Двенадцатое Первое сентября

Глава 4.

За бессонную ночь с воскресенья на понедельник я остыла. Переварила случившееся и сделала правильные выводы. К Никите не было ненависти, злости, да и влюбленности не наблюдалось.

Так что поход останется в моей памяти приятным воспоминанием, но не более. Мы по-прежнему просто коллеги.

– Доброе утро, присаживайтесь. Повторяйте тему оксиды, через пять минут дам проверочную, – дежурно произнесла я, входя на урок к восьмому классу.

Задержалась из-за неторопливости Луизы по утрам, и теперь в спешке разгребала на столе завалы тетрадей и напечатанных тестов.

– Полина Ивановна, доброе утро. Можно Вас на пару слов? – дверь кабинета я, судя по всему, не закрыла, и сейчас косяк подпирал Никита, хитро ухмыляясь.

– Если что-то срочное… – я кивнула на лаборантскую и зашла туда первой.

Никита не заставил себя долго ждать. Зашел следом и прикрыл дверь на слабенькую повертушку. Это мне сразу не понравилось.

Я вопросительно изогнула бровь и скрестила руки на груди, как бы намекая, что требую объяснений.

Но с ними Никита не спешил. Очень медленно он просканировал меня взглядом. Клянусь, что почувствовала холодок по коже даже через шерстяной костюм. Глаза его остановились в районе груди, что заставило заломить бровь еще сильнее.

Через мгновение Никита был уже рядом и расстегивал верхние пуговицы белой блузки на мне.

– Ты что творишь? – я тут же зашипела, пытаясь оттолкнуть мужчину и не выдать классу, чем мы тут занимаемся.

– Проверяю всё ли белье в твоем гардеробе такое же красивое как то, что ты оставила у меня, – с этими словами Никита извлек из внутреннего кармана пиджака верхнюю часть моего кружевного комплекта и сунул в руки.

Сказать, что я покраснела, – ничего не сказать. Стало так неловко!

До этого момента мы оба не говорили о той ночи, и ее будто бы не было. А вот сейчас Никита очень непрозрачно намекнул, что засосы на моей груди и приятное ноющее чувство внизу живота – далеко не плод фантазии.

– За возвращение пропажи полагается награда? Я был бы не прочь увидеть тебя в нем еще раз. Или без него.

От каждой сказанной пошлости я краснела сильнее и сильнее. А еще Никита прижимался ко мне непростительно близко, однако не касался, чем заставлял только сильнее хотеть страстных объятий с ним.

– За стенкой маленькие дети, – напомнила я, хотя стоило бы вспомнить о нормах приличия и данных себе обещаниях, а не о восьмом классе.

– Да, ты права. Твои сладкие стоны им слышать еще рано. Когда окна совпадут, приду, – Никита нагло подмигнул, это я увидела даже в темноте помещения, и бесцеремонно сцапал меня в объятия.

Поцелуй был дерзкий, напористый, но продлился всего несколько мгновений. Я успела только обрадоваться, как Никита уже отстранился и, негромко шлепнув меня по попе, первым вышел из лаборантской.

Он больше так и не пришел. Виной, наверное, шесть уроков в расписании каждого из нас.

А после звонка я очень быстро ретировалась в кабинет Луизы и отсиживалась там еще добрых полчаса, пока подруга вела факультатив у девятых классов.

Почему я пряталась? Да черт его знает… Просто я запуталась. Не понимала, чего мне хочется. Не понимала, какие планы у Никиты. Конечно, лучше бы подумать, спросить. Но я выбрала самый легкий пусть – избегать проблем.