Двойная игра фальшивой графини

Глава 9

В детстве я обожала отцовский кабинет за множество мелких диковинок и безделушек, которые он привозил со всего света.

Но место, где занимался делами мистер Гримхолл, нисколько на него не походило. Солидная тяжёлая мебель, словно с Ливгрейв-стрит мы перенеслись прямиком в Парламент, тёмные оттенки и никаких украшений, кроме трёх карт на стене: города, страны и континента. Я заметила на них булавочные головки, но не смогла понять, что именно отмечено.

В дверце застеклённого шкафа шевельнулось бесформенное отражение: это я, закутанная в плед, словно гусеница в кокон, потянулась к чашке. Вид был нелепый, но мистер Гримхолл настоял. Сам он расположился в кресле напротив.

— Ты умная девушка, Рора, так что наверняка заметила, как сильно изменился город за последние годы. Конечно, вряд ли ты помнишь его расцвет, но ситуация ухудшается так быстро, что и пяти лет достаточно для выводов. Порт превратился в рассадник банд, вонь фабрик и алхимических мастерских можно учуять даже в респектабельных районах, контрабанда заражает прилавки. Пока ростовщики жгут дома должников, градоправители превратили взяточничество в подобие спорта. — Он раздражённо пробарабанил по подлокотнику. — Пару лет назад я решил, что как представитель старинной фамилии не имею морального права и дальше закрывать на это глаза. У меня были идеи и решимость продвигать их, потому я решил оставить свою безмятежную жизнь ради нервной карьеры в политике. Но кое-кому это не понравилось.

— Градоправителям?

— И им тоже, — поощрительно кивнул он. — Но они лишь мелкие пешки в большой игре, муравьи вокруг кусочка сахара. А шахматисты сидят много выше. Мои проекты, вынесенные на обсуждение в Палате общин, очень не понравились одному из советников премьер-министра. Он сделал всё, чтобы развалить их. И с тех пор преследует меня с целью навсегда выдавить из общественной жизни страны. Любой ценой.

То, как прозвучала в его устах последняя фраза, заставило меня поёжиться. У нападавших были камни. Но что, если бы они достали ножи?..

— Неужели его нельзя призвать к ответу? Даже если он влиятельный, то ведь не безгрешный.

Мистер Гримхолл кивнул. Ему явно понравились эти слова.

— Не безгрешный. Но ты недооцениваешь силу влияния. Имя этого человека — Виктор Вессегард. Молодой, наглый, и уже сделал головокружительную карьеру по протекции премьер-министра. Вроде бы они в родстве, если мне не изменяет память.

— Понятно, — скривилась я. — Родился с золотой ложкой и превратил её в дубину.

— Мне бы хотелось сказать, что дело только в этом, но не хочу кривить душой. Только не перед тобой. Вессегард умеет нравиться людям — незаменимое качество для политика. Он подмечает их слабости, знает вкусы и склонности, легко находит ниточки, за которые можно дёрнуть. Город наводнён его людьми, повсюду глаза и уши. Потому я и привёл тебя в «Золотую маску», где можно скрыть лицо без лишних подозрений.

— И потому загорелись идеей сменить мне имя? — улыбнулась я, тронутая этим признанием.

Он, однако, помрачнел:

— Так я хотел поступить ранее. Но теперь планы изменились. Полагаю, Вессегард узнал, что я не намерен сидеть сложа руки. Сегодняшнее нападение было предупреждением. И раз он открыто перешёл черту, у меня нет иного выхода, кроме как дать отпор. — Мистер Гримхолл выпрямился в кресле. Я любовалась, в его осанке было что-то от воинственных королей прошлого. Легко представить, как он взмахом руки отправляет целое войско штурмовать крепость. — Сейчас, в сравнении с ним, я слеп и глух. Мне понадобится свой человек в его ближнем круге, чтобы добывать сведения о дальнейших шагах этого выскочки. Амелия Дальмонт здесь очень пригодится.

Услышав незнакомое имя я растерялась:

— Кто?

— Девушка, что всю свою недолгую жизнь прожила в далёком захолустье и никогда не выезжала дальше соседней деревни. Ты выиграла её документы сегодня, вместе с правом на дом и клочок земли под ним. Как я и думал, Кеммонт отвратительно ведёт дела, даже не разбирал их. Мисс Дальмонт никто не знает здесь, а вся её ближайшая родня давно почила.

— Но остаётся барон Кеммонт. Живее всех живых.

— После сегодняшнего его ждёт либо долговая тюрьма, либо путешествие далеко за море, чтобы её избежать. Ты заметила, каким нервным он стал с середины партии? Прошёл слушок, что в заведение вот-вот нагрянут его кредиторы. Так что разоблачения со стороны барона можно не опасаться. Моя доверенная персона для всех будет просто новым лицом.

Я оторвалась от чашки и удивлённо вскинула голову.

— Но я думала…

— Что я пошлю тебя шпионить за Вессегардом? Бог мой, разумеется нет! — Мистер Гримхолл пощипал переносицу. — Не представляю, как тебе такое в голову пришло. Чтобы я так сильно рисковал тобою? Одно дело карты, где тебе не грозит ничего страшнее, чем проиграть немного моих денег. Но это — уже совсем другое. Это правда опасно, Рора. Ты не будешь в этом участвовать, не волнуйся.

Признаться, меня задел его тон. Опять он проводил черту, за которой была вся его жизнь, с её сложностями и целями. А я стояла по другую сторону. В отведённой для встреч беседке, в которую он однажды перестанет заглядывать.

— И что же это за доверенная персона? — спросила я холодно. — Может быть, её имя… Хм… Изобель?

Он поднял брови:

— Откуда ты… А, верно. Болтун Джеррик. Не ожидал, что ты так внимательна к его словам.

— Я внимательна ко всему.

— Нет, не Изобель. Женщина, к которой я собираюсь обратиться, уже зарекомендовала себя не худшим образом. Особа весьма осторожная, так что можно не бояться, что она скомпрометирует себя или меня. Жаль только… Нет, не важно. Как говорил Робиньяк: «лучшее — враг хорошему».

Его секундные колебания раззадорили меня, заставили поверить, что в его плане есть огрехи.

— Скажите.

— М?

— Скажите, что не так с вашей осторожной особой.

— Именно это, — мистер Грихолл с сожалением поджал губы. — Нельзя узнать слишком много, если не сунуть нос достаточно далеко. Я бы предпочёл, чтобы она чувствовала момент, когда риск оправдан, а не отсиживалась на безопасном расстоянии. Но выбирать не приходится…