз, торопится, ободряюще кивает мне, мол, все идет как надо.

А ветер крепчает, он бросает мне в лицо несколько крупных дождевых капель. Теплые, тяжелые — они не несут свежести. И все та же вязкая духота в воздухе. Гроза черным пологом надвигается на столицу, а гром барабанной дробью прокатывается где-то над южными предместьями.

— Лесса! — Гвеллан дотрагивается до моей коленки. — Давай, полезли! Плаваешь хорошо?

— Ты... что ты сделал? — все же не выдерживаю я.

— Там... внизу прутья проржавели. И поддались. Надеюсь, пролезем. Хотя лаз совсем узкий.

Я подхватываю наши вещи, но он отрицательно качает головой. Действительно, к чему нам запас сушеных фруктов и смена одежды, раз они намокнут во время нашего подводного путешествия? Из своего мешка Гвеллан забирает только посох и жезл — артефакты, усиливающие его магию. Какой маг станет разбрасываться подобными вещами? Это вам не сморщенные сухие яблоки, парана и фиги.

— Остальное возьмем с боем, — пытаюсь шутить я и ухожу под воду вслед за Гвелланом. На самое дно — туда, где у него вышло отогнуть несколько прутьев решетки.

Течение очень быстрое: здесь поток вырывается на волю — и меня тут же начинает сносить назад. Но Гвеллан крепко держит меня за руку, проталкивает вперед, я зажмуриваюсь, чтобы ил и песок со дна не попали в глаза. Только бы скорее наверх! Грудь и горло уже стягивает от недостатка воздуха, но пытаться вдохнуть нельзя. Резкий толчок — и вот я уже разеваю рот, как выброшенная на берег рыба. Мы на той стороне! И я гребу что есть сил подальше от решетки, борюсь с течением, хватаюсь за узкие листья осоки, подтягивая свое тело все ближе к берегу.

Гвеллан спустя пару мгновений садится рядом со мной в траву, и мы, не сговариваясь, начинаем вытряхивать воду из сапог — бежать босиком по посыпанным мелким гравием дорожкам несподручно, так что с обувью мы расстанемся на входе в резиденцию короля Эддарда. Чтобы не шуметь и не следить. В тот миг мне даже и не страшно: вспарывающие темное небо молнии, беспокойный шелест клонящихся под напором ветра ветвей, — настоящее приключение, пусть уже и не первое в этом мире! Прежде я и подумать не могла ни о чем подобном! А мы — настоящие взломщики! И Гвеллан... мне кажется, нет ничего на свете, что было бы ему не по силам.

Ну, теперь только вперед! Две едва различимых фигуры в глубине дворцового парка — кто заметит нас в такую грозу? У калитки, ведущей в королевский сад, Гвеллан некоторое время возится с какими-то железками — похоже, в дело идут обычные отмычки! А потом дальше, дальше... Едва различимые в темноте ряды подстриженных кустов, чуть приторный розовый аромат, плеск воды в фонтанах, ступени, ведущие к тяжелой дубовой двери, нескончаемые ряды бочек... Мы проникаем во дворец через винные погреба, ныряем в какой-то ход в стене, поднимаемся по узкой лесенке, выбираемся в коридор, осторожно сдвинув край гобелена.

Я прижимаюсь к стене, пока Гвеллан проверяет, безопасен ли открывшийся перед нами коридор. Хватает меня за руку, мы бегом преодолеваем несколько метров — и снова ход, скрытый расшитой золотом шпалерой. Только бы не сбить впопыхах подсвечник или высоченную вазу, доходящую мне едва ли не до груди! Мой спутник двигается на удивление легко, крадется по-кошачьи, легко обходя препятствия. А я кажусь себе ужасающе неуклюжей — вот, опять едва не свернула вазон со свежесрезанными цветами! И дурманящий запах лилий ударяет мне в нос.

Поднимаю голову — в свод арки прямо над нами вделан такой знакомый зеленый камень. Я на секунду замираю, замешкавшись: вдруг сейчас он предательски замерцает, признав в нас магов? Но нет, волшебство Гвеллана надежно скрывает нас от нежелательного внимания. И пока... пока все идет удачно, я бы даже сказала — слишком удачно. Слишком просто.

— Где вся стража, Гвелл? — спрашиваю я, едва мы скрываемся в очередном тайном коридоре.

— Ее полно. Просто я неплохо изучил планировку дворца. Здесь множество проходов, которые использует прислуга. Или придворные — для тайных свиданий.

— Так мы выбираем тайные тропы?

Он едва заметно улыбается, ерошит мои мокрые волосы, срывает поцелуй с губ.

— Думаешь, нас не ждут?

— Даже если и ждут — не думаю, что придворные маги смогут меня хоть чем-то удивить.

Ну да, он, как обычно, уверен в себе и собственных силах. Слишком уверен... И я убеждаю себя, что одной его веры достаточно, чтобы сделать нас неуязвимыми.

Однако наше везение не может быть постоянным: мы уже готовимся выбраться к уводящим наверх широким ступеням, когда до нас доносятся чьи-то торопливые шаги и выкрики. Я стараюсь не дышать, чтобы ткань скрывающей нас портьеры даже не шелохнулась от моего сбившегося дыхания.

— Аннита, Аннита! Ставни прикрой! — шаркающие шаги приближаются к нам, видимо, это кто-то из слуг торопится захлопнуть распахнувшееся из-за грозы окно. — За вами только глаз да глаз! Что, если Его Величество в отъезде, так и приглядывать ни за чем не надо? Бездельница!