Двойная сплошная

Глава 16.

Уже спустя пару минут я оказалась на улице, по пути столкнувшись с парочкой человек, направлявшихся в клуб. Одним из них был тот смолящий возле входа парень, желавший отведать меня на обед. Он даже было пошел за мной, но когда заметил, как я забежала за угол и наклонилась над землей с явным намерением выплеснуть наружу все, что было съедено и выпито за этот вечер, решил ретироваться и все же меня не трогать. А я в свою очередь продолжила стоять, опершись руками на колени и жадно ловя ртом воздух. Спазмы в желудке все больше нарастали, а сердце билось так бешено, что мне казалось, будто оно сейчас убежит вслед за тем парнем.

Позади меня раздавались чьи-то шаги, и в мой адрес летели какие-то шуточки, которые прекратились в тот момент, как меня все же вывернуло наизнанку. Тогда я услышала лишь знакомый звук, выражающий крайнюю степень отвращения, и перестала окончательно воспринимать реальность. Меня волновало только то, что ладони стали совсем уж ледяными, меня трясло как последнего невротика, а желудок подкидывал яркие напоминания о своей невосприимчивости к спиртному. Ему явно не нравилось, что хозяйка так беспечно относилась к своему здоровью. И как в этот момент мне могло стать еще хуже, я уже не знала.

Когда извергать моим внутренностям стало нечего, меня начал бить жуткий озноб, а на плечи навалилась ужасная слабость. Я осела прямо на голую землю возле грязной кирпичной стены, и облокотилась на нее спиной. Прижавшись затылком к прохладной поверхности, я закрыла глаза, и стала считать до десяти в надежде на то, что скоро меня отпустит.

«Чтобы я еще хоть раз в жизни решила напиться… да ни за что».

Продолжая глотать ртом воздух, я вспоминала все, что только что произошло, и думала, что это, наверное, самый ненормальный из всех Виленкиных дней рождения. Мне захотелось достать свой телефон и позвонить девчонкам, чтобы узнать, где они, но я быстро поняла, что сумочка вместе с наличностью и мобильником осталась лежать на барной стойке, которую я слишком стремительно покинула. Оставалось только надеяться на то, что Костя – парень порядочный и отдаст ее мне без особых проблем.

А еще мне очень хотелось спать, но делать это, сидя возле стены клуба, желания не было. Поэтому приходилось держаться и заставлять свой мозг работать, решая, что мне теперь делать дальше.

Рома остался один на один с окружавшей его толпой, и не думавшей останавливаться в эту ночь. Он стоял и смотрел прямо перед собой, туда, где только что в его руках была Нелли. Эта девчонка смогла его очень сильно удивить своим порывом и этим откровенным танцем. Он смог заметить, что в отличие от той же Розы, Нелли не раздражала его своими прикосновениями. Ему хотелось держать ее в своих руках, всем телом ощущала ее хрупкость и нежность. А еще ему действительно хотелось поцеловать ее. Прижать как можно крепче, и очень жестко поцеловать. Сдержаться он бы не смог. У нее слишком хорошо получилось завести его в эту ночь. И теперь этот несостоявшийся поцелуй горел на его губах, словно клеймо. Она, как и большинство девчонок, поманила перед его носом пальчиком и нагло сбежала. Как будто бы он был нелепым мальчишкой, который любит играть в салочки.

Постаравшись снять свое наваждение, Рома перевел глаза туда, где еще пару минут назад сидела девчонка в окружении незнакомых ему мужчин. Первым порывом стало желание хорошенько вмазать им за то, что смели приставать к девушке, но он сдержался. Не стал ничего с ними делать.

Пока не стал.

Еще раз взглянув на барную стойку, он заметил одиноко лежащую там маленькую сумочку. Кажется, он уже видел ее в руках Нелли этой ночью. Значит, эта пьянчужка ее забыла. А вместе с ней наверняка и целое свое состояние.

Недолго думая, Аморский вернулся туда, где весело беседуя о чем-то, сидели все те же два взрослых мужчины с опустошенными рюмками в руках.

- О, парень. А ты хорош, - заявил один из них, более пьяный на вид. – И девчонка твоя, что надо. Мы ваш танец вценили.

«Только это вам теперь и остается», - подумал Рома, хватая со стойки маленькую сумочку-клатч.

- Слышь, парень, мы это, извиняемся! Не знали, что девочка занята, – прокричал вдогонку второй. Тот, чьи руки Роме особенно сильно хотелось сейчас оторвать.

Но вопреки обжигающему изнутри желанию Аморский даже не обернулся. Он только несколько раз сжал руку в кулак и громко выдохнул. Он не знал, что бесило его во всем этом больше: то, что эти двое пытались облапать Нелли или то, что занята она была вовсе не им. На месте ее парня он бы не оставил ее сидеть у бара в одиночестве. Он бы не сводил с нее глаз, даже если бы она сказала, что больше не хочет его видеть. Становиться рыцарем Роме было уже поздно, но постараться остаться в своих глазах настоящим мужчиной он все еще мог. И делал это так, как умел.

Из клуба в поисках девчонки парень выскочил спустя минут пять. Он замотал головой из стороны в сторону, не зная, куда белокурая бестия могла деться и докуда ее могли донести ее непослушные от алкоголя ноги.

«Надеюсь, она еще не успела вляпаться в очередные неприятности», - подумал Рома, чувствуя как раздражение распространяется по телу все больше.

Решение свернуть направо оказалось верным. Нелли сидела около стены прямо за углом. Ее тело заметно потряхивало, и она, пытаясь хоть как-то унять свои пальцы, теребила их, держа перед собой, положив запястья на колени. Глаза ее были закрыты, а веки трепетали как крылья бабочки. Похоже, ей было реально фигово. И характерная лужица, растекшаяся неподалеку возле дерева, служила тому подтверждением. От этого парню на удивление стало немного легче. Значит, она сбежала не от него. Она просто слишком много выпила. Наверняка не умела пить, как следует, а уже решила взяться за стакан. Совсем глупый из нее выходил Одуванчик. Хотя именно такими они, скорее всего, и бывали.