Двое из легенды

Глава 39. Ос

Насчет «немного» Второй приврал — пока Рейн спал, восстанавливая силы, прошло не так уж мало времени, поэтому он успел узнать у мальчишки не только кто он и что здесь делает, но и всю историю его жизни, пусть и невеликую, но насыщенную событиями.

Второй не знал, была ли жизнь их родного Остикуса столь драматична или же это особенность здешнего мира, но очень хотел проверить это по возвращении. Чувствовал он себя вполне сносно, поэтому в возвращение верилось. Хотя от истории про яд, от которого никто не выживал, все еще было слегка не по себе.

Также Остикус рассказал, что вылечил его Рейн довольно странным способом. Узнав подробности, Второй не обрадовался — он слишком хорошо помнил, чем обернулась подобная жертва в предыдущий раз. И пусть сейчас Рейн вновь обрел тело, выглядел он не очень — лицо бледное, под глазами круги. Второй надеялся, что это от усталости, однако что-то говорило ему, что причина в другом — в прошлый раз залечить потревоженный шрам Рейну не удалось. Второй хорошо запомнил его «бесполезно» и понял, что тот знал о последствиях, вот только не понял, зачем Рейн пошел на такую жертву.

До той поры, пока не услышал сказанное во сне (конечно же, он соврал, что ничего не разобрал, и даже догадался, с кем Рейн разговаривал). Вот только почему тот не захотел ничего рассказывать? Догадка у Второго была, проверять ее он не торопился, потому что важнее было выполнить то, зачем они пришли в этот мир. И вовремя вернуться назад, поскольку Второй понятия не имел, что произойдет с Рейном, если его нынешнее тело умрет.

Второй был уверен — все люди в иных мирах попадаются на пути не случайно. Нынешняя версия Остикуса тоже для них важна, а значит нужно помочь мальчишке вернуться домой.

Причина, по которой Ос покинул дом, была глупой.

— Представляешь, они сбежали из вредности, — рассказал Второй Рейну, — старейшина не выпускал детей из деревни, а эти герои решили, что уже не дети, запросто могут прогуляться до границы королевства. И заблудились.

— Ничего мы не заблудились, — сердито произнес Ос, выходя на поляну. В руках он держал большой лист, на котором горкой лежали ягоды. — На нас напали. И притащили сюда... Чего ты так на меня уставился?

«Не на тебя», — хотел сказать Рейн, но отец, стоящий позади Оса, поднес палец к губам.

Рейн глянул на Второго — тот с интересом смотрел на ягоды. Ос, обернувшись, поднял упавшую, и Рейн понял, что отца видит только он сам.

— А где мы вообще находимся? — отворачиваясь, спросил Рейн.

— Понятия не имею, — Ос уселся рядом, положив лист с ягодами на траву. – Ешьте, если надо, я потом еще соберу, там много.

— Похоже, что в этом мире лесной народ живет еще более уединенно, чем в нашем, — сказал Второй и закинул ягоду к себе в рот. — М-м, а ничего, вкусно.

Рейн тоже отказываться не стал.

— Время, — напомнил он. — Если Ос еще мне вырос, то отец ему еще не встретился, — и невольно посмотрел туда, где стоял невидимый остальными Ульрих.

— Вы о чем? — спросил мальчишка.

— Да понимаешь... — Второй взял еще несколько ягод, — в нашем мире лесной народ перестал трястись за свое уединение после того, как наш отец, случайно познакомился с вашим вождем. Звали этого вождя также как и тебя — Остикус. И мы с Рейном подозреваем, что это ты и есть, только во взрослом возрасте. Конечно, все миры разные. Возможно, история в вашем мире пойдет совсем по-другому, но вероятность повторения довольно высока.

— То есть я, когда вырасту, встречу вашего отца и... Что произойдет дальше?

— В нашем мире было так: наш отец женился на дочери Остикуса, вождя лесного народа, в результате появились мы, — все это Рейн произнес, глядя в глаза отцу, по-прежнему стоящему позади мальчишки. Тот слегка поморщился.

— То есть, я стану вождем? — брови Оса взметнулись вверх. — Я?!

— А что тебя так удивляет? — спросил Второй.

Мальчишка опустил взгляд.

— Ну-у… я сбежал, ослушался отца и не смог защитить друзей. Такие вождями не становятся.

— Жизнь — штука непредсказуемая, — философски заметил Рейн. — Вот я всю жизнь прожил в Запретном лесу, считая себя совершенно незначительным человеком. А потом выяснилось, что я, оказывается, наследный принц, а отец мой — король. И что у меня есть сестра. И еще — он, — Рейн кивнул на Второго.

— А разве Ранмар тебе не брат? — удивился Ос.

Рейн напрягся — к этому имени в приложении ко Второму он так и не привык.

— Нет, — произнес он, буравя взглядом пространство над головой Оса, — Он — это я. А я — это он.

— Точней и не скажешь, — улыбнулся Второй. Рейн заметил, что он смотрит туда же.

— Как это? — удивился Ос.

— Сложно объяснить в двух словах, — произнес Рейн. — Ты слышал, что душу можно разделить на две части — на живую и мертвую?

— Нет. А зачем?

— Затем, чтобы человек остался жив, — вмешался в разговор Ульрих. Никто кроме Рейна его, конечно же, не услышал.

— Иногда это единственный способ сохранить человеку жизнь, — повторил его мысль Второй, вызвав недоуменный взгляд отца.