Двенадцать братьев Месяцев, отец Год и дед Век.

 Глава 3. Мартовский день.

Это был прекрасный день. "Мороз и солнце, день чудесный!",- заворковал братец Март, распахивая окно. Но тут же на него налетел ветер и он поспешил закрыть створки, недовольно поёжившись, повернулся к братьям, которые собрались за большим столом на чаепитие: "Зачем сегодня так холодно, когда у меня такое превосходное настроение? Февраль, братец, щелкни пальцами, а? Ветер тут же утихнет. Он же тебя послушает".
- "Нет!",- осёк его братец Май. – "Погоду отец уже установил. Не смей менять его программу".
- "Эх!",- вздохнул Март. – "Моё прекрасное настроение... Что мне с ним делать? Я хочу праздника! Карнавала! Гавайских танцев! А тут такое..."
"Как будто тебя это когда-то останавливало",- с улыбкой произнес Июнь. – "Если уж у тебя радужное настроение появилось, то пока ты его не выплеснешь, не успокоишься".
"Точно! Точно! Ты в шубе и сланцах можешь гавайские танцы устроить", – засмеялся Декабрь. – "Помнишь, как в прошлом году было...",- и тут он вспомнил: "Кстати, шубу мою рабочую верни. А то я еще думаю, что чего-то в моем гардеробе не хватает".
- "У тебя их и так полно!"
- "А тебе они так не нужны. Ходи в своих пальто, которых у тебя больше, чем у меня шуб".
- "Да и пожалуйста! Сейчас же принесу твою шубу, не нужна она мне",- сказал Март и пошел на второй этаж: "Если ее моль до конца не доела... Что осталось, забирай".
С этими словами он исчез из гостиной и вновь появился в ней через пять минут с шубой в руках.
- "На свою шубу!" - он всучил ее Декабрю.
- "А теперь...", – Март трижды хлопнул в ладоши и его одеяние тут же изменилось. Вместо зимних пушистых тапок - летние, вместо серых штанов – голубые шорты с бананами, вместо зеленой футболки - легкая рубашка с морем и пальмами, на голове - желтая панама, на лице - широкая улыбка.
"Братцы! Давайте праздновать!",- широко раскинув руки, вдохновенно прокричал Март. Он прокричал это так задорно и громко, что кукушка в лесу поперхнулась на полуслове и, осознав кто это и зачем кричит, с вытаращенными глазами, полетела куда подальше.
Март соскучился по веселью. И, как всегда, не может дождаться своего времени.
А в доме уже полным ходом шли приготовления. Май, проезжающий мимо Октября на роботе-пылесосе с еще двумя пылесосами в руках, одним компактным и одним ручным, спросил: "Он хоть сказал, что мы праздновать собираемся?"
"Нет",- ответил Октябрь, уже надевший костюм бармена и ловко смешивающий напитки: "Он, скорее всего, сам не знает, что праздновать. Рождество отпраздновали, батин День рождения – Новый Год тоже... У нас – день веселья. И всё тут. Видимо так".
В дверях появился брат Май с большой охапкой надувных шаров. Одет он был при том в одни радужные плавки: "Всё, братцы, я готов!"
От этого зрелища брат Июль, который в это самое время уже дегустировал на вкус новый коктейль, увидев брата, подавился и от неожиданности прыснул со смеху коктейлем в братца Ноября. Который тоже собирался пробовать новый коктейль.
- "Пожалей мои глаза... Оденься!",- сквозь слезы смеялся Июль. Как вдруг брат Ноябрь оттянул ворот его и вылил содержимое своего стакана ему за шиворот: "Я тоже поухаживаю за твоей кожей, братец, принимай витаминный коктейль!". Братья бросились друг на друга и продолжали мутузиться вплоть до того момента, пока в дверях не появился Декабрь, с хлопушками и фейерверками. Они вздрогнули от хлопка и расцепились, ошеломленные его клоунским нарядом.
