Двое в доме, не считая комода - 2

Глава 7

Перешагнув порог, Вера зажмурилась и прислонилась спиной к двери. Нужно было привести растрепанные чувства в порядок, чтобы преподнести комоду случившееся в нужном ключе. Чувства действительно были растрепанными, как соседские дети во время уличных игр. Они, чувства, а не дети, с улюлюканьем и визгами носились в сердце у Веры. В основном побеждала перехватывающая дыхание радость, но и где-то там присутствовало и полнейшее непонимание, что, собственно, делать дальше. 

— Комодик, у меня потрясающие новости! — Вера завозилась в коридоре, стряхивая сапожки и разматывая шарф. — Случилось то, чего  ты так долго ждал и трепетал в предвкушении!

В глубине дома послышался слабый скрежет, потом - ленивый цокот ножек. Настолько ленивый, что Вера успела добраться до дивана и раскинуться на нем с блаженной улыбкой на лице, и только потом в дверях показался обладатель этих самых ножек, вялый и сонный. Концы клетчатого пледа, обернутого вокруг него, исчезали внутри закрытых ящичков. Вера хмыкнула, сраженная такой изобретательностью. 

— Ну что ты шумишь с утра? — комодик поежился и бросил взгляд на камин - почти потухший огонь вспыхнул там с новой силой. — Что случилось?

— Говорю, что случилось то, отчего ты так долго трепетал в предвкушении, —  повторила Вера с улыбкой. 

— Ты купила ту мастику, которую мы видели в каталоге? С блестками, на пчелином воске?! Спасибо! Спасибо!

Комод подскочил и начал тереться о Верины ноги, урча, как довольный кот. Вера провела рукой по крышке.

— Ну вот, испортил праздничный сюрприз, —  она дождалась, пока до комодика дойдет смысл сказанного: — Нет, я не скажу где она! Потерпи еще недельку. А вообще, —  она улыбнулась еще шире, —  Аладар сделал мне предложение!

Комодик так и замер, уткнувшись в ее колени. Даже сквозь толстую ткань пледа Вера почувствовала, как у него дрожат ручки от ящиков. 

— Так я и знал, —  комод плюхнулся на пол, раскинув ножки в разные стороны и с настойчивыми Эвиными интонациями добавил: — Вера, ты должна, ты просто обязана все мне рассказать!

— То есть, как вы не решили, где жить? — спросил комодик полчаса и два эклера спустя.

Вера пожала плечами, щурясь на холодное зимнее солнце за окном кухни. 

Вчера, допив игристое, они с Аладаром сразу же перешли к вопросам организации свадьбы. А потом Вера вдруг вспомнила, что еще не рассказала жениху о своем появлении в этом мире, и все остальные вопросы смело бурной волной переживаний.

Она не фон Стерлих, и вообще не имеет дворянского происхождения. Когда Аладар об этом узнает, захочет ли он жениться на ней? 

“А ведь можно и промолчать, —  подсказал внутренний голос, —  тогда вообще никаких проблем не будет.”

“Будут, — мысленно зашипела на него Вера. — Рано или поздно он захочет познакомиться с родственниками. А даже если не захочет - как я сама буду с этим жить?”

“Маленькая ложь во благо, —  вкрадчиво добавил внутренний голос. —  Даже не ложь, а молчание.”

Но Вера задушила голос твердой рукой и вовлекла Аладара в обсуждение свадебных блюд. Она оживленно болтала весь вечер, перескакивая с одной темы на другую. Пожалуй, слишком уж оживленно: Аладар странно поглядывал на нее, но неудобных вопросов не задавал. Если и подозревал что-то, наверняка списал необычное верино поведение на предсвадебный мандраж. 

Задумчиво водя пальцами по его ладоням, Вера размышляла, что обязательно, всенепременно расскажет ему правду. Но не сегодня. Ей очень не хотелось портить такой замечательный вечер. 

— Нет, ты скажи, скажи! — вырвал ее из размышлений комодик. — Какие вообще могут быть вопросы? Вы будете жить здесь!

— А Аладоров дом где поселим, в гардеробной? — вздохнула Вера. —  Его тоже бросать нельзя. Он долго пустовал, и только недавно пришел в себя. Да ты не переживай! — Вера подняла руки в ответ на рассерженный писк. — Как-нибудь разберемся.

— В смысле?! — комод воинственно захлопал ящичками. — Не как-нибудь, а здесь! Вера! — его голос скатился в тревожный шепот: —  Вот ты беспокоишься о доме Аладара, а как же наш дом? Это я от сводящей с ума тоски поперся в чужой мир искать тебя! Это я был твоим верным помощником, когда тебе нужно было обживаться в новой реальности! Кто твой самый лучший друг, в конце концов? Ты что… — он понуро опустил крышку, — бросишь нас, да?

Вера оторопело смотрела на него, не находя слов. 

— Запрещенный прием, — наконец сказала она, поджав губы и сложив руки на груди. 

Не поднимая крышки, комодик вздрогнул. И тут же в серванте зазвенела посуда, и пол заходил ходуном. 

— Вот так все и заканчивается… — всхлипнул комод под многоголосый аккомпанемент дома. 

Вера еще сильнее поджала губы. Комодик причитал что-то о недолгой дружбе. Когда у него распахнулись все ящички и бережно хранимые богатства посыпались на пол, Верино сердце окончательно дрогнуло. 

— Ну что ты, — сказала она мягко. — Я и сама хочу жить здесь, с тобой. 

Она потянулась погладить комодик, и тот, всхлипнув, подставил крышку под ее руку. 

— Точно хочешь? — голос его немного повеселел.