Двоечница для архимага. Академия запрещённой магии

Глава 16

— И как это возможно? — мрачно спросила я в никуда.

— Спроси у ректора, говорят, он к тебе благоволит, — ответила Беата.

— А что, Хардвик уже не отвечает?

Сказала и прикусила язык, но было поздно.

Слишком много потрясений за один день. Настолько, что я начала бросаться на безвинных людей.

Впрочем, Беата не удивилась. И даже не стала задавать глупых вопросов. Только хмыкнула и неопределённо пожала плечами.

— Прости, — выдохнула я, а потом запустила руку в волосы. — Сама не знаю, что со мной. Точнее, знаю… а здесь ещё этот бесов список!

Беата поправила сумку на плече, развернулась и не спеша направилась в столовую. Понимая это как приглашение, я поравнялась с ней.

— Нужна помощь?

— С чем? — усмехнулась она. — Со списком или с Хардвиком?

— Хоть с домашкой, — вздохнула в ответ. — Не переживай, я никому ничего не скажу. Я и сейчас не собиралась, просто вырвалось.

— Да брось, — вдруг улыбнулась Беата. — Кто-то да заметит и без твоей помощи.

— А есть что замечать?

Потому что, как по мне, никаких отношений между Беатой и профессором Хардвиком не существовало. И не будь того подслушанного разговора, я бы никогда не догадалась, что между ними что-то происходит.

— А бесы его знают. Давай не будем об этом. Тем более, сплетен вокруг хватает и так.

О да! С этим глупо спорить. Ведь стоило нам переступить порог столовой, как в ней установилась мёртвая тишина. Сотни пар глаз смотрели на нас обеих: не верящие, неприязненные, завистливые, откровенно злые. Впрочем, на меня смотрели всё-таки больше.

И самое смешное, что я не желала знать почему.

Не потому же, что моё имя оказалось там, где ему быть не следовало ни по каким правилам и законам.

Не сговариваясь, мы задержались в дверях, дав возможность сироткам привыкнуть к нашему присутствию и, заодно, насмотреться вдоволь. А потом направились к столам раздачи, слыша, как с каждым шагом нарастает шёпот вокруг.

И только когда мы устроились за самым дальним, полусломанным столом, продолжили начатый разговор.

— Скорее, я могу помочь тебе, — вдруг криво улыбнулась Беата.

Она поставила свой поднос с рагу, явно несвежей капустой и полуразбавленным отваром напротив моего, перекинула ногу через шатающуюся деревянную скамью и села.

— Мне? У меня всё в порядке.

Осталось убрать из голоса этот преувеличенно бодрый тон, который доказывал обратное. С другой стороны — если под лопаткой у меня действительно найдётся метка истинности, то никакая Беата мне не поможет. Вообще, ничего не поможет.

От одной только мысли по рукам и позвоночнику побежали мурашки. А стоило вспомнить навязанный поцелуй, как пальцы невольно коснулись губ.

Поймав взгляд Беаты, отдёрнула руку и для верности зажала обе между коленей.

— В порядке, — кивнула Беата. — Как скажешь.

И как ни в чём не бывало начала есть.

А я столкнулась с презрительным взглядом третьекурсницы, которой чисто случайно недавно помогла с ритуалами, с ненавидящим совсем малышки — вряд ли старше первого курса и с заинтересованными парней разного возраста.

— А что происходит?

Я перевела взгляд на Беату.

— Ничего необычного. Просто все в академии уверились в том, что вы с ректором Северном…

— Бесы! Они рехнулись, что ли? — прошипела я, склоняясь ниже.

На что Беата только пожала плечами.

— Очень может быть. Однако обновлённый список выглядит слишком уж наглядным.

— Но причём здесь… подожди. А ты? Тоже с ректором? Раз вторая в списке.

Противная мысль вдруг уколола под сердцем. Миа, которая отказывалась общаться со мной последние несколько часов, ощерилась в стороны Беаты.

— Ну, — она показательно рассматривала кусочек мяса на ложке, — меня не селили на отдельный этаж, из моих комнат не выходил ректор и он же не проявлял ко мне явный интерес.

— Когда это он ко мне проявлял? — возмутилась.

А потом вспомнила все наши стычки, которые мой мозг меньше всего характеризовал как интерес. Скорее, как враждебность, наглость и вредность.

Твоя дверь не пропустит яды, магию изнанки, зловредные заклинания и мужчин.

Каппель, ещё раз увижу рядом с Макклири, соберёте вещи и на выход. И не факт, что вас потом найдут.

Вот только в свете новой информации фразы Карсера обрастали совсем другими смыслами.

Но… это ведь предательство. Если между нами действительно какая-то истинность, то поступок принца с изменением списка выглядел подло и грязно.

Или и ему проще принудить меня, чем… что?

Ухаживать? Защищать?

Очнись! Это — Палач! Жесточайший дракон в империи. И вряд ли в нём шевельнётся хоть что-то, даже если меня отправят на плаху, а не просто к императору принудительно избавляться от магии.

А я… я уже придумала себе всякого. Увы, но факт. И расположенная к чёрному дракону Миа только подстёгивала во мне это нечто.

А теперь, пожалуйста, вся академия считает, будто я пробила себе место в пятёрке и совсем не умом.

Бесы и все их предки!

И что теперь делать?

Читать. Много и с толком. Изучать историю Риота, искать способ обойтись без магической жертвы императору… и сделать всё, чтобы разорвать эту связь, будь она хоть трижды истинной!

И как можно меньше, лучше вообще никак не видеться с Карсером!

— Макклири, — раздался голос, заставляя меня вздрогнуть, — к ректору.