Дверь в никуда. Или шанс на жизнь.

Эпилог.

Вчера было слушание по моему делу. Совет верховных долго выпытывал и проверял меня. Если бы не Рикк, мне самой никогда не удалось убедить верховных в полном контроле темной магии. До этого в истории, еще ни разу такого не было. Ни один маг, в одиночку не мог совладать с такой силой.

Но никогда еще не заключались магические союзы с «зараженными». Мой муж стал первым психом, не побоявшимся пойти на этот шаг. Уже потом я узнала, как он рисковал. Не совладай мы, она поглотила бы обоих.

Совместная магия Зарков и собственная Лорков, смогли «запечатать» тьму глубоко внутри. Пусть для этого я и лишилась былых сил. Не могу сказать, что успела привыкнуть к родовой и в полной мере ощутить ее преимущество. А та, что была с рождения не отличалась особой мощью. Но по сравнению с нынешним уровнем, было несоизмеримо. Меня теперь даже дворником не возьмут!

Благо, мое наследство так и осталось полностью моим. За те злые слова о корысти, брошенные Зарку, сейчас было стыдно. Он полностью обеспечивал меня и детей все эти месяцы.

-Не торопишься? Хочешь остаться? – Насмешливо поднял бровь Рикк, подавая руку. Совет уже разошелся и в большом зале, остались только мы.

Вложив свою руку в его, я легко поднялась. Мне понадобились долгие месяцы, чтоб наконец понять Зарка и не акцентироваться на мимике. Всегда нахальной и немного презрительной.

Все насмешки, ехидные замечания и наглость, были лишь защитой. Той маской, которую он носил по привычке с самого детства. Если Гаррет притворялся хорошим мальчиком, делая гадости в тихую, то Рикку пришлось создавать образ плохиша, чтоб соответствовать требованиям своего брата. Выжить рядом с ним.

Для чего он это делал у меня не было точного ответа. Рикк никогда не рассказывал об их детстве. Но вспоминая отношения братьев, где старший подавлял младшего и тот факт, что они рано остались одни, могла предположить, что Рикк всегда был в тени брата. Привык зависеть от него. Как от старшего.

Даже сейчас, познав в полной мере сущность Гаррета, Рикк продолжал покрывать его. Защищать свой род и скрывать скелеты, сотворенные кровным родственником.

-Я правда теперь свободна? Могу дальше спокойно жить, не вздрагивая?

-Почти. Тебе нужно будет раз в год подтверждать свой контроль. Вдруг опять проснется бешенство, и ты повторишь попытки моего умертвления.

Это было правда. В первые месяцы нашей «семейной» жизни, я несколько раз теряла контроль столь сильно, что Рикку приходилось применять заклятия обездвиживания. И только годы работы в розыске, обостренное чутье, позволили остаться не зарезанным мной ночью. Задавив шевеления совести, ответила в его же манере:

-Ну только если ты опять подошлешь в детскую свою очередную девицу.

-Чем Дермера тебе не понравилась? По-моему, из нее вышла бы отличная няня.

-Ага. Чтоб днем она пеленала детей, а ночами «распеленовывала» тебя?

-Идеальный вариант. Меня устраивает – Громкий смех верховного окутал, а низкие обертоны в голосе, спровоцировали возникновение мурашек.

-А меня нет. Я не позволю девице, обслуживающей всех подряд, прикасаться к детям!

-Так не всех! А только меня – Поймав мой недовольный взгляд, Рикк пошел на попятную. – Хорошо, найдем «чистую» и невинную.

-И ты не будешь ее трогать – Ткнула пальцем в его грудь.

-Тогда выбирай страшненькую. Ну или на тебя похожую!

Но я лишь улыбнулась, знаю, что он специально злит. Любовь доводить меня и оттачивать свою язвительность, никуда у него не делась. Хотя истинные чувства, непомерную заботу и доброту, тщательно скрываемые дессом до, я так же успела познать.

Правда, в его отношении ко мне, как к женщине, ничего не изменилось. За время нашего брака, Рикк часто оставался в моей спальне. Помогал и ухаживал. Его объятия во время кошмаров и борьбы с самой собой, стали необходимой обыденностью, привычной и ежедневной.

Но он никогда не позволял себе перейти черту заботы, и делать прикосновения двусмысленными. А ехидные, а где-то пошлые шуточки, всегда были после. Когда между нами было расстояние не менее вытянутой руки.

По началу, я радовалась и не скрывала своего негатива, от его общества. Наше вынужденное сосуществование дико раздражало, о чем каждый раз не забывала сообщать дессу. А он продолжал менять горничных и просто водить размалеванных девиц, на свою половину дома. Их веселые вечера, бесстыдно разносились по пустынным коридорам, вызывая облегчение, что супружеские обязанности выполнять не придется.

-Предлагаю отметить мой успех – Чуть приобняв, Рикк потянул меня к выходу.

-Почему твой? – Последовала его примеру, и постаралась охватить широкую спину. Для окружающих мы должны были оставаться крупкой, любящей парой. Ведь только в союзе, моя тьма крепко спала.

-Ну потому, что твой голосок звучал жалко и неубедительно. Так же, как и его хозяйка.

Слегка подзависнув, я разглядывала широкую улыбку мужа. Двух дневная щетина, придавала особую мужественность его лицу. А этот тонкий шрам, пересекающий левый висок, вызывал постоянное желание коснуться.

-Хорошо. Полностью согласна – Скопировала его улыбку – Куда пойдем?

-Ну для приличного места, ты не одета, не хочется позориться. Меня ж вся столица знает. Так что давай в маленький ресторанчик, по пути к дому.

-Я тебе говорила, какой ты хам и гад?

-Кажется было пару раз. Или пару сотен раз. Каждый день.

-Неправда. У нас были дни, когда я тебя не видела!

-Точно. Были счастливые дни и у тебя в нашем браке

Подкалывая друг друга, мы быстро покидали здание совета. Рикк сегодня выходной, а значит полностью свободен. Дети спят, под чутким взором слуг, а я себя успокаиваю, что их будут касаться именно те женщины нашего дома, которые не побывали в постели моего мужа.

Фиктивность брака, которая радовала раньше, сейчас доставляла глухую боль. Незаметно для самой себя, Рикк занял слишком большое место в моем сердце. Я перестала видеть в нем тень Гаррета и смогла наконец разглядеть его самого. Научилась «читать» между строк глупые шуточки и подмечать только заботу, которой было более чем достаточно.