Двойная звезда.

Двойная звезда.

Виртуальная панель мигнула, сигнализируя о начале процесса. Теперь от меня ничего не зависит. Аппарат всё сделает сам. Медленно иду между двух прозрачных саркофагов и вижу внутри совершенно одинаковых мужчин. Они не близнецы, но и отпечатки кожи, и анализ крови подтверждают их идентичность с невероятно высокой процентной долей. Чудо генетической науки. И при этом ни один из них не клон другого. Один гений, другой его подопытный кролик. Один - мошенник и злодей, а другой - поплатившийся за свою не прозорливость, учёный. Одного я люблю, а другого так же сильно ненавижу.

Для каждого из нас эта история началась в своё время. Судьбы сплелись воедино пять лет назад. Думала ли я, что случайное знакомство в баре клуба «Полония» выльется в нечто подобное? Конечно – нет! Мы с подружками оказались-то в нём совершенно случайно. Решили отпраздновать окончание пятого курса Высшей Медицинской Школы. Впереди ещё год, и мы самостоятельные врачи. Наша дружная девичья компания, потерявшая своих парней из группы где-то по дороге, влилась в тусовку уже хорошо разогретой. Мы снова что-то пили, танцевали, парили в музыкальных потоках … И я, сколько бы ни пыталась, не могу вспомнить, когда рядом оказался этот блондин, красавец с обложки. Мы слишком много шутили, смеялись, болтали о чём-то. Только теперь я спрашиваю себя: что он во мне нашёл? Неожиданный кавалер не воспользовался даже моим состоянием полной невменяемости и отвёз домой. Причём сомневаюсь, называла ли я ему свой адрес. Тогда такие детали меня не волновали.

Прошло несколько дней, и однажды папа вошёл в демонстрационный зал, где мы с дизайнером подбирали декор для моей новой космической «кареты», как он назвал свой подарок. Оставалось только придать яхте индивидуальность. Именно этим я и занималась. Отца сопровождал элегантный незнакомец: высокий, широкоплечий, с золотыми локонами до плеч. Я его узнала тут же! Возможно, что он и называл себя в первую встречу, только имя выветрилось из дурной головы вместе с алкогольными парами. Но забыть его образ не могла. Теперь же, от пристального взгляда серых глаз, невольно покраснела. Стало ужасно неудобно. Родитель был щепетилен в отношении поведения своей единственной дочери. И даже представить трудно, как бы отнёсся к той гулянке! Не видать бы мне подарочка. Но незнакомец ни одним жестом не выдал меня, только во взгляде плясали озорные чёртики.

- Вот, позволь тебе, Миа,  представить своего нового партнёра по бизнесу, - начал папа с очень довольным видом, - это Роджер Смит. Надеюсь, что вы подружитесь.

- Очень приятно, - пропела я стандартную фразу, выразительно посмотрев на Роджера. Но тот сохранял невозмутимость и всем своим видом изображал радость первой встречи. И благодарности моей не было границ. А может быть, не только благодарности?

Господин Смит стал за мной ухаживать. Огромные букеты безумно дорогих инопланетных цветов, сладости со всех галактик. Театры, клубы, короткие путешествия и развлечения самого разного рода. Наверное, он думал, что воспитание в такой роскоши, какую мог позволить для дочери мультиоктилионер, приучило меня к изнеженным причудам. Поэтому боялся ударить в грязь лицом?  Не знаю, как это выглядело со стороны, а мне было очень приятно. Очень хотелось верить, что меня любят. И что-что, а сводить женщин с ума он, определённо, мог красиво и эффективно. Но мне даже всех этих изощрений соблазнителя было не нужно. Уже с первых шагов потеряла голову и готова была на всё. Только вот этого «всего» тогда ему было не нужно. Нежный поцелуй – это всё на что могла рассчитывать сказочно богатая серая мышка.

Шло время. И вот однажды, отец вызвал меня к себе в кабинет. Такой официоз нисколько не смутил. И я летела туда, как на крыльях. Накануне Роджер сделал мне предложение и обещал по старинному обычаю, который был ещё жив в семьях выходцев с Земли, просить моей руки. Вбежала и наткнулась на злого до побеления родителя.

- Сядь, Миа, - пригвоздил он меня к стулу своим ледяным тоном, - у нас будет очень серьёзный и длинный разговор.  – Тёмный взгляд впился в меня, заставив содрогнуться. – Хочу, чтобы ты знала, я больше не потерплю у себя в доме Роджера Смита. И требую, чтобы ты с ним порвала. – Опора начала уходить у меня из-под ног. - Он не просто оказался подлецом, но ещё и вором, и гнусным шантажистом! Вчера я разорвал все деловые контракты с этим … - хороших слов отец, видимо, не нашёл, но продолжил, - теперь с тобой будет всегда ходить пара моих телохранителей. А до этого недельку посидишь дома…

- Ну, папа! – выкрикнула я. Как ему объяснить, что я люблю его? Как доказать, что Род не может быть плохим человеком? – Он – хороший…

- Этот хороший - прохиндей каких мало! Он… - отца словно прорвало. Он в ярости пытался что-то доказать, донести до ума что-то важное, значительное, предупредить… Только разве я, прибитая новостью, что сказка оказалась совсем не такой, как хочется, слушала? Нет, и ещё раз – нет! Душу раздирала боль и гасила все доводы разума.

Пробормотав одно лишь, ничего не значащее «Хорошо, папочка», бегом бросилась в свою комнату. Что заставило меня тогда затаиться, изображать покорную дочь? Несколько дней я бесцельно слонялась по особняку. Из рук всё сыпалось, ничто кроме тоски не занимало разум. Но внешне выглядело вполне обыденно. Все связи с возлюбленным были заблокированы. Ни мои способы связаться с ним, ни – я уверена – его попытки не увенчались успехом. В голове пульсировала только одна мысль: «Я его никогда не увижу!» 

Смешно, но сейчас я бы сказала иначе: «Лучше бы никогда его не видела!» А тогда… Когда внезапно на мою ладонь села голографическая бабочка, я чуть не подпрыгнула от счастья. На её раскрытых крылышках была одна фраза: «Если любишь, то приходи к четырнадцати часам …» Послание растаяло, а я успокоилась и начала планировать побег. Стоит ли упоминать, что он состоялся? Правда, для этого пришлось угнать собственную яхту.