Двойная сплошная

Глава 31.

Этой ночью мне впервые снился Рома Аморский. Мы с ним сидели друг напротив друга, поджав ноги по-турецки, посреди пустой загородной трассы по обе стороны от двойной сплошной линии разметки. В его руках было два небольших хрустальных шарика. Белый и черный. И он протягивал их мне на своих раскрытых ладонях.

- Что это? – спросила я у него.

Парень улыбнулся. Тепло. Так, как мне нравится.

- Выбирай.

Я в непонимании осмотрела оба шара, занимавших его руки.

- Зачем? Может, объяснишь?

Сосед продолжал улыбаться, чуть опустив взгляд вниз. Выглядел он так мило, что захотелось протянуть руку и коснуться его. Понять, какая на ощупь его кожа и могут ли быть послушными его волосы, постоянно находящиеся в беспорядке. Но делать этого я естественно не стала. Побоялась.

- Не думай ни о чем. Просто выбирай, - тихо произнес он, чуть выдвигая вперед руку со смолисто-черным шаром.

- От этого что-то зависит?

Парень кивнул.

- Выбирай.

- А если я не хочу этого делать?

- Так больше не может продолжаться. Тебе нужно сделать выбор. Тогда станет проще.

Чтобы немного оттянуть время, я начала озираться. Дорога, на которой мы находились, была мне знакома. Она шла через густой лес и уходила куда-то вниз. Похоже на тот путь, которым мы с семьей раньше ездили в деревню к моей бабушке. Если спуститься по склону чуть ниже, то покажется развязка с очень красивым видом на чистое поле, где почему-то никогда ничего не росло, кроме невысокой травы и одуванчиков. Там же, на этом перепутье, можно было свернуть в противоположную от бабушкиной деревни сторону и вновь взобраться уже на другую сопку. Гораздо более высокую, но менее пугающую своими ветвистыми елями и соснами. Там, на самой ее вершине стояли одинокие стол и лавочка, которые когда-то давно построил мой отец. Время от времени он привозил нас туда на пикник. Об этом месте знали немногие, так что там мы всегда были одни, и могли свысока любоваться красотами своего края. Все мое детство, можно сказать, прошло именно в поездках по этой трассе. Правда, почему-то вот уже несколько лет мы там не бывали, позабыв о том, как уютно и спокойно бывало вдали от посторонних людей.

- Нелли, - позвал меня Рома очень ласково.

Я обернулась лицом к нему. Он умоляюще глядел на меня, продолжая протягивать шарики.

- Объясни, - потребовала я еще раз.

Аморский вдруг печально опустил оба шара на землю, вытянул левую руку и прислонил свою горячую ладонь к моей щеке. Где-то в районе солнечного сплетения стало теплеть. Обжигающую магму тоненькой струйкой пустили по венам.

Такая реакция на чье-то прикосновение была для меня в новинку, а потому я закрыла глаза, стараясь ее запомнить.

- Так надо, Нелли. Просто возьми один из них. Не анализируй. Не ищи причины. Выбирай.

Да зачем ему это нужно и почему теплая ладонь так быстро соскользнула с моего лица? Пусть вернет на место. Я еще не все запомнила.

- Хорошо, - несколько раздраженно ответила я. – Раз тебе так хочется.

Парень поднял оба шара с асфальта, и вновь протянул их мне на раскрытых ладонях.

- Пусть твоя душа примет правильное решение, - прошептал он.

Я осмотрела оба шара, и тоже вытянула руку вперед. Мне хотелось взять черный. Он казался мне таким привлекательным. Гладким и блестящим. Меня тянуло к нему. Но потом я взглянула и на белый. Он выглядел холодным и матовым. Но будто бы более привычным. Знакомым. Мои глаза стали метаться от одного к другому в поисках нужного ответа.

- У нас мало времени, - резко произнес Рома, и мне пришлось спешно сделать свой выбор.

Я схватила белый шар, и ощутила его холодную тяжесть в ладони. Подняв глаза туда, где еще секунду назад сидел мой знакомый, поняла, что он исчез. Я осталась сидеть посреди дороги совсем одна.

Поднялся жуткий ветер. С неба, мгновенно сменившего краски, полилась сплошная стена дождя. Вода стекала по лицу так, что мне казалось, будто кто-то лижет меня, оставляя свои мокрые следы на моих щеках.

Разбудил меня очень громкий собачий лай. А еще теплый слюнявый язык, который вылизывал меня, словно свое родное дитя. Джефри сидел возле моей кровати, закинув лапы на мою чистую постель и тянул ко мне свою наглую морду.

- Фу, Джефри, фу, - взбрыкнула я, как только поняла в чем дело. Наскоро вытерев лицо рукавом пижамы, оттолкнула пса подальше от себя. – Да отстань ты от меня, - попыталась я убрать со своей кровати собачьи лапы.

Я все еще не могла смириться с тем, что забота о Джефри теперь легла на мои плечи. Артура оставили в больнице еще как минимум на неделю.

- Кто тебя сюда впустил? – спросила я. Взглянув на открытую нараспашку дверь, поняла, что это был кто-то из родителей. Джеф, каким бы он ни был находчивым, пока не додумался до того, чтобы тянуться к ручкам, открывая запертые двери. Его оружием был скулёж, на который жаловались все соседи, но никак не вскрытие замков.

«И вас с добрым утром», - недовольно подумала я, поднимаясь с кровати, но тут же падая обратно. Довольный моим пробуждением пес радостно закинул мне на плечи свои массивные лапы, снова сбивая с ног.