- "Что это? Один краше другого...",- сквозь слезы опять смеялся Июль. За спиной Декабря стоял Август в костюме Посейдона, с трезубцем в руках и короной на голове.
- "Костюмчики вам, как раз под стать", – смеялся Ноябрь. Но смех братьев быстро прекратился, потому что обиженный таким приемом Август, сначала метнул трезубец в Июля, потом кинул корону в Ноября.
- "Я покараю вас, презренные!", - крикнул он. И Июль и Ноябрь успели уклониться, но столкнулись между собой и упали.
- "Такое ощущение, что день дурака празднуем",- сказал Апрель, который в этот момент лежал на диване, потягивая коктейль.
-"И не говори",- согласился с ним Июнь, который лежал рядом.
Дверь в парадную распахнулась, в нее торжественно вошел Март с какой-то коробкой в руках. А следом за ним - Февраль, обвешанный гирляндами и пакетами с покупками.
- "Дорогие мои, а-ха-ха! Бесценные мои! Вы уже во всю празднуете!", – торжественно сказал он и, аккуратно поставив коробку на пол, с умилением оглядев всех присутствующих, послал им большое воздушный поцелуй. Затем, он снова поднял коробку и двинулся к ним. Его мрачный и уставший пакетоносец, увешанный гирляндами, проследовал за ним.
- "Что в коробке?", – полюбопытствовал было, подъехавший на робо-пылесосе Май, и тут же воскликнул: "Ух, ты! Какая милота!"
Его лицо сразу приобрело такое радостное выражение, что и всем остальным стало любопытно что там. И, когда они все разом подбежали и заглянули в коробку, гостиная наполнилась восторженными звуками: "Милашки!", "Прелесть!", "Какие красивые!"...
В коробке были котята. Все разноцветные: один белый, один черный, один рыжий, один серый и один трехцветный.
- "А мамка их где?" – спросили его.
- "Мы забрали их у женщины, которая собиралась их выбросить. Кошка останется жить у нее, а котята им не нужны, поэтому я забрал их себе. Братцы! Ура! У нас в доме теперь будут свои котята!",- Март не мог нарадоваться своему счастью. - "Тут только котят не хватает!", – сказал Декабрь – ярый любитель собак. Который, в принципе, не был против котят, их он тоже любил, но его беспокоило то, как его собачки воспримут новых жильцов.
- "А что? Я тут один должен "лысым" ходить?", – занегодовал Март. – "У всех, у вас у всех есть свои фамильяры! Только у меня нет! Такие крошки... Я принес... Хоть бы порадовался за меня!"
- "Да успокойся ты", – потрепал его по макушке Ноябрь.- "Мы рады за тебя. Оставляй".
- "Не лысый ты, не переживай", – подмигнул Декабрь и крепко сжал в кулак клочок шевелюры братца: "Вон смотри, какой ты пушистый! Такой же, как твои котята".
Все улыбались. На этой приятной ноте можно начинать праздник.
Украшена гостиная была шарами и светомузыкой, яркими гирляндами и цветами, где десять братьев, собрались за большим столом.
Сначала пировали, потом танцевали, потом играли в разные подвижные игры. Ближе к полуночи уже перешли к настольным играм. Вместе было так весело и интересно, что расходиться не хотелось совсем. И так, постепенно они все и уснули в гостиной, кто где был.
Март спал, окруженный братьями. На нем удобно устроились пять его новых котят, и ему, Марту, снились замечательные сны в эту ночь. Настолько замечательные, что утром он даже сочинил несколько новых песен. Он спел их своим братьям, которым очень понравилось. А потом стал учить петь и своих котят. Приговаривал, что весной, когда он отправиться работать, им надо будет много гастролировать и петь.
С тех пор, в такие дни, когда хочется праздника, но нет повода, братья стали называть Мартовскими днями, а котов мартовскими, за то, что они всегда подпевают Марту. Они поют во весь голос, вслед за своим хозяином.