Двойная жизнь

Глава 5

«Уэмбли» поражал своим величием в прямом и переносном смысле: крупнейший и старейший стадион Англии невольно внушал уважение. Сердце Гермионы затрепетало при виде легендарных белых башен, возвышающихся над центральной трибуной. На протяжении нескольких десятилетий они первыми приветствовали и простых посетителей, вроде неё, и членов королевской семьи. Возможно, сегодняшний приём будет для «близнецов» последним: недавно обнародовали план нового «Уэмбли», а старый снесут в ближайшие месяцы. Его уже даже закрыли, так что одному Мерлину известно, каким образом у Малфоя вышло получить разрешение на проведение здесь концерта.

В очень символичную ночь кануна Всех Святых «Уэмбли» станет местом, где на несколько часов грань между двумя мирами сотрётся.

Гермиона глубоко вдохнула, отгоняя от себя начинающийся мандраж перед ответственной миссией, и протянула свой билет стоящему на входе контролёру. Сегодня на ней не было маскирующих чар: смысла в них не осталось. Все маски были сброшены. Кроме одной, которая, как надеялась Гермиона, так и останется нетронутой. По крайней мере, она здесь находилась именно для этого.

Получив свой браслет в фанзону, Гермиона закуталась в свою совершенно не согревающую кожанку – единственное, что она накинула поверх короткого клетчатого платья, – и направилась вверх по лестнице вместе с остальными фанатами, многие из которых бежали, чуть ли не спотыкаясь, и толкали друг друга. Охранники призывали всех не нестись, но их, разумеется, никто не слушал.

Гермиона прошла совсем короткий коридор, после чего перед ней открылся вид на стадион, где вместо зелёного газона были уложены металлические плиты. Возле сцены уже толпилось немало людей, поэтому она, торопливо спустившись по лестнице с обратной стороны ворот, ускорила шаг.

Люди стекались внутрь стремительно и со всех сторон: за каких-то полчаса стадион уже казался практически заполненным. Гермиона покрутила головой по сторонам и ей почудилось, что неподалёку мелькнула рыжая макушка Рона. В любом случае, и он, и Гарри, да и все остальные авроры точно были уже здесь.

Сцена, к которой Гермиона очутилась куда ближе, чем поначалу ей показалось, была скрыта за огромным натянутым брезентом с логотипом «Потомков Мерлина». В принципе, при желании она смогла бы даже подойти ещё ближе во время любого мошпита и запечатлеть нужные ей моменты на припрятанный в безразмерном клатче колдограф.

Концерт начался минута в минуту. Уже достаточно стемнело, поэтому, когда разом отключились все прожектора, стадион на время погрузился в кромешную тьму. Раздался гулкий удар в бас-бочку, а с ним вспыхнули софиты и задний свет на сцене. Барабаны играли незатейливый, но вместе с тем гипнотизирующий бит, который акцентировался точными ритмичными вспышками света. Следом прохладный ночной воздух прорезал дребезжащий звук гитары, и полотнище тут же опало, явив за собой стоящих на сцене музыкантов. Подключился басист, обыгрывая довольно простые рифы затейливым и немного свингующим арпеджио. Толпа взревела, приветствуя своих любимцев, а те, словно не замечая, сосредоточенно продолжали играть и наращивать темп. Ритм становился всё более рваным, вступление двигалось к своему логическому завершению, пока барабанщик не выдал зубодробительную сбивку, после которой вспыхнули вырвавшиеся на секунду из-под сцены языки пламени, и музыканты исчезли.

По стадиону прокатилась волна изумлённых и восхищённых вздохов. Гермиона нащупала внутри клатча палочку. В целом, даже со своей позиции она видела, что за секунду до исчезновения пламени музыканты резко уехали под сцену, но реакция авроров могла быть непредсказуемой.

Ничего не происходило минуты две, как снова вспыхнули огни, но не пиротехника: на небольшом расстоянии от сцены прямо в воздухе парило несколько голубоватых дрожащих пучков пламени. В динамиках раздалось потрескивание, а после оно сменилось мрачноватым нарастающим гулом.

Гермиона торопливо вытащила наружу колдограф и нажала на кнопку ровно в тот момент, как центральный огонёк вспыхнул ярче, приобретя практически белый цвет, и потух, а на его месте выплыла фигура Малфоя. На его лице красовалась неизменная маска, скрывающая не только его личность, но и эмоции. Правда, только не от неё.

Он шагнул вперёд, и на него упали лучи софитов, осветив его во весь рост: светлая рубашка, заправленная в узкие чёрные брюки, выглядела небрежно наброшенной, но в то же время, расстёгнутая почти до середины, она струилась по крепкой фигуре стильными складками. Фанатки своим восторженным визгом чуть не раскололи «Уэмбли» – а заодно и голову Гермионы – пополам. Хотя она не могла не признать, что Малфой выглядел эффектно, забрав всё внимание себе, из-за чего никто не заметил, как на сцену вернулись остальные музыканты. Это стало понятно лишь в тот момент, когда они заиграли успевшего стать суперхитом «Тролля в подземелье».

Гермиона тряхнула головой, прогоняя наваждение, и нацелила колдограф на таинственные пляшущие огни.

– Похоже на проекцию, – шепнул ей на ухо возникший из ниоткуда Гарри, и Гермиона чуть не выронила камеру из рук.

– Гарри! – раздражённо воскликнула она и тут же переменилась в лице: – Проекцию?

– Эти огни немного рябят, когда кто-то из музыкантов через них проходит, – всё так же на ухо пояснил Гарри: музыка играла довольно громко, и по-другому они бы просто не услышали друг друга. – А ещё, если присмотреться, становится заметным повторяющийся паттерн пламени, чего не может быть в природе.

– Ох, Гарри… – лишь выдохнула Гермиона и, не удержавшись, обняла его. Тот смущённо отвёл взгляд и поправил очки.