Двое с Исторического факультета

Эпилог.

Они стояли рядом, но не близко. Ровно на том расстоянии, на каком могли держаться люди, на дух не переносящие друг друга, но вышедшие из одной аудитории и собирающиеся спуститься по одной и той же лестнице. Вот, только лестницы не наблюдалось. Перед Федей Дугиным и Лизой Фёдоровой зиял ужасающий провал, подходить к краю которого - чтобы рассмотреть оставшуюся от лестницы груду бетона далеко внизу - категорически не хотелось. Мотнув головой, словно стряхивая остатки липкого дурного сна, Федя поспешно наклонился к валявшейся у ног сумке, и, достав телефон, застыл, в изумлении глядя на экран.

- Похоже, что в нашем мире не прошло и одной минуты, - сказал он наконец и, протянув руку, неуверенно коснулся лица девушки, словно опасаясь, что их чувства развеются, как магия чужого мира.

Лиза робко улыбнулась:

- Значит, нас не искали?

Федя помотал головой.

- Я даже рассказать не могу никому! Никто не поверит! - с каким-то детским восторгом воскликнула Лиза.

- Не надо рассказывать: ещё признают невменяемой и запретят в брак вступать. А я не представляю, как буду просыпаться, не отплёвываясь потом полчаса от твоих волос.

- Ты уверен, что это звучит романтично? - попыталась пошутить девушка.

- Я серьёзно, - сказал Федя, игнорируя насмешливый вопрос.

- Ты что?! Знаешь, что подумает моя мама??!

- Предполагаю. Она себе такого навоображает, что после этого должна будет счесть меня сознательным и ответственным молодым человеком, который не убегает от последствий своих поступков.

- Федя! Это так не делается. Люди должны хорошо узнать друг друга...

- Я это слушаю с самого рождения. Мой папа сделал моей маме предложение на следующее утро после знакомства. Они всегда боялись, что я неудачно повторю их удачный опыт.

- Не всем может так повезти.

- А это и не везение, вернее не только оно. Мама нам как-то призналась, что просто из кожи вон лезла, прилагала все силы, чтобы муж ни на минуту не пожалел о скоропалительном браке... Потому что боялась оказаться неудачницей в глазах родных и друзей. А папа ответил, что думал точно так же: надо делать всё, чтобы жена не сбежала через пару месяцев после свадьбы, выставив его круглым идиотом. Бережно оберегали свою влюблённость и не дали ей угаснуть спустя годы.

Лиза только головой покачала, слушая эти откровения:

- Если ты думаешь, что я соглашусь так сразу...

- А я спрашивать не буду. Просто женюсь и всё, - усмехнулся юноша и, притянув девушку к себе, одарил её жарким поцелуем - таким, после которого спорить уже не получается.

Где-то в конце коридора раздался грохот. Валерий Михайлович, выходивший из кабинета с большой стопкой каких-то бумаг, уронил их себе под ноги и даже этого не заметил, во все глаза глядя на студентов, которые несколько минут назад мечтали придушить друг друга, а теперь самозабвенно целуются. Бедный Валерий Михайлович, это он ещё обрушившуюся лестницу не видел...