Дверь в небосклоне

Глава 7

Стоит только чуть-чуть удалиться от нашего маленького лагеря, и на меня опускается мертвая тишина. Именно мертвая, иного сова я подобрать не могу. Тишина места, где очень давно никто не жил, и вряд ли в ближайшее время поселится. Слишком медленно природа отвоевывает эту землю у Древних. Видимо, они знали какой-то секрет, позволяющий противостоять непобедимой силе.

Возможно, раньше, когда Древние еще не покинули Тарауль, этот секрет упрощал им жизнь. Сейчас он делал город необитаемым. Лишь горстка ищущих смеет входить в него, исследовать, искать то, что осталось от Древних. Но их слишком мало, чтобы вдохнуть в город жизнь.

Когда я привыкаю к новому ощущению, приходит понимание, что тишина эта не однородна. То тут, то там раздаются скрипы, стуки, завывания ветра. Хрустит под ногами разбитое стекло или шуршит раздробленный камень. Начав прислушиваться к звукам города, я уже не могу остановиться, не могу отвлечься на что-то другое. Мое внимание и мое воображение полностью занимает он – город Древних. Настолько, что мне начинает мерещиться то, чего здесь просто не может быть: голоса.

Сперва мне кажется, что я сделал крюк и снова подхожу к месту стоянки, но, судя по положению солнца, я все еще удаляюсь от него, а вовсе не приближаюсь. Тогда, быть может, это ветер так причудливо шумит в разбитых окнах? Но нет, теперь я уже различаю даже отдельные слова, хотя сложить их в связную речь пока не получается.

Прислушиваюсь. Два голоса, да притом женских, что вовсе уж странно. Я спрашивал Ладира, женщин среди ищущих нет, было раньше несколько, да они обычно не задерживаются. Сложно это физически. Да и ходить в город женщина может только до первой беременности, а там уж не до того. Значит, точно Древние морочат.

Разумнее всего ― вернуться к Ладиру, но любопытство сильнее меня. Впрочем, и об осторожности не стоит забывать. Я продвигаюсь вперед очень медленно, стараясь не шуметь, не наступать на осколки стекол и обломки камней. Мы с дядей часто ходили на охоту, и я умею передвигаться тихо. Конечно, тогда под ногами была земля, а не твердый камень, или из чего там делали свои дороги Древние. И все же меня вряд ли услышат.

Улица довольно широкая, здесь я, как на ладони. Осмотревшись, я отхожу ближе к одному из домов, в ту сторону, откуда доносятся женские голоса. Шаг, еще шаг… Медленно. Голоса раздаются все ближе. Я подхожу к перекресту. Еще немного и будет поворот. Теперь уже можно разобрать, о чем говорят мои мороки. Хотя… Мороки ли? Замираю и прислушиваюсь.

― Крисса, ты уверена?

Голос тонкий, словно принадлежит совсем еще девчонке, но властный и уверенный. Скорее всего, его обладательница уже давно не ребенок. Возможно, она даже главная в паре. Если, конечно, у них есть главный.

― Ну что я, совсем дура? – второй голос более низкий, глубокий. Но и менее строгий. Можно даже сказать, игривый. ― Своими глазами видела, аж три человека. Один ушел вглубь квартала, за дровами, наверное, двое остались. Явно за чем-то ценным ходили, иначе чего бы втроем? Я, правда, близко не подходила, так что больше ничего не знаю.

Неужели речь идет о нас? За нами следили? Но зачем?

― Трое – много! ― недовольно произносит первая. – Лучше вернуться.

― Ты в себе сомневаешься, Тильда, или во мне? – судя по голосу, Крисса ехидно улыбается.

Наступает тишина. Даже звук шагов пропадает. Видимо, они тоже остановились.

― В них. Что им тут втроем делать? Ищущие и парами редко ходят, а тут аж трое… Что-то не так.

Обе женщины замолчали, давая и мне перевести дыхание. Мысли заполнены одним вопросом: что им от нас надо? Вряд ли намечаются дружеские посиделки, иначе чего бы им так осторожничать? Имеет смысл и мне соблюдать осторожность.

Я прислоняюсь к выщербленной стене, вжимаюсь в нее, пытаясь слиться с серым камнем. До угла – рукой подать. С другой стороны приоткрытая дверь. Не широко, но я должен пролезть. Если сделать все тихо, меня, скорее всего, не заметят. А больше прятаться негде. Разве что пока Крисса и Тильда о чем-то молча размышляют, попытаться отойти дальше. Но можно и просто встретить их здесь. В конце концов, там всего лишь две слабые женщины. Да может, они ничего делать и не собираются.

― Лучше вернуться, ― еще раз произносит Тильда.

― Ага, снова без добычи, да? Ты слишком осторожничаешь, из-за этого мы давно уже живем впроголодь. Нужно идти!

Камни под ногами Криссы шумно зашуршали, словно они резко развернулась на пятках. Нужно решать, что делать.

Сам удивляюсь своим мыслям. Прятаться, бежать… Что за чушь? Две женщины в городе… Да им самим, поди, нужна помощь, а я вдруг их испугался. Улыбнувшись сам себе, я отталкиваюсь от стены и выхожу обратно на выщербленную дорогу, а затем поворачиваю за угол.

Разговор мгновенно стихает. Обладательницы загадочных голосов во все глаза разглядывают меня, а я разглядываю их, пытаясь понять, что здесь забыли две молодые девицы. Да еще столь странно одетые. Обе они в штанах, причем очень узких, до неприличия. Ткань обтягивает стройные бедра и ноги. Свободные светлые рубахи сами по себе смотрятся вполне достойно, но на груди их стягивают кожаные жилеты, также плотно прилегающие к телу и подчеркивающие соблазнительные формы.

Смущение охватывает меня. Я отвожу взгляд, напоследок отмечая длинные ножи, висящие на поясе у обеих. Интересно, зачем им такое оружие? В дороге можно и меньшим обойтись, а дикие звери в город не заходят. Во всяком случае, в этом меня заверил Ладир, уговаривая оставить привычное копье дома. А вот их лица я так и не рассмотрел. Ужас! Как стыдно, так бесцеремонно пялиться на незнакомых женщин. А хоть бы и на знакомых…

Пока я ругал себя, они, кажется, немного опомнились. Краем глаза я вижу легкие движения рук, поворот головы. Кажется, незнакомки переглядываются между собой. Словно что-то молчаливо обсуждают. Наконец, одна из них, та, что ближе ко мне, говорит: