Двое из легенды

Глава 5. Битва

На площади шел бой. Здесь собралась вся деревня — кто с вилами, кто с жердями, наскоро выломанными из плетней. Черные всадники теснили жителей к центру, сбивая в кучу, и уже успели разгуляться на славу — земля была усеяна телами.

Схватив камень, Онере запустила им в голову ближайшего всадника и, сбрасывая накидку, нырнула в бурлящий котел. Удар меча, летящий ей в голову, ушел в сторону, отклоненный заклятьем Рейна. Онере выхватила из-за пазухи мешочек, и в лицо черному всаднику пыхнул белый порошок. Заорав, каратель схватился за лицо и полетел наземь, сдернутый за ногу теперь уже Рейном, который решил, что глупо стоять в стороне, когда появилась такая отличная возможность навалять мерзавцам. Жители деревни друзьями ему не были, а вот карателей он не любил уже очень давно.

Онере тем временем развернулась и подняв обломок доски, размахивая им как дубиной, врезалась в гущу черных плащей, прорываясь к своим, в центр круга. Рейн не отставал, раскидывая заклинаниями сомкнувшуюся за ней стену нападающих.

Пробиваясь вперед, он не видел, что происходит там, в середине. Лишь крики, звуки ударов и шум говорили о том, что окруженные все еще живы и сопротивляются изо всех сил.

Карателей оказалось не так уж много, Рейн видел отряды и побольше. Вот только боевые навыки жителей деревни оставляли желать лучшего. Когда Рейн пробился в центр круга, то застал там всего с десяток из последних сил держащихся на ногах людей. Там же находился высокий старик с горящим взором и коротким, обагренным кровью, мечом. Людей, облеченных властью, Рейн чувствовал хорошо — старик был из таких, но бился наравне со всеми, и это внушало уважение.

Онере среди собравшихся не было. Озираясь по сторонам, Рейн пытался высмотреть ее в толпе дерущихся, попутно отбивая удары. Кинжал в ближнем бою все-таки оказался удобней, и Рейн мысленно поблагодарил отца, который всегда твердил, что магия — это хорошо, но оружие никогда не помешает.

Третьей руки у Рейна не было, отбиваясь от двух карателей, он краем глаза увидел сверкнувший сбоку меч и понял, что защититься не успеет. Неожиданно обладатель меча вскрикнул и рухнул под ноги дерущимся. Позади него с шальной улыбочкой и уже знакомой доской в руках показалась Онере, на щеке ее набухала кровью царапина.

— В расчете! — крикнула она и пригнулась, чтобы не попасть под огненный шар Рейна. Каратель за ее спиной упал, словно подкошенный.

Один из соперников Рейна переключился на Онере и тут же получил пудовым кулаком в нос от здоровяка в залитой кровью рубахе. Меч из вывернутой с хрустом руки житель деревни по праву забрал себе.

— Сзади! — завопила Онере.

Рейн вскинул руку, чтобы отразить удар, но не успел, слепящая вспышка накрыла мир белым. Погружаясь в беспамятство, собрав последние силы, он сделал то, что никак не мог сделать прежде, как бы ни старался. Он не увидел, но успел почувствовать, как столб золотого света взвился ввысь, раскручиваясь спиралью, заливая поляну, а затем и всю деревню волной древней магической силы. Пронизывая насквозь тело и разум, пробираясь в самые потаенные уголки души…

И всё закончилось.

* * *

Когда Рейн пришел в себя, то обнаружил, что лежит на траве, в небе над головой летают птицы, а рядом на корточках сидит Онере, вглядываясь ему в лицо.

— По-моему, он в порядке, — произнесла она, обращаясь к кому-то стоящему неподалеку.

Рейн повернул голову — уже знакомый высокий старик встретился с ним взглядом и, улыбнувшись, протянул руку. Несмотря на суровый вид, улыбка у него была очень теплой. Рейн, ухватившись за нее, поднялся на ноги. Мир кружился, слегка подташнивало, но в целом он чувствовал себя вполне сносно. Он огляделся: вокруг чернели кляксами тела мертвых захватчиков, заклинание Рейна выкосило их мгновенно и безжалостно.

— Рад снова видеть тебя, Ранмар, — произнес старик. — Когда я видел тебя в последний раз, ты был совсем маленький. А ты, Хайни, — он посмотрел на Онере, — была еще меньше.

— Подожди, Остикус, этот гефф что, не врал? — озадаченно произнесла Онере, вскользь глянув на Рейна.

Старик укоризненно покачал головой.

— Это не гефф, а твой брат. Следи за языком, девочка.

— Да ладно, — Онере фыркнула. — А почему эта золотая штуковина… ну, это сияние, его не укокошило? Оно же поубивало всех чужаков… Подожди, а почему оно тогда не убило меня? Если я и впрямь та самая королевская дочка, то, получается… Я что, тоже здесь не чужая? Или чужая? Ничего не понимаю!

— Родовая защита места, я прав? — Остикус взглянул на Рейна, и тот кивнул. — Ульрих рассказывал мне об этом заклинании. Почему ты его использовал? Ты ведь знал, что оно делает с теми, кто кровно не связан с этим местом?

Рейн посмотрел на Онере, только сейчас осознав, что подставил ее под удар.

— Да ладно, — усмехнулась та, снова умудрившись понять без слов. — О себе бы лучше подумал. Тоже мне, герой. — и, отвернувшись, она обратилась к Остикусу: — Он до конца не верил, что я его сестра. И чего тогда за мной потащился? — она отвернулась, пнув лежащую под ногами щепку.

— Это неважно. Ранмар, ты понимал, чем это заклинание грозит лично тебе?

Рейн вздохнул, поднял взгляд на старика... И запоздало понял, что этого делать не стоило